Дороги и Тропы (СИ)
«Каждому миру нужен хранитель. Тот, что будет всегда рядом, всегда начеку. Мы согласны посвятить себя этому делу, отдать чужим мирам будущее наших детей. Но без твоей по мощи, о Отец, нам не достичь цели. Те, кого ты поселил в других мирах, будут бояться нас и станут нам враждебны. Мы же хотим иного. Пусть они лучше считают нас одной из легенд. Дай Хранителю возможность принимать их облик, жить среди них, иметь детей. Только так он действительно полюбит тот мир, который призван оберегать…». Именно тогда многие миры обрели своих Хранителей.
Номар положил свою ладонь поверх ладошки Тайри — так, что они стали похожи на два крыла, отогнутые большие пальцы соединились, образуя голову и шею.
— Кто у нас получился? — спросил он, указывая на тень от их сплетенных рук.
— Дракон, — улыбнулась девочка. — Вот бы познакомиться хоть с одним…
— Кто знает, может, и познакомишься. Говорят, они до сих пор живут среди людей, раз уж наш сумасшедший мир еще не рухнул. Тьма бьется в стены, лезет в окна и ползет из-под земли, но мы живы и даже как-то умудряемся ей противостоять. Значит, наш дракон жив.
— А слабые создания — это мы, люди.
— Верно, сестренка, — юноша хотел уже показать следующую фигуру, но Тайри остановила его.
— Погоди. Посмотри, какой он у нас красивый получился, совсем настоящий. Пусть еще полетает.
Номару показалось, что тень на стене ожила, встрепенулась и кивнула головой. Чего только не примерещится от усталости, подумал он.
— Почему бы ему не полетать? Я бы и сам полетал, если бы умел.
Они не заметили, как стихли чужие голоса, исчезла из воздуха омерзительная дрожь, как ушло из мышц болезненное напряжение. Брат и сестра так и уснули — сидя на ковре и держась за руки.
Так или иначе, помощники появились только к следующему полудню. Звали их или не звали, есть такие люди на свете, которые сами отлично чувствуют, где они нужны и когда.
Юная леди Даллет проснулась, несмотря на то что брат очень бережно и нежно опустил её на кровать.
— Спи, малышка, теперь уж точно все будет хорошо.
— Я больше не хочу спать, Нори.
— Тогда пойдем со мной в башенку, посмотришь на залив. Заодно подскажешь мне, откуда явились наши спасители, — брат улыбался, но в глазах пряталась грусть и тревога. Тайри до сих пор помнила этот его взгляд. Теперь-то она понимала — так смотрят те, кто отчаянно боится кого-то потерять.
Она взлетела по винтовой лестнице в круглую башенку, венчавшую трехэтажный особняк, и приникла к высокому окну. Номар встал у нее за спиной, положив ладони на плечи младшей сестры. Тайри мимолетно поразилась, какие они холодные, ведь, сколько она помнила, брат всегда излучал тепло. Её взгляд приковал большой белоснежный парусник, вставший на якорь в бухте. Конечно, его невозможно было не узнать. Знаменитый «Нойверт», фрегат Альге-старшего. Вон, и вымпелы указывают, что адмирал на борту.
— Это же дедушка Трома! — сказала Тайри, — Чего ты разволновался?
— Ну как тебе сказать… Он ведь явно прибыл сюда не один. Чтобы угомонить наших ночных гостей и заставить корабль двигаться в полный штиль, нужны маги. Или механики, но тут, скорее, первое.
— Ну, маги, что такого? Ты же не шарахаешься от своего отца или дяди.
— Правильно. Но с адмиралом прибыли не они, Тайо. Здесь будут маги Его величества, и они обязательно станут задавать вопросы, — юноша тяжело вздохнул, — Ладно, выкрутимся. Посмотри-ка лучше вон туда, где скалы сходятся с лесом.
И Тайри посмотрела, а потом посмотрела так, как учила её мама, и невольно передернула плечами.
— Там… лесные воины, жрицы и маг. Они такие, как моя мама. Тот же клан.
— Я так и думал. Вряд ли кто-то еще кинется на помощь опальным Даллетам, пусть дажехищная мерзость, что напала на нас, чуть позже сожрет их самих. Только родственники. Вот и уккабские чародеи послали воинов Зеленой Тропой, чтобы не дать тебе погибнуть. И теперь могут предъявить на тебя права.
— Почему это?
— Потому что спасли твою жизнь, глупышка. По праву крови.
— Нори, я не хочу к ним. И мама не хочет, она мне говорила. Потому и учит сама, уже год почти.
— Жаль, что я так мало знаю о традициях и законах Лесного народа, Тайо. И с мамой твоей так и не собрался поговорить, — еще более тяжко вздохнул кузен, — Увы, я не смогу спорить с ними на равных.
— А почему ты говоришь, что они спасли меня? Это ты сделал, — сердито нахмурилась девочка, сразу став похожей на своего отца.
— Да, я кое-что сделал, но… Если бы они не пришли, от нас всех остались бы сейчас одни бессмысленные оболочки. Живые, но лишенные всего человеческого.
Сестренка обняла юношу, уткнувшись лбом в его грудь, а потом сказала четко и решительно:
— Мы — Даллеты, Нори. И мы так просто не сдадимся. Если вдруг меня заберут, ты, пожалуйста, помни меня. И помни, что я всегда буду любить тебя, даже, когда вырасту. До самой смерти.
Номар Даллет поднял кузину на руки, прижал к себе.
— Я тоже, малышка. Я тоже…
Гости появились в доме одновременно. Адмирал Тром Альге-старший, в сопровождении двоих мрачного вида магов в синих мундирах Адмиралтейства. И две жрицы Лесного народа в сопровождении мага — совсем молодого, как оказалось. Голову одной из них украшала серебряная диадема: лесной вьюнок и хмель. Вторая жрица носила белый деревянный обруч. Высокий ранг у обеих, только вот какой? Номар не знал. Стоял, напряженно вглядываясь в незнакомые строгие лица, и обнимал за плечи притихшую сестру.
Столичные маги настороженно осматривались, переговариваясь шепотом. Разумеется, правила хорошего тона не для них.
Первыми заговорили лесные, нарушив слишком затянувшееся тягостное молчание. Жрица в серебряном венце подошла к Номару и Тайри, несколько секунд смотрела, казалось, куда-то сквозь молодого Даллета, а потом низко поклонилась ему.
— Спасибо тебе, воин, за спасение наследницы древнего рода. Я вижу, ваши отцы — родные братья, но кровь — не самое главное, что вас связывает. Ваше родство гораздо глубже.
— Благодарю вас за высокую оценку моих действий, миледи, но я один вряд ли справился бы, — чуть дрогнувшим от волнения голосом ответил Номар.
— Поверь, нам было лучше видно. То, что ты сотворил, и то, как ты сражался, спасло жизни остальным. Ты убил человека, разбудившего морских тварей и пещерных теней. Ты сражался один на один с тремя вожаками стай. Именно твои чары загнали придонных тварей обратно в море и пробудили древнюю защиту, что тысячу лет спала в фундаменте этого дома. Мы спешили, как могли, но если бы не ты, спасать было бы некого.
— Да, вынуждены признать, что Номар ор Даллет совершил почти невозможное, — неохотно проговорил старший из магов, тощий старик с темным, точно древесная кора, лицом.
— Что вы использовали, молодой человек? Одну из старых боевых разработок вашей семьи? Или новый эликсир из лаборатории вашего дяди? — будто на допросе произнес второй — надменный альбинос, щеку которого украшал старый шрам, заставлявший один уголок рта подниматься в вечной кривой ухмылке.
— Ни то, ни другое, господин адмиралтейский маг. Это мои личные…придумки.
— И много у вас этих придумок? — презрительно поинтересовался старик. Последнее слово прозвучало из его уст чуть ли не ругательством.
Номар чуть не ляпнул «на ваш век хватит», но его опередили.
— Достаточно, чтобы защитить женщин и детей от нечисти, которую упустили ваши хваленые маги, — прогремел адмирал Альге. — Где были ваши глаза, лорд Мельге? Почему на побережье оказался адепт вроде как давно уничтоженной секты, да еще и такой сильный?!
— И почему его выводок напал именно на наше поместье? — добавила его дочь. — Может, ему указали, на чей дом следует натравить свору?
— Поосторожней, миледи, — вскинулся альбинос, — еще чуть-чуть, и вы скажете, что это наших рук дело.
Прекрасная Ифар, которая в гневе делалась и вовсе ослепительной, шагнула вперед, гордо подняв подбородок:
— Я знаю только одно, милорды. Вы появились здесь на третьи сутки, когда ваша помощь могла бы понадобиться только на похоронах. Совершенно случайно молодой лорд Даллет оказался куда сильнее, чем вы ожидали. А когда мой отец почувствовал неладное, вы просто присоединились к нему, не знаю уж, зачем. Наверное, чтобы отработать новые заклятия на морских тварях.