Ревизор: возвращение в СССР 3 (СИ)

— Она с мелким сидит.
— А бабушка?
— Клара Васильевна ещё вчера в Брянск вернулась. У неё же дед после инсульта. Он сам в основном может все, но надо постирать, еды наготовить, прибраться. С кем-то договорилась, чтобы ему продукты из магазина приносили. Но это всё.
— Понятно. Это вы вдвоём с Эммой на хозяйстве остались. И как оно?
— Нормально, — буркнул Славка.
До меня только сейчас дошло, что Славка, вроде, не знает причины, по которой мы с Германом выставили из дома Эмминого отчима. Или, всё же, знает?
— Чего ты дёргаешься? — спросил его я.
— Давай, ты с тёть Леной будешь говорить, — попросил друг. — Ты же лучше знаешь, что там с Борькой Кабаном случилось.
Понятно, не знает. Это значит, разруливать всё мне? Я не знаком с Эмкиной матерью, но заранее хорошего не жду. Не понравилось мне ее отношение к попыткам сожителя снасильничать ее же дочь, ох, не понравилось! Предложил:
— Надо бы еще и Германа позвать!
— Я только что от него. Он ещё не вернулся с работы, — ответил Славка.
— И как у него так получается, в самый нужный момент он всегда на работе, — проворчал я.
Чувствую, будет все эпично. Но ладно, прорвемся! Эмка мне теперь не чужая, и Славка, что в нее втюрился, тем более. Буду защищать друзей.
Идти было долго. У меня было настроение помолчать, но Славка внезапно поднял тему, которую мы как-то начали обсуждать, но потом забросили.
— Пашка, а вот когда ты мне про черную волгу обещал, что, если буду слушаться, к тридцати годам она у меня будет вместе с шофёром, это точно не шутка была?
— Совсем не шутка! — покачал головой я с решительным видом, поскольку Славка впился в меня глазами, пытаясь и по лицу понять, насколько я серьёзен.
— А можешь, хоть, в общих чертах рассказать, что мне делать нужно будет? — спросил он.
Наконец-то! Этого вопроса я давно ждал. Не хотел лезть со своими советами, пока он сам не попросит. Непрошенные советы никому нафиг не нужны, и грош им цена с точки зрения большинства тех, кого ими одаривают. А вот когда человека припрет, и он сам к тебе придет…
— Могу! — сказал я, — давай, пока в общих чертах, сколько времени хватит до вокзала. Чтобы добиться успеха, стать большим начальником, которому своя машина с шофером положена, придётся много пахать. Ты готов к этому?
— Конечно! — с убежденным видом сказал Славка, — пахать по любому придется, но лучше я буду впахивать за такую вот перспективу.
— Рад, что ты это понимаешь, — кивнул я, — теперь следующий пункт. Хороших мест, где хорошо платят, немного, а народу претендует занять их полно. Поэтому важно не просто пахать, а делать это с умом. Чтобы каждое твое действие приближало тебя к твоей мечте. И в связи с этим следующий пункт — для успеха нужна железная воля. Читал «Как закалялась сталь»? А про Маресьева, безногого летчика?
— Спрашиваешь! Мы же с тобой и то, и то, обсуждали! Ой, ты же не помнишь! — ответил Славка.
— К высокой позиции в обществе можно прийти разными путями — к примеру, родившись во влиятельной семье. Вот, послушай анекдот — сын генерала приходит к отцу, и спрашивает, станет ли он тоже генералом, когда вырастет? Конечно — отвечает отец. А маршалом? Маршалом не получится, у него тоже есть сын.
— Так, если все так устроено, то шансов и нет… — запыхтел носом Славка, — сам знаешь моего отца, какой он тебе генерал? Но ты же сам тогда на базе говорил, что шансы пробиться, все же, есть?
— Молодец, что запомнил. Да, к счастью, все не так страшно, — улыбнулся я, — у генерала может быть трое дочерей и ни одного сына. У маршала может быть понимание, что кроме блатных генералов нужны и толковые, сами пробившиеся за счет ума, на случай войны. И, что очень важно, в СССР есть организации, которые помогают умным и волевым людям пробиться высоко. И это подводит нас к следующему пункту — нужно очень много общаться, чтобы сделать карьеру, если ты из простой семьи.
— Не понял, вот так, что ли, просто ходить и заговаривать с незнакомыми людьми? — смешался Славка.
— Нет, это, скорее, прекрасное упражнение по борьбе со стеснительностью, мы к нему еще вернемся. Общаться необходимо, потому что ты можешь быть весь такой и умный, и в целом замечательный, но, если тебя никто не знает, то никто и продвигать тебя не будет. И организации, про которые я говорил, это комсомол и компартия. Добьешься успеха в этих организациях, перед тобой откроются в СССР огромные перспективы! Именно в них решают, кого и куда на хорошее место нужно назначить.
 
— Ну, вот я уже комсомолец, и что с того? — не понял Славка, — да, практически все в классе комсомольцы, если Тимура не считать.
— Обычным комсомольцам, да, ничего в этом плане не светит. — согласился я. — Но ситуация могла бы быть другой, будь ты все эти годы самым активным пионером, а потом и комсомольцем в школе. Ты бы сейчас был как минимум на Юлькиной позиции, комсоргом класса, а может быть и комсоргом школы уже. И тебя бы хорошо знали в вышестоящих организациях по линии комсомола, и, вполне возможно, уже сейчас тебе что-то интересное предложили бы.
— Блин! — расстроился Славка, — так что, я уже упустил шанс устроить свое будущее?
— Кончай ныть! — резко сказал я. — Ничего ты не упустил, тебе всего шестнадцать лет. Будет работа до армии, будет армия, будет учеба после нее и работа во время учебы и после нее. И теперь твоя задача во всех этих местах — стать самым активным и полезным членом комсомола. Чтобы был на виду, чтобы тебя продвигали за пользу, что ты приносишь. Обязательно сделают комсоргом — а потом твоя задача становиться комсоргом более высокого уровня. Был комсоргом взвода — надо стать комсоргом роты. А из армии уходить комсоргом, минимум, батальона.
Славка посветлел. Вопросов у него еще была масса, но мы уже добрались до вокзала. И вовремя — уже и нужный нам поезд подходил.
Дизель подъехал и медленно остановился, из всех вагонов выходили люди. Мы со Славкой высматривали женщину с ребёнком, глядя в разные стороны. Не покидало ощущение дежавю. Точно также мы уже стояли недавно. Главное, чтобы второй раз не вхолостую сюда пришли.
— Вон она! — вдруг сказал Славка и побежал к голове состава.
Я припустил за ним. Из второго вагона вышла женщина с большой сумкой через плечо и двумя сетками в руках, поставила сетки на перрон, поднялась обратно в поезд и стала спускаться уже с ребёнком на руках. В этот момент мы и подбежали.
— Тёть Лен, — крикнул ей Славка. — А мы за вами.
Он принял у неё малыша. Я помог ей спуститься, взял сетки, и мы отошли от дизеля, который очень скоро тронулся с места.
— Зачем вы тут? — испуганно спросила она.
— Помочь вам… — ответил Славка.
Перед нами стояла невысокая, худая женщина, в стареньком сером пальто с каракулевым воротником, на голове пуховый серый платок. Усталая, если не сказать измученная, она растерянно смотрела на нас. Не было ни намёка на какую-то агрессию или неадекватность с её стороны.
— Что-то случилось? — с обречённым видом спросила она.
— Просто, пришли вам помочь домой добраться. Эмма сидит с Колей и помочь вам больше некому, — медленно сказал я, подбирая слова, чтобы хоть как-то её подготовить.
— Спасибо, конечно! — удивленно ответила она, от помощи не отказалась, и мы пошли все вместе в сторону нашей улицы. Славка нёс малыша, я сетки, а Елена молча шла за нами.
— Ну, что, герой, как дела? — спросил я мальца, удивляясь, что он не плачет, сидя у чужого дядьки на руках. Наша Аришка бы не далась, уже такой скандал закатила бы.
Малой никак не отреагировал на меня. То ли не слышал, то ли боялся меня. Я не стал к нему больше приставать.
Через пару кварталов Славка сбавил темп.
— Ты что, устал? Давай, поменяемся? — предложил я.
— Давай, — согласился Славка, тяжело дыша.
Я взял малого на руки. Да. Это не Аришка. Никита был старше её и весил значительно больше. Мужик. Ладно, допрём.
— Как же вы одна собирались с ним домой попасть? — спросил я.