Я тебя не любил... (СИ)

— Думаешь, если ты натянула на свою симпатичную попку что-то помимо своих излюбленных старушечьих юбок, то у меня сразу встал на тебя до пупа?
— Серьезно? Ты пришел сюда обсудить свой член и степени его эрекции в мою честь? — ее брови вопросительно взлетели, но эта негодяйка даже не покраснела.
— Так себе тема, согласен, — отряхнул я с пиджака невидимую пылинку. чувствуя, что меня уже ведет от этого обмена любезностями.
  
И да, в штанах у меня все восторженно загудело. Направление разговора ведь — блеск! И я поторопился его провентилировать как следует.
— Хотя не спорю, все это было бы занятно, будь мы сопливыми подростками. Но сексом я предпочитаю заниматься, а не просто бездумно болтать о нем. Мы ведь с тобой взрослые люди — давай лучше поговорим о деньгах и вкусной еде.
— Какая досадная незадача, — постучала она по нижней губе наманикюренным ноготком, — Но, видишь ли, Игнат, в этом мире нет ни одной такой темы, твое мнение о которой мне было бы интересно.
Я улыбнулся. Широко. Откинулся на спинку стула и медленно прогулялся взглядом по ослепительно-прекрасному лицу Ани. По острым ключицам. По лифу ее платья, что открывало достаточно, чтобы у меня вытекли последние мозги.
Охуенная! Просто вау!
Вся!
Так, а что там у нас на повестке дня? Ах, ну точно — словесный пинг-понг. Да, пожалуйста.
— Два года прошло. До сих пор обижаешься на меня?
— В каком месте? — недоуменно развела она руками.
— А я думал, что все тогда сделал правильно, Анюта, — продолжал топить я, игнорируя ее замечание. — Да, наш брак распался по понятным причинам. Но я не затягивал твою агонию, хотя мог бы, будь я самовлюблённым засранцем, каким ты меня считаешь. Я бы еще пару лет как минимум мог выезжать на твоих пламенных чувствах, давать тебе надежду и тут же ее забирать обратно. Врать. Манипулировать. Газлайтить. Пока бы ты окончательно не свыклась с мыслью, что сама виновата в том, что мы расстались. И сейчас бы мы не беседовали с тобой так мило в этом замечательном ресторане, попивая дорогое шампанское. Кстати, вот и оно.
Усыпить бдительность — есть. Дать понять, что ее пися не такая уж и важная — тоже в копилочке. А дальше мне оставалось лишь вскормить ее гордыню. И вуаля — дело в шляпе — она сама полезет из кожи вон, чтобы показать, насколько я идиот, что ее всю такую королевишну потерял.
Стандартная бабская практика.
Когда же игристое было разлито по высоким бокалам, то я продолжил свои речи, хищно наблюдая за сменой эмоций на лице Ани. И это было сродни восторгу, если не сказать большего!
— Опять же, вон как ты без меня расцвела — просто не узнать. Из гадкого утенка в прекрасного лебедя превратилась. И нового мужчину встретила. Как ни крути — а одни плюсы, что ты со мной не забуксовала, да? Так что, опять же повторюсь, не вижу причин, чтобы шарахаться от меня по всей Москве и кривить губы презрительно при встрече. Разумеется, я радости от тебя и не ожидал увидеть, но вот это все, — и я манерно передразнил ее, дурашливо надув губу, — ну, такое… И чуть-чуть смахивает на детский сад.
И подмигнул ей, складывая большой и указательный палец в характерном жесте.
— Занятно, — чуть пригубила шампанского Аня и кивнула, оценив вкус по достоинству, — тебя послушать, так мир черно-белый. Лисса, либо любят, либо вообще никак не воспринимают.
— Ну я, разумеется, не подарок, Анюта, — рассмеялся я открыто. — Но и ты меня плохим мужем назвать не сможешь, верно? Я старался, но не вышло. Чувствам ведь не прикажешь. Разумеется, все эти неоспоримые плюсы видны лишь при одном условии.
— Ну давай, убей меня своими измышлениями окончательно, Игнат — усмехнулась она, а я не стал ее томить.
— А разве нет? Когда человек перегорел, отпустил и перекрестился — он не фонтанирует негативом. Ему это просто не надо.
— Вот именно — мне это, — и она кивнула в мою сторону, — просто не надо.
Мы синхронно закатили глаза и улыбнулись. Так слаженно, будто бы я смотрел в зеркало и видел там себя, но только в женском обличии. Такая же беспринципность. Стальная уверенность в себе. Эгоизм.
Сила духа.
Интересно.
— Ладно, — кивнул я официанту, который выставил передо мной мой стейк, а перед Аней говяжьи ребра, — раз моя персона не интересует тебя от слова «совсем», то давай поговорим о тебе.
И пока она не начала опять вот это все мракобесье вокруг своих «не хочу» и «не буду», которые уже порядком набили мне оскомину, я начал первым. И резко перевел тему в деловое русло.
— Итак, обсудим твои активы, Аня.
И меня понесло. Уж о делах я говорить умел и любил. За уши не оттащишь.
Стратегии развития, бизнес-планы и выгодные инвестиции. Я залил в очаровательные ушки бывшей жены столько всей этой отборной информации, что у любого бы вслух мозг.
У этой же самки богомола даже глаз не дернулся.
Кивала. Уплетала за обе щеки свои ребра. Пила шампанское. Когда я на минуту замолк, уточнила:
— Это все?
— Нет — внутренне подорвался я на мине, начиненной бешенством, но внешне остался по-прежнему невозмутимым.
— Ладно.
И снова я принялся окучивать эту с виду неприступную крепость, стараясь показать ей, насколько смехотворны были попытки от меня прятаться. Что она напрасно нафантазировала себе того, чего нет и в помине — да, она стала прекрасна, спору нет, но у меня таких, как Аня, красивых и знойных, хрен да маленько. И вообще, я её уже трахал, а потому в продолжении не заинтересован.
И был максимально убедительным.
Когда же еда наконец-то была съедена, а шампанское выпито, и мои речи подошли к логическому завершению, я зафиналил свой монолог:
— Ну вот, собственно, и все. Если тебя данная стратегия устраивает, то я бы предпочел все заверить документально и работать в таком формате. Что скажешь?
— Скажу, Игнат, что очень рада.
— Неужели? — склонил я вопросительно голову набок, ожидая, что она сейчас просто встанет и уйдет, гордо наворачивая своей роскошной задницей восьмерки.
Но Аня и тут меня удивила.
Достала из сумочки кошелек, а затем неспешно отсчитала несколько крупных купюр за свой заказ, затем же спокойно озвучила мне резюме сегодняшнего вечера.
— Да, — кивнула она, пока я форменно залип на ее губах и розовом язычке, который нет-нет, да мелькал между ними, — признаться, все же ожидала от тебя каких-то варварских замашек и подтекающей слюнки, Игнат. Слава богу, обошлось.
— Говоришь так, будто бы расстроилась.
— Что ты — фыркнул она. — Но, знаешь, не буду кривить душой и не стану утверждать, что не боялась выхватить от тебя дозу зубодробительного пикапа.
Спасибо тебе за то, что не пробил дно!
— Не за что.
Кушай с булочкой.
— А иначе, ты только представь, как получилось бы неловко, да?
— Ага.
— Ты такой: ар-р-р, забодаю! И в свою берлогу меня тащить. А я как бы не привыкла в себя запихивать то, что уже давно съедено, переварено и высрано.
Что, блядь?
Аня, милая и наивная провинциальная девочка-отличница, с золотой медалькой за пазухой и вот такое непотребство выдала? Реально? Ну, прямо сильно!
Мое браво!
Я не удержался и заржал. От души, по максимуму так кайфуя от этого вечера, что ощутил вот это странное ощущение, когда понимаешь, что на сегодня все — а так не хочется.
Я бы с огромным удовольствием продолжал до самого утра обмениваться с ней любезностями.
Черт!
Я бы даже секс отложил на потом, лишь бы просто слушать ее сердитые речи.
Красотка вообще!
Мне было мало. Я хотел еще!
И теперь я суматошно придумывал удобоваримую причину, чтобы встретиться с ней снова. Но не пришлось. Внезапно мой телефон завибрировал, оповещая о входящем сообщении от Володи.
  
А там — буквально подарок небес! Причина, по которой Аня до сих пор была в Москве. Не из-за меня, ну и хрен с ним. Потому что теперь я собирался обратить полученную информацию в свою пользу.