Жена (не) подарок (СИ)
На том и порешили.
Глава 24
«Мила, тебе заняться больше нечем? Все бесполезно. Его там все равно не будет», — снова включилось внутреннее радио «Тлен», когда начала собираться в клуб.
Я склонна была с ним согласиться.
Лучше бы на работу ходила, чем каждый вечер таскаться в «Киото». Вот уже пятый день подряд. Твердо для себя решила: если сегодня его не увижу, брошу эту гиблую затею. Изначально ведь считала ее провальной. Может, не зря?
Этим вечером тоже не хотела идти, но Алька наседала, настойчиво уговаривала и «зуб дала», что вот сегодня — точно-преточно встречу.
Я бы с удовольствием поискала Аполлона в другом месте, но в каком, если все, что знала, — его имя?
Бармен оказался ушлым парнем, и когда еще в первый визит спросила, не знает ли он Арчи и как часто тот бывает в клубе, недвусмысленно почесал подбородок пальцем, глядя куда-то под потолок. Задумался, мол. Вот-вот припомнит, если...
Зла не хватало. Можно подумать, мне деньги девать некуда! Однако пришлось расщедриться.
Бармен поманил меня пальцем и заговорщическим тоном вывалил страшно секретную информацию.
Оказалось, Аполлон периодически сюда заглядывал около девяти-десяти вечера и сначала ошивался у барной стойки, а потом шел в ВИП-кабинку. Всегда одну и ту же. Ту самую, в которую в ночь вечеринки повел меня.
И все. Блин, я была готова перелезть через стойку и отобрать свои деньги. Разве ж это информация? Явки, адреса, пароли — вот чего я ждала за немыслимую для меня сумму в целых пятьсот рублей.
Ладно, это все равно лучше, чем совсем ничего. Только вот какого-то графика не было. Он мог появиться тут пару-тройку раз за неделю, а потом исчезнуть на месяц-два, а то и больше.
С моей везучестью у меня все шансы встретиться с ним тогда, когда смогу всех на входе растолкать своим пузом.
В общем, я уже несколько дней пребывала в мрачно-саркастичном настроении. Тщетное беганье по собеседованиям по жаркой жарюке тоже оптимизма не добавляло.
Еще и каждый раз наносить боевой макияж — этак скоро мои запасы косметики закончатся.
Я злилась на Алю, мол, зачем каждый раз краситься, но понимала: она права.
Соблазнительная и чарующая, я имела куда больше шансов на успешный разговор, чем взмыленная как лошадь и бледная как мел.
Еще раз прокрутив в голове возможные варианты беседы с Арчи, я надела приталенное зеленое платье, взяла сумочку и отправилась в «Киото».
* * *«Бум, бум, бум...»
Еще совсем недавно густые басы клубной музыки разогнали бы тоску, вызвали прилив сил, бодрости и желание потанцевать, а теперь от них раскалывалась голова. А еще хотелось спать.
Я вообще превратилась в какую-то страшно сонную версию себя. В детстве смотрела по телевизору, как старенькие бабушки и дедушки отключались прямо сидя в кресле. Недоумевала и смеялась: как так? А теперь поняла.
Я присела на стул у барной стойки. Дежурил тот самый бармен. Он улыбнулся, покачал головой и сам поставил передо мной бокал воды — обычно приходилось его просить.
Значит, Арчи еще не было.
«Да здравствует очередное дежурство», — цокнула я про себя.
Где-то с полчаса я рассматривала посетителей и мониторила вход в клуб, а потом развернулась к стойке. Подперла щеку левой ладонью, а пальцем правой руки начала круговыми движениями обводить край стакана.
Сама не заметила, как отключилась от реальности.
И вдруг, скользнув взглядом вверх, на бармена, увидела, как он таращит глаза и кивает головой, мол, повернись.
Я повернулась и оцепенела. Справа от меня стоял Арчи. Более того, он явно пытался привлечь мое внимание.
В мгновение ока ладони вспотели, а все заготовленные варианты разговора вылетели из головы. Я даже музыку слышать перестала, остались лишь мы и бешеные удары моего сердца.
— Девушка, позвольте вас коктейлем угостить, — склонился Аполлон надо мной, пытаясь перекричать громкую клубную музыку.
— Не пью, — отрезала я гораздо резче, чем хотела.
— А зря, тут «Майтай» вкусный очень. Да и вы, смотрю, скучаете.
Его взгляд оценивающе заскользил по фигуре. Видимо, тест я прошла. Снова. Аж зло взяло. Вот же франт недоделанный!
Он склонился к моему уху:
— Давайте все-таки по бокальчику за знакомство?
И прежде чем подумать, я неожиданно даже для себя самой ляпнула:
— Я беременна.
— Э-э-э... Понял.
Улыбка Арчи мигом погасла. Он явно опешил и собрался отчалить, но теперь уже я удержала его за рубашку и выдохнула прямо ему в ухо:
— От тебя.
Секундное замешательство и непонимание на его лице резко сменились злостью. Он всмотрелся в мое лицо, смерил фигуру взглядом, поднял брови, а затем свел их к переносице. Небольно, но крепко схватил меня за запястье и процедил сквозь зубы:
— Пошли!
Я не услышала его — прочла по губам. Даже ответить не успела, как он потащил меня за собой. По направлению сразу поняла: в ту самую ВИП-кабинку.
«Мог бы и помедленнее идти, — пыхтела про себя. А следом: — Мила, ты балда! Кто ж так новости сообщает? Где был твой мозг?»
Когда мы поднялись по лестнице и зашли в кабинку, Арчи хлопнул дверью так сильно, что я вздрогнула.
Пока растерянным взглядом обводила знакомую обстановку, Аполлон обошел меня и уселся на диван в позе короля жизни. Руки раскинул на спинку, одну ногу положил на вторую.
Будто расслабился. На лице заиграла вальяжная, надменная улыбка.
Я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и чувствовала, как щеки заливает предательский румянец. Храбрость и смелость разом покинули меня, оставив наедине с отцом моего ребенка.
«Как начать разговор?» — мучительно соображала я.
Но Арчи сделал это за меня.
Он усмехнулся, слегка прищурился и властно приказал:
— Раздевайся.
Глава 25
Артур Арчин
— В с-смысле? — еле слышно пролепетала она, уставившись на меня во все глаза.
Голубые, кажется. Свет в кабинке я не стал приглушать, но точный цвет радужки все равно рассмотреть не удалось — далековато встала.
Впрочем, какая мне разница? Пусть хоть серо-буро-малиновые, сути это не меняло: передо мной стояла очередная охотница за статусом и деньгами. Которую я видел впервые в жизни.
Она не первая и, скорее всего, не последняя. И для всех у меня один прием: проучить и выставить.
Я лениво вел взглядом снизу вверх. А хороша, чертовка! Стройные ноги, округлые бедра, тонкая талия...
Когда дошел до лица, брови медленно поползли вверх. Что это? Неужто покраснела? Это что-то новенькое. Хорошо играет, раз даже румянец на щеках смогла организовать. И в сумочку вцепилась, как в спасительную соломинку. Вроде как занервничала.
Меня взяло зло. Ишь ты, театр одного актера устроила. На меня этот цирк больше не действует.
«Поздно саму невинность изображать».
Зато мне, похоже, удалось ее удивить.
Я усмехнулся и щелкнул в воздухе пальцами.
— Ну, давай, давай.
— Что давай? — еще больше округлила глаза она.
— Раздевайся, — с нажимом повторил я.
— Зачем? — Ее голос стал выше.
— Как зачем, — принялся как маленькому ребенку объяснять я, — очевидно ведь.
В одно движение вскочил с дивана и подошел к ней вплотную. Левой рукой обхватил ее талию, а правой убрал с лица прядь волос назад и прошептал ей на ухо:
— Соскучился. Хочу тебя.
И положил руку ей на грудь.
Обычно девицы начинали охотно подыгрывать. Все как одна надеялись охмурить меня пылкостью и покорностью. Но не эта.
В следующую секунду я услышал ее визг:
— Подонок! Лапы свои убрал!
Она пихнула меня своими тонкими ручками в грудь, вырвалась и метнулась к двери.
Э нет, милочка, тебя никто не отпускал.
Я успел схватить ее за запястье и снова развернул к себе.
Убрал с лица маску игривости и холодно велел:
— Ты никуда не пойдешь, пока я не скажу. Садись.