Когда мы виделись в последний раз
– Я буду в кухне, – крикнула ему вслед Блер, сняла пальто и повесила на вешалку.
Теперь в кухне Кейт она чувствовала себя как дома. Достала из шкафчиков тарелки и салфетки. Горели три свечи и наполняли кухню ароматом ванили. От этого запаха Блер ощутила голод. У нее было искушение съесть печенье, но с тех пор, как она приехала в Балтимор, она всего несколько раз сходила в тренажерный зал в гостинице, и привычная одежда уже начала немного поджимать. Достав из холодильника бутылку минеральной воды, Блер сделала большой глоток. Услышав шаги, она обернулась и была вынуждена постараться, чтобы не подать виду, как она шокирована внешним видом Кейт. Тонкие спортивные штаны на ней болтались, вокруг глаз залегли темные, почти черные круги.
– Извини, что заставила тебя ждать, – сказала Кейт. – Я подремала после ланча. Ну, то есть пыталась поспать. – Она заметила коробку с печеньем, и ее губы тронула улыбка. Блер впервые за долгое время увидела, как Кейт улыбается. – Ой, печенье! – Она подняла крышку и заглянула в коробку. – Спасибо тебе! – Она взяла печенье и откусила. – М-м… То, что доктор прописал.
– Видок у тебя такой, словно тебе целую коробку съесть надо. Штаны с тебя практически спадают.
Кейт пожала плечами:
– Знаешь, когда за тобой гоняется убийца, это очень полезно для фигуры.
Ну, по крайней мере, с чувством юмора у Кейт все осталось в порядке. Блер оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что поблизости нет Саймона, и тихо сказала подруге:
– Послушай, на страничке Сабрины в Фейсбуке я на шла несколько занятных фотографий. Мы можем где-то уединиться?
При упоминании имени Сабрины глаза Кейт гневно полыхнули.
– Конечно, пойдем в мой кабинет.
Они вошли в уютную комнату с темно-зелеными стенами, и Кейт щелкнула выключателем газового камина. На несколько секунд Блер загляделась на успокаивающие языки пламени. Все шторы были задернуты – явно в ответ на эсэмэс двухдневной давности насчет университетского свитера. Кейт взяла свой ноутбук, и они вдвоем удобно устроились в двухместном кресле.
Кейт открыла поисковик и повернула голову к Блер:
– А как ты попала на ее страницу в Фейсбуке? Ты с ней зафрендилась?
– Нет, что ты, – ответила Блер, сделав большие глаза. – Просто эта пташка не установила барьер конфиденциальности. Мне кажется, она просто жаждет, чтобы весь мир видел, какой восхитительной жизнью она живет. Надо бы ее с Гордоном познакомить.
– Не смешно, – отозвалась Кейт. – Он продолжает мне названивать. Пришлось заблокировать его номер. Он даже сюда явился, но охранники сказали ему, что, если он не уйдет, они вызовут полицию.
– Молодцы ребята. Это после того, как ты его уволила?
– Да. После обыска Андерсон дал нам отмашку на увольнение Гордона. Саймон переводит все наши дела в другую фирму. Не хочу иметь с ним ничего общего.
– А его партнерам ты про фотографии рассказала?
– Нет, – покачала головой Кейт. – Как бы я ни была зла на него за это, уничтожать его жизнь окончательно я не хочу.
Блер не могла сказать, согласна ли она с таким решением. Обычно подобные типчики воспринимали любое проявление доброты как поощрение.
– Но может быть, тебе стоило обзавестись ограничительным ордером?
– Саймон этого хотел, а я отказалась. Но он сказал Гордону, что если тот хоть раз ко мне еще приблизится, то он затребует такой ордер. Но сейчас это не самое главное при том, что я практически стала пленницей в собственном доме.
Блер открыла страницу Сабрины в Фейсбуке.
– Вот, смотри. – Она указала на фотографии. – Половина снимков – она рядом с Саймоном. А ты этого вообще не видела?
– Нет. Наверное, я – единственный человек младше сорока, который не пользуется Фейсбуком. Несколько лет назад Селби зарегистрировала для меня аккаунт, но у меня на это нет ни времени, ни желания. Мне кажется, все это так бессмысленно.
Она стала рассматривать фотографии на странице Сабрины. Листая снимок за снимком, она словно бы впала в транс. Ее лицо становилось все бледнее и бледнее. Она добралась до фотографии, на которой Саймон и Сабрина были запечатлены у бортика яхты. Позади них темнело небо. Горела праздничная иллюминация, вокруг стояли люди с бокалами в руках. Сабрина улыбалась от уха до уха. Рядом с фотографией располагался постер «Международная конференция ассоциации американских архитекторов. Корпоративный круиз».
– Сукин сын! – выругалась Кейт.
Блер была потрясена. Кейт никогда не ругалась.
Кейт снова пересмотрела снимки.
– Ты только посмотри, – с отвращением проговорила она. – Можно подумать, что они – супружеская пара.
– А ты была рядом хоть раз, когда кто-то это снимал?
– Иногда. Но не часто. Уж на конференциях я точно не бывала. А он сроду не говорил, что Сабрина посещает разные светские мероприятия, связанные с работой. – Она хлопнула крышкой ноутбука и перевела взгляд на Блер. – О чем еще он мне врет? Я не смогу доверять ни единому его слову. А уж как он на Гордона разозлился! Как я понимаю, для того, чтобы для вида показать, как он обо мне заботится.
– Ты как думаешь – между ними что-то есть?
– Не знаю. Пока не возникла Сабрина, я бы ни за что не поверила, что он мне изменяет. Но теперь все иначе. Я уже во всем начинаю сомневаться. Столько лет назад это было – как я ссорилась с мамой, когда она уговаривала меня заставить Саймона подписать брачный контракт… Интересно… может быть, она видела в нем нечто такое, чего не замечала я. Сколько лет мы с ним прожили, и ни разу он не давал мне повода подозревать, что он женился на мне из-за денег. Но в последнее время… Даже не знаю… Кое-что из того, что он сказал…
Она опустила глаза.
– Например? – спросила Блер, вспоминая о том, что ей сказал Гордон насчет финансовых проблем фирмы Саймона.
Кейт вздохнула:
– Это было на чтении завещания. Тогда меня это за дело, но я предпочла потом об этом не думать.
Она продолжала смотреть в пол. Казалось, она в мыслях унеслась далеко-далеко. Блер решила сегодня больше ее ни о чем не расспрашивать, чувствуя, что делать этого не стоит. На сегодня Кейт сказала об этой теме все, что хотела.
В одном Андерсон был прав: у Кейт были все причины подозревать любого в своем окружении. И Блер твердо решила не останавливаться до тех пор, пока не избавится от каждого из подозреваемых.
Глава семнадцатая
Когда Кейт и Саймон выбрали участок земли под постройку дома своей мечты, ее обрадовала уединенность этих мест и то, что позади дома будет густой лес. А теперь Кейт казалось, что лес – отличное место, где может прятаться убийца. На следующее утро она целенаправленно обошла дом по периметру изнутри, останавливаясь у каждого окна и всматриваясь вдаль – не пробрался ли кто-то на территорию поместья, не притаился ли за густыми кустами? Удостоверившись в том, что все в порядке, Кейт продолжала обход дома. В каждой из комнат она открывала двери кладовой или гардеробной, чтобы посмотреть, не прячется ли там кто-нибудь. Она знала, что вокруг дома дежурят охранники, но ей было легче от того, что она нашла для себя занятие.
Оставалось два дня до Рождества, и это пугало Кейт. Потеря матери случилась слишком незадолго до праздников, и Кейт не могла поверить, что когда-нибудь забудет ужас, соединившийся для нее с кануном Рождества. Слова угроз, сросшиеся с детскими стишками, вновь и вновь звучали у нее в голове, они словно вертелись по кругу, и в сознание Кейт впечатались образы жестоко убитых мышей и птиц.
Они с Саймоном получили немало приглашений, но Кейт от всех отказалась, даже от спокойных ланчей с близкими друзьями. Ей нужно было оставаться дома. Но когда позвонила Селби и позвала их с Саймоном на ужин, это приглашение застало Кейт в момент острого одиночества, и она сдалась.
По дороге к Селби и Картеру Кейт молчала. Она сидела на заднем сиденье «Шевроле-Субурбан» вместе с Аннабел и Саймоном. Машину предоставило охранное агентство, и за рулем сидел охранник. Двери машины, по всей видимости, были сделаны из бронированной стали, а стекла были пуленепробиваемые. И все равно после вчерашнего Кейт была твердо убеждена в том, что никакой охраны в мире не хватит для того, чтобы ее спасти. Этот подонок гонялся за ней не с пистолетом. Кто бы это ни был, он должен был подобраться к ней вплотную. Точно так же, как это случилось с ее матерью.