Жена (не) подарок (СИ)
Кивнул на диван.
— Давай серьезно, дорогая. Кто ты и как обо мне узнала? Или тебя кто-то подослал?
— В смысле?
Я закатил глаза. Даже Эллочка-Людоедка и та могла похвастать бо́льшим словарным запасом.
Терпеливо дождался, пока она усядется, и встал напротив, засунув руки в карманы джинсов. К слову, она присела на самый краешек дивана, словно птичка, готовая вот-вот упорхнуть.
— Как тебя зовут?
— Мила... — представилась она и начала мять пальцами край платья.
На краю сознания завертелось какая-то мысль-воспоминание. Но нет, уплыла, не успев дооформиться.
— А теперь, Мила, — скептически хмыкнул я, — расскажи, как девушка, которую вижу в первый раз, может быть от меня беременна.
— Не первый... — обиженно буркнула она, вдохнула полной грудью и затараторила: — Я... мы... Арчи, мы познакомились на вечеринке в стиле Чикаго. В масках были, поэтому ты меня и не узнал. Я в красном платье была, тебе еще модель понравилась. Сама и шила, кстати.
Мила начала активно жестикулировать:
— Ну, помнишь, ты меня еще от приставучих парней спас у туалета. А потом мы танцевали, а потом разговаривали, а потом... э-э-э...
И... она снова покраснела.
Я сделал шаг назад и уперся спиной в стеклянную стену. Скрестил на груди руки и уставился на Милу.
— Не помнишь? — печально вздохнула она, взглянув на меня исподлобья.
Отчего же. Я вспомнил. Как представился ей Арчи: в клубе как раз использовал только это прозвище, прилипшее ко мне с детства. Помнил и многое другое: как благодарно она смотрела на меня, когда сказал тем парням отвалить, и как одуряющее пахла, и как доверчиво ко мне прижималась в танце, и даже как страстно отзывалась на ласки и прикосновения. Я, признаться честно, получил немалый кайф и с удовольствием бы повторил.
Но на этом, пожалуй, все.
Потому что кроме этого я помнил и ее попытку заговорить о швейном деле. Такую якобы невинную, плавно встроенную в разговор, будто бы невзначай. Фокус не прокатил. Получить работу в «А-групп» через постель не вышло.
Настырная девица, однако.
Я с силой сжал челюсти, так, что на скулах заходили желваки.
Сидит тут, краснеет, скромница, платье мнет. Сама невинность. Всех переплюнула! Ко мне подкатывали и ради работы, и ради денег, которые сулило место моей спутницы, но так, чтобы сразу и туда, и туда — это впервые. Не получилось в «А-групп» попасть, решила другим путем пойти?
Хрен-то ты угадала. Ведь еще лучше я помнил и другой — неоспоримый — факт:
— Ты меня за идиота держишь? — не выдержав, взорвался я. — Я похож на того, кто не в состоянии надеть презерватив?
— Вот да, расскажи мне, как это у тебя так получилось, умник! — с упреком бросила она, всплеснула руками и вскочила с места.
— А с чего ты вообще взяла, что ребенок мой? — вкрадчиво поинтересовался я. — Уж извини, но девица, которая ложится в постель с первым встречным, вполне могла залететь от кого-то другого. Ты всех опросила?
Мила в который раз за вечер густо покраснела и метнула в меня полный обиды и злости взгляд.
О как. Правда глаза колет?
— Я не... — начала она, но остановилась. Лишь сжала ладони в маленькие кулачки, запыхтела, уставилась на меня с вызовом.
— Многие, знаешь ли, пытались через постель подобраться, — продолжил я.
— Подобраться? Куда? — округлила глаза она.
— Ко мне, — пояснил очевидное я, подняв бровь. — Сразу скажу: ни у кого не вышло. И ты не исключение.
Мила вдруг дернулась и сузила глаза. Резко выпрямилась и вздернула подборок.
— Да на фиг ты мне сдался!
— Однако ты пришла, — развел я руками. — Так вот, давай сэкономим время друг друга: дурака из меня сделать не получится. Ищи его в другом месте. Как и отца своему ребенку.
— Я... Да пошел ты! — поджала Мила губы и прищурилась. Схватила сумочку и бросилась к двери, а перед тем как ее открыть, полным горечи голосом сказала:
— Это твой ребенок, что бы ты там ни думал. Но нам такой папаша и даром не сдался.
И выскочила вон.
Глава 26
Артур Арчин
Я взъерошил пальцами волосы и тяжело вздохнул.
Прошла неделя с моего разговора с Милой. Казалось бы, минус очередная охотница за приданым. Только почему-то впервые в жизни, избавившись от меркантильной девицы, ни должного удовлетворения, ни радости не почувствовал.
Наоборот, будто перегнул палку. Ощущение, будто случайный прохожий задел меня плечом, а я его за это нокаутировал.
Откуда такое чувство — вот что непонятно. Однако эта светлоглазая охотница определенно отличалась от всех остальных. Было в ней что-то такое... Один дерзко вздернутый подбородок чего стоил. Она выглядела так, словно это не она теряла, а я — сам себя обдурил.
«Тьфу ты, — рыкнул мысленно. — Успокойся, Артур, Мила ровно такая же, как и остальные».
Она просто тщательно готовилась и решила не идти по стопам своих предшественниц, только и всего.
— Артур!
— А? Что? — Я сфокусировал взгляд на собеседнике.
Мы сидели в моем кабинете и обсуждали будущее «А-групп» с Абрамовым Михаилом Львовичем — финансовым директором компании, а заодно моей правой рукой.
Я и сам не понял, в какой момент отключился и перестал слушать. Теперь старался сделать максимально заинтересованный вид. Не получилось — Михаил Львович слишком хорошо меня знал. С возрастом он обзавелся внушительным пузом и блестящей лысиной, однако былой проницательности и ума не растерял.
— Что-то случилось? — Его цепкий взгляд просвечивал меня будто рентгеном.
— Ничего такого, о чем вам стоило бы знать или тем более беспокоиться, — хмыкнул я.
— Тем более! — Абрамов с силой хлопнул ладонью по столу из красного дерева и нахмурился. — Артур, тут будущее компании на кону, а ты замечтался, как девица на выданье. Может, совет директоров прав и ты не годишься на роль главы «А-групп»?
— Вам прекрасно известно, что это не так, — помрачнел я.
Он наступил на больную мозоль.
— Мне — да, ты остальных убеди, — нахмурился Михаил Львович.
Терпеть такое от любого другого я бы не стал, но финансовый директор трудился на благо компании еще при отце и стал практически членом семьи. Всячески меня поддерживал и успокаивал совет директоров, члены которого считали, что «А-групп» нужен более серьезный и опытный руководитель.
Конечно, в открытую бросить мне вызов не решался никто, но шепотки ходили.
«Молодой, несерьезный, поиграет и бросит!» — так обо мне говорили.
Ну да, мне всего двадцать девять, и до тех пор, пока не возглавил «А-групп», я считал это достоинством, а не недостатком.
Последней каплей стал отказ одного из банкиров инвестировать в компанию. Тоже потому, что я, видите ли, слишком молод и не обременен семьей и детьми. Нет, вслух он, конечно же, назвал совсем другую причину.
Средневековье какое-то, честное слово. С каких пор наличие жены и детей — гарант стабильности, безопасности и, главное, умения вести бизнес?
Однако финансовые вливания в «А-групп» были несомненно нужны, хотя со стороны и казалось, что все в порядке. Кризис и по нам прошелся словно катком. Но то, что мы достаточно быстро встали с колен, — моя заслуга.
— Жениться тебе пора и детей завести, — завел привычную шарманку собеседник. Я так же привычно скривился. — Сам знаешь, инвестиции нам нужны.
— Михаил Львович, ну а вы мне зачем? Выбейте так, без никчемной жены-нахлебницы.
— Зря ты так, Артур, — с укоризной посмотрел на меня Абрамов. Резко выпрямился и свел брови к переносице. — А теперь давай серьезно. Лисицын копает под тебя и подговаривает членов правления.
Мои брови поползли вверх. Лисицын действительно мечтал занять мое место после ухода отца. Он и подумать не мог, что кресло генерального займет «глупый мальчишка», а не он сам, ведь знал, что я ни разу не модельер.
В чем-то он был прав. В моделировании одежды я на тот момент и правда ни черта не смыслил, зато бизнесмен из меня вышел что надо. Я с самого детства мог впарить что угодно и кому угодно. Видел выгодные схемы и неординарные пути. Но разве объяснишь это членам правления, а по совместительству акционерам? Они до сих пор мыслили категориями двадцатилетней давности — мамонты как они есть. Если бы они не владели пакетами акций, давно бы сменил.