Дороги и Тропы (СИ)

Лицо альбиноса залила краска, уголок рта задергался. Казалось, еще несколько слов — и он набросится на Ифар с кулаками.
— Они ничего не делали, моя прекрасная госпожа, — сказал молодой маг лесного народа. Голос у него оказался неожиданно низким и сильным, совершенно не соответствующим внешности. Где же поместиться такому голосу в худом, угловатом, почти подростковом теле? — Придонников, очухавшихся после заклинания вашего гостя, загнали в лагуну наши воины. Оставшихся без хозяина теней истребили мы. Наша юная родственница подтвердит. Ты ведь умеешь распознавать, чьи чары были использованы? — обратился он к Тайри.
Она робко кивнула и сосредоточилась, прикрыв глаза, потянулась тонкими заклятиями познания к берегу и скалам, как учили. Потом ответила четко:
— Я вижу только магию Леса и остатки чар моего брата.
Альбинос фыркнул, точно недовольный кот.
— Вы еще скажите, что слов сопливой девчонки достаточно…
— Нам — достаточно, милорд.
— Вот и забирайте это лесное отродье и отправляйтесь туда, откуда явились, — прошипел старик, — не мешайте нам. Деревья, знаете ли, хорошо горят и без всякой магии, особенно в засуху, что свирепствует сейчас на юго-востоке. Мне рассказывали, что ваша Столица сплошь деревянная.
— Не напугаете, милорд. Все ваши реки текут среди лесов, все их истоки под нашей рукой. Все, что растет на земле и в воде, нам послушно. Это противостояние бесполезно, о чем вы прекрасно знаете. Вспомните войну трехсотлетней давности. Мы никого не трогали, но те, кто посягнул на наши леса, жестоко поплатились. — Жрица в серебряном венце просто излучала спокойствие и безмятежность, ни одна черточка не дрогнула на точеном лице. И только Тайри чувствовала, что терпение этой женщины на исходе. — А девочку мы забрать не вправе, хотя очень хотели бы. Не мы спасли ей жизнь. Кроме того, она уже в ученичестве. Рвать подобные узы — давать дорогу Тьме, и вам это известно.
— Тогда просто не мешайтесь под ногами, у нас много дел. Дочь леди Лиолы не единственный объект расследования.
— Вы хорошо знаете наши обычаи, милорд. Напоминаем, мы в долгу у молодого Даллета, — спокойно произнес лесной маг.
— И моя семья у него в долгу, нравится вам это или нет, — адмирал сейчас мог бы вызвать шторм, если бы захотел, — и я не позволю на моей земле устраивать ваши разбирательства и допросы.
— Вы хотите сказать…
— Я хочу сказать, что Номар ор Даллет оказал серьезную услугу короне, истребив адепта опасной секты и изрядно проредив его свору. Кроме того, он спас женщину и двоих детей. Не говоря уже о том, что он оказал неоценимую услугу мне лично, обороняя мое поместье и спасая мою дочь и внука! — Тром-первый уже рычал, не сдерживая возмущения.
— Этот юноша оказал неоценимую услугу и Лесному народу, сохранив жизнь одной из последних носительниц древней магии Светлой чаши весов. Кроме того, он сберег наших воинов, приняв на себя основной удар. Если ему понадобится защита или убежище, он получит желаемое. Равно, как и любую требуемую помощь, — добавил маг.
Альбинос скривился, пожал плечами и легко сотворил портал прямо посреди зала.
— Пойдемте, милорд Мельге. Никуда он от нас не денется. Вернется осенью в Академию, там мы с ним и побеседуем вдумчиво. Столица, знаете ли, далека от лесов Уккабы, — издевательски кивнул он жрицам.
Старик смерил злым взглядом своих оппонентов и, молча исчез в портале.
— Как ты понимаешь, мы не прощаемся, Номар ор Даллет. До встречи, — сказал альбинос и последовал за своим начальством.
Некоторое время в зале царила тяжелая тишина. Потом Тайри, почувствовав, как тяжело далась адмиралу эта беседа, пододвинула ему кресло.
— Спасибо, малышка. А то с этими акулами из Адмиралтейства никакого сердца не хватит. — Старый моряк опустился в кресло и с наслаждением вытянул ноги. — Стой тут навытяжку перед всякими выскочками, точно юнга сопливый.
Младшая жрица протянула лорду Альге маленькую деревянную флягу:
— Выпейте, почтеннейший. Это поддержит ваши силы и успокоит сердце.
Адмирал осторожно отвинтил крышку, принюхался. Лицо озарила довольная улыбка.
 
— Девяносто трав и ягод, настоянных на лунной росе? Знаю, знаю.
Между тем молодой маг протянул Номару медальон из зеленоватого камня, покрытый сложным орнаментом.
— Где бы вы ни были, вы под нашей защитой. Лес платит свои долги.
— Спасибо, — смущенно пробормотал юноша, — надеюсь, мне не придется…
— Придется, — печально сказала жрица в серебряном венце, — ты и сам это понимаешь. Твой талант слишком редок, чтобы они оставили тебя в покое. Помни и готовься.
Гости из Леса пробыли в поместье Альге до утра. Они беседовали с хозяевами, обошли вместе с леди Ифар и Номаром дом, парк и пляж, возобновляя и совершенствуя защитные чары. Старый адмирал только качал головой, глядя на них.
— Нашим такого вовек не сотворить, разучились уже, разленились… Разве что государю под силу подобное волшебство, да таким самородкам, как твой брат, — говорил он Тайри, — потому и охотятся адмиралтейские крысы, где можно и нельзя.
Еще неделю прожили у моря Тайри и её кузен, но все уже было не так. Будто мрачные тени императорских магов стояли у всех за спиной. Не было прежнего веселья, ничего не придумывалось, играть не хотелось. Маленький Тром заболел, и дедушка большую часть времени проводил в его спальне. Номар и леди Ифар ходили задумчивые и молчаливые, а младшая из Даллетов старалась никому не мешать и целыми днями пропадала в библиотеке. Даже погода — и та испортилась. Из низких серых туч зарядил нудный дождь, и прогулки пришлось отменить.
В один из вечеров Номар пришел в библиотеку и, увидев там устроившуюся с книгой в углу дивана сестренку, спросил:
— Что читаем?
— Старинные легенды о Затонувшем королевстве.
— Самое смешное, что это никакие не легенды, Тайо. Ну, почти…
— Как это? — удивилась девочка. Ничего подобного дома ей не рассказывали.
— Было такое королевство больше тысячи лет назад на обширных землях далеко на юго-востоке нашего материка. Эти земли соединялись с побережьем узким и очень длинным перешейком. В сущности, это был просто скалистый гребень, обычным путем непроходимый. Маги Товолла пробили в нем удобный тоннель. На полуострове жили мирные люди, искусные мастера, резчики, архитекторы, ювелиры, кузнецы и оружейники. Именно там ткали знаменитый товоллский шелк, тонкий, но чрезвычайно прочный.
Тайри перелистнула несколько страниц.
— Тут написано, что в Затонувшем королевстве были самые красивые на свете города.
— И серебряные рудники. И золотоносные реки в горах. И плодородные земли вокруг уснувшего вулкана, на которых росло то, что не росло больше нигде в мире. А на материке росла зависть. Огромная и черная, как сердце Темного Отступника. В конце концов, один из императоров захотел получить все это.
— Кто-то из наших предков Хетья?
— К счастью, нет. Предпоследний из предыдущей династии. Он начал войну, окружив полуостров с моря, благо, флот у него был огромный.
— Король Товолла отказался подчиниться? В книге написано, что он был темным магом и гнусным злоумышленником.
— А что они еще могли написать? — печально ответил Номар. — Не признаваться же, что император не знал, как поднять из руин обветшавшую в очередной раз собственную страну, а тут, под боком, такой богатый и беспечный сосед? Не знаю, темным был король Товолла или светлым, но отдавать он ничего не собирался. И предателей, насколько я понял, на полуострове не нашлось.
— Они сами взорвали перешеек?
— Вряд ли… Скорее всего, маги Империи. А потом, не добившись желаемого, растормошили Океан, и гигантские волны захлестнули дивные города. Но где-то они ошиблись, Тайо. Полуостров дрогнул, давно спавший вулкан проснулся. И остался император ни с чем: только горстка маленьких островов и острые клыки скал, перегораживающие залив.
— А люди? Они все погибли?
— А вот это и есть главная загадка. По непонятным причинам Товолл не имел своих кораблей, не строил и не покупал у соседей. Даже крупных рыбацких шхун у них не было. Но имперцы не нашли ни одного погибшего после потопа. Будто все они исчезли неизвестно куда, забрав с собой самые ценные вещи, скот и домашних любимцев.