Корабль из прошлого

Максим закончил работать вечером, когда небо уже начало темнеть. Он отвез тележку на склад за пляжным кафе, принадлежавшим санаторию. Лера и Дэн уже ждали его на берегу, там, где начиналась ограда океанологического института.

Светка причалила к пристани на небольшом потрепанном катере, с которого местами слазила краска. Управлялась она с ним не хуже любого парня, и Лера снова ощутила свою никчемность рядом с такой опытной в разных делах подругой. Вся компания быстро забралась в катер, и Светка направила судно вдоль береговой линии берега, удаляясь от городского пляжа.

– Едем грабить одинокую старушку, – покачал головой Максим. – Поверить не могу, что согласился на эту авантюру.

– Мог бы и не ездить, – сказала ему Лера. – Мы бы без тебя справились. Вернее, постарались бы справиться.

– Нет уж! – отрезала Светка. – Все так все! Помните, как у мушкетеров? Один за всех и все за одного.

– Только мушкетеры бабушек не грабили, – вздохнул Максим.

– Если что, я прихватила монтировку, – сообщила Щербакова.

– Круто, – развел руками Макс. – Мне не придется искать камень, чтобы им самоубиться. А твой приятель просто так дал тебе свой катер?

– А что?

– Ты уж извини, но я бы тебе даже велосипед не одолжил.

– А зачем мне велосипед? – удивилась Светка. – Я на нем ездить не умею.

Лера не выдержала и рассмеялась.

– К тому же у Тимура еще катер есть, поновее, так что он не сильно сопротивлялся, – сказала Светка, ловко вертя штурвал. – Они на этих катерах буйки в море поправляют да туристов на парашютах катают.

– Ни за что не согласилась бы на таком парашюте летать, – призналась Лера. – Тянут тебя на веревке, а ты висишь под куполом, как сосиска.

– А если ветер стихнет, брякнешься в воду, тоже приятного мало! – согласилась Светка.

Быстро темнело. Вдали виднелись несколько ярко освещенных прогулочных катеров и пара яхт.

– Так что это за дом такой с горгульями? – поинтересовался Дэн. – И что за сварливая старушка там обитает?

– Здесь много богатых людей, которые вообще-то живут в городе, а сюда приезжают только на лето, – начала рассказывать Светка. – Всю осень, зиму и весну их особняки стоят закрытыми и под охраной. Эта бабка тоже из таких, по крайней мере, в Новом Ингершаме я ее вообще никогда не видела. Но когда проплываешь мимо ее виллы на катере, в окнах частенько свет горит. Значит, за домом кто-то приглядывает.

Пляжи сменились рядами складов и лодочных ангаров, затем пошла территория порта, переходящая во владения рыбозавода. Потом начался лес, вскоре сменившийся высокими скалами, на склонах которых виднелись величественные виллы и особняки, – это их имела в виду Светка. От многих домов к воде тянулись широкие лестницы, у частных причалов на воде покачивались небольшие, но баснословно дорогие яхты и моторные лодки.

Через десять минут ребята увидели тот самый особняк с горгульями.

– Восемь вечера, – объявил Максим, взглянув на наручные часы. – Как в аптеке.

На вершине скалы стоял двухэтажный дом из черного и серого кирпича с высокой черепичной крышей. Его окружала высокая ограда из чугунных прутьев с острыми концами, а на столбиках и правда сидели миниатюрные горгульи с раскинутыми перепончатыми крыльями.

На крыше виллы вздымалась в темное небо высокая кирпичная труба. Стены первого этажа особняка были почти полностью из стекла, изнутри их закрывали темные непроницаемые портьеры. На втором этаже тянулся ряд высоких окон, также закрытых шторами. От террасы к побережью вела длинная, изогнутая под разными углами лестница, которая оканчивалась небольшим причалом. Внизу была пришвартована черная яхта со снятыми парусами. К этому причалу Светка и направила катер.

– Прямо здесь встанешь? – занервничал Максим. – На самом виду?

– В окнах нет света, да и Бестужев сказал, что старухи не будет дома, – возразила Светка.

– Не стоит рисковать, – подал голос и Дэн. – Давай туда. – Он показал на каменистый берег в нескольких метрах от причала. Из воды поднималась груда огромных валунов, за которыми вполне мог укрыться катер.

Светка молча пожала плечами и исполнила его просьбу.

– А камер слежения здесь нет? – спросила Лера, разглядывая мрачный особняк, словно сошедший со страниц какого-то комикса ужасов.

– У меня в сумке лежит бинокль, – сообщила Светка. – Можете посмотреть.

Ее кожаная сумка лежала под скамейкой. Лера вытащила из нее увесистый бинокль и рассмотрела дом поближе. Камер, к ее радости, нигде не было видно.

– Вы идите, – сказала Светка. – А я здесь подожду. Буду держаться за штурвал на случай, если придется быстро сматывать удочки.

Волны качали легкий катер, отталкивая его подальше от берега.

– Так дело не пойдет, – сказал Максим. – Канат есть? Нужно здесь пришвартоваться.

– Есть, но он короткий, – оглянувшись, ответила Светка. – И с узкой петлей на конце. На камни, пожалуй, не накинуть.

– Тогда я сейчас лезу на камни и держу катер за канат, – предложил Максим. – А вы вдвоем идите в дом. Катер далеко не унесет. Если придется удирать оттуда, сможете быстро запрыгнуть в катер, я за вами, и зададим стрекача.

– Договорились, – одобрил Дэн.

Максим выбрался на валуны и подтянул катер за короткий канат, затем присел на корточки и жестом предложил остальным вылезать.

– Макс, мне это не нравится, как и тебе. Поверить не могу, что согласилась на все это, – вздохнула Лера, перебросив ноги через борт. – Но ничего другого нам не остается.


– Я уже понял, – ответил ей брат.

– Могу сходить один, – предложил Дэн.

– Нет уж. Чтобы мы тут сидели в неведении и беспокоились за тебя? Я иду с тобой. – Лера перебралась на камни, спрыгнула с них в воду и побрела к берегу.

Дэн оставил сланцы в катере и спрыгнул за ней. Вода доходила ему до колен. Выбравшись на каменистый берег, они начали подниматься по лестнице, ведущей к дому. Сначала медленно, с опаской, затем все смелее и быстрее, они взошли на широкую террасу, выложенную мраморными плитами, и приблизились к черной полированной двери особняка.

Свет в окнах не горел. Лера подергала ручку, естественно, та не поддалась. Девушка двинулась вдоль стеклянных стен, надеясь найти какую-то лазейку. Но Дэн остался на месте, как-то странно глядя на скважину дверного замка. Он провел по ней рукой, затем еще раз, аккуратнее, самыми кончиками пальцев.

– У тебя заколка для волос есть? – вдруг спросил он.

– Я их не ношу, – ответила Лера. – Хотя, погоди!

Горничным в пансионате полагалось выглядеть опрятно, поэтому в часы работы девушка закалывала волосы в аккуратный пучок, а после окончания рабочего дня снова свободно распускала их по плечам. Лера открыла сумочку и нашла там пару металлических заколок. Одну из них она протянула Дэну.

– Что ты собираешься делать?

– Сам не знаю, – тихо буркнул парень.

Он разогнул заколку, выпрямил ее, затем несколько раз согнул, превратив в какую-то замысловатую закорючку, после чего вставил в замочную скважину и принялся осторожно там проворачивать.

Лера смотрел на него во все глаза. Когда замок щелкнул, она едва не подпрыгнула от неожиданности, решив, что кто-то открывает дверь изнутри. Но оказалось, что это Дэн отпер ее. Обычной заколкой для волос. Парень при этом выглядел таким же удивленным, как Лера. Казалось, он не верит в происходящее.

– Как ты это сделал? – изумилась Лера.

– Понятия не имею, – признался он. – Я просто подумал, что смогу… И смог.

– Кем ты был до своей амнезии? Взломщиком?

Дэн молча на нее покосился, затем осторожно открыл дверь и шагнул через порог. Лера двинулась за ним.

– Ищем гостиную, – напомнил ей парень.

Внутреннее убранство особняка поражало, здесь жили очень обеспеченные люди. Даже странно было, что дом не находился под сигнализацией.

Лера и Дэн переходили из комнаты в комнату, глазея на потемневшие от времени картины в тяжелых рамах, антикварную мебель, массивные хрустальные люстры, множество шкафов, забитых толстыми старинными книгами. Гостиная располагалась в дальней части дома. Это был большой зал, обставленный мягкой мебелью. У стены возвышался массивный камин из черного камня, на полу лежал толстый ковер темно-красного цвета.

– Поверить не могу, – сказал вдруг Дэн.

Он смотрел на каминную полку. Проследив за его взглядом, Лера увидела две высокие керамические вазы на противоположных концах полки. Между ними стояло несколько старинных, сильно потертых книг в кожаных переплетах. Надписи на корешках давно стерлись, – если раньше вообще было принято писать названия на корешках.

И тем не менее судовой журнал они узнали сразу – благодаря описанию Бестужева. Небольшого размера книжица, перевязанная кожаным шнурком, на концах которого поблескивали миниатюрные якорь и штурвал, стояла на самом видном месте.

– Если эта книга так важна для старухи, почему она держит ее на виду? – резонно спросил Дэн.

– Потому что нет таких придурков, которые осмелились бы ее украсть? – предположила Лера.

В этот момент где-то в передней части дома хлопнула входная дверь.

Лера и Дэн испуганно уставились друг на друга.

– Мы не закрыли дверь? – прошипел он.

– Может, ее ветром распахнуло?

– Кто здесь? – проскрипел вдали хриплый старушечий голос. – Неужели это я не заперла? Хорошо, что мы решили вернуться…

В коридоре послышались шаги. Дэн кинулся к камину за книгой, а Лера – к одному из окон. Она отдернула портьеру, но окно было заперто. Шаги старухи звучали все ближе. Дэн, схватив судовой журнал, метнулся к другому окну. Лера юркнула за ним.

– Здесь кто-то есть? – недовольно повторила хозяйка. – Лучше отвечайте, кем бы вы ни были!

Лера и Дэн затаились за портьерами у окна, расположенного ближе остальных к входу из комнаты. Послышался цокот каблуков, и старуха вошла в гостиную.

Лера словно окаменела, перестала дышать от ужаса. Но мысли в голове проносились с бешеной скоростью: выйти из укрытия? Извиниться и попытаться уйти? Но Дэн уже стащил книгу, и они спрятались, словно настоящие воры. Лера обругала себя последними словами. Да они ведь и есть воры! Испугались угроз сумасшедшего старикашки!

Старуха неторопливо прошла в центр гостиной и замерла, а затем тихо ахнула. Наверняка заметила пропажу.

– Кто здесь побывал?! – истерично закричала она. – Будьте вы прокляты! Я знаю, что вы еще здесь! Выходите сейчас же!

Она умолкла, и в комнате наступила тишина. Старуха прислушивалась. Лера обливалась холодным потом. Наконец в гостиной снова застучали каблуки. Хозяйка двинулась к одному из окон.

– Тюменцев? – внезапно тихо спросила она. – Это ты? – И с шумом отдернула штору крайнего окна.