Я тебя не любил... (СИ)

Улыбнулся хищно. И кивнул бывшей жене, кода она холодно поблагодарила за ужин и пошла на выход.
Я не стал ее более задерживать.
Я на нее даже не оглянулся.
И не побежал следом.
Я сидел на жопе ровно, зная совершенно четко, что следующий ход все равно будет за мной.
  
Глава 39 — Звезда с неба
 
Игнат
— Странные дела, Лисс, — спустя минут пятнадцать после того, как я остался за столиком один, ко мне приземлился Панарин собственной персоной.
  
Довольный, как слон. Аж въебать охота.
— Чего щеришься? — огрызнулся беззлобно я, а друг дал знак принести нам что-то посерьезнее гребаного шампанского.
— Да вот удивлен увидеть, как тебя, образно говоря, бывшая жена по яйцам настучала, а ты этому даже радуешься, как я посмотрю.
— А знаешь, — усмехнулся я, — ты прав. Так все и есть.
— Ну, точно... — закатил глаза друг.
— Нет серьезно. Это же утомительно, когда вот так: только пальцем помани любую телку и она твоя. А тут такой подарок небес, считай, что квест. Гордая, красивая, временно недоступная, — облизнулся я плотоядно.
— Так уверен в себе?
— А когда было иначе? — фыркнул я.
— И на чем сейчас сошлись? — полюбопытствовал Панарин, хотя особо и не выказывал какого-то повышенного интереса к этой теме.
Зажравшийся монстр. Он прекрасно знал, что для таких, как мы, слова «нет» в принципе не существует Всему есть цена.
— Отработанный материал. Она — уже пережеванное мной мясо.
— Какая чудесная ложь, — лениво рассмеялся мой собеседник, а затем вяло кивнул официанту, который выставил перед нами роксы с ароматным бурбоном.
— А мне нравится, — рассмеялся я. — Согласись, было бы скучно, если бы я Аню, всю такую внезапную и похорошевшую в очередном браке, просто взял и натянул с полпинка. А так — жизнь заиграла новыми красками. Считай, что глоток свежего воздуха.
— А муж ее, как поживает?
— Охуенно, — скривился я, — его в Питере уже девочки окучивают.
— Ну, хорош, — с уважением поджал губы Панарин, но тут же вопросительно вскинул брови. — Погоди, я думал, тебе просто присунуть ей приспичило. На кой ты сюда еще и этого парня до кучи валить решил, Игнат?
А я как-то даже замер от этого вопроса в лоб. Кишки на пару секунд в морские узлы скрутило. Но я лишь пожал плечами, пожевал губу и, в общем-то, честно выдал, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
— А почему бы и нет?
И улыбнулся, представляя, что Аня попадет в безраздельное мое пользование.
Причем надолго.
— И в чем прикол? — в высшей степени недоуменно спросил Панарин.
— Я не анализировал, Серег — развел я руками. — Просто хочу. Просто надо. Просто будет.
— Просто ты о ней такой три года брака мечтал, да?
— Да, — честно признался я.
— А если...?
— Да похую мне уже, дружище, — оборвал я его на полуслове, — не захочет по-хорошему, заставим по-плохому.
И уставился на Панарина в упор, пока он не усмехнулся, кивая.
— Блядь, ну ты и отмор.
— Кто бы говорил, — рассмеялся я и мы дружно выпили за здоровье друг друга.
— Ладно, Лисс. А какой мирный план?
— Аня охотится за недвижимостью Меерзона. Поэтому она и торчит все это время в Москве. Хочет захапать принадлежащие ему два исторических особняка. Один — на Чистых прудах. Второй — на Дубровке. И еще пару участков под снос, на которых можно в пределах ТТК отстроиться с грамотной логистикой.
— Он ее пошлет, — хмыкнул Панарин.
— Так уже, — улыбнулся я. — Хер ее пойми, зачем она вообще к старому козлу сунулась.
— Может, банально не в курсе, — пожал плечами друг, а я кивнул.
— Может, да. История-то в принципе кулуарная. Не все в курсах, что покойный Артур Миллер в свое время самозабвенно ебал жену Меерзона, жену его брата и его младшую сестру.
— Волшебный экземпляр, — заржал Серега, а я кивнул.
— Старик костьми ляжет, но Ане свои активы не отдаст, хотя сейчас и на мели капитально. Все его дочки убыточны, а головная компания уже провела две оптимизации, но так и не вышла из крутого пике. Вангую — ему пизда, если он в срочном порядке не найдет кому слить остатки было могущества, дабы его раскурочили по запчастям и продали хоть как-то, чтобы старику хватило на безбедную пенсию.
— И ты решил заделаться под рыцаря без страха и упрека, спасителя сирых и убогих, да? — хохотнул Панарин.
— Да, — без тени зазрения ответил я.
— Учти, бабы не любят хороших парней, — без особого энтузиазма пожал плечами друг, а я усмехнулся.
— А я плохим уже был, Серег. Отжал по максимуму.
— НУ, это да. Вот только…
— Только что? — вопросительно вздернул я одну бровь.
— Как ты своей бывшей преподнесёшь новость, что согласился быть ее персональным Дедом Морозом?
— Я? Да никак.
— Ой, блядь, — фыркнул Панарин, понимая ход моих мыслей с полуслова, а затем начислил нам еще по порции сорокаградусного пойла, — еще поди ниже рынка, да?
— Да, — кивнул я, бегло переводя взгляд на экран своего мобильного, где только что высветилась информация, что Меерзон уже фактически согласился на сделку, но у него есть ко мне несколько вопросов.
— Ну, что, мой дорогой друг — замахнул порцию алкоголя Серега, — счастливых тебе, что ли, голодных игр?
— Ох, от души! — предельно довольный собой улыбнулся я, а затем тупо перешел в режим ожидания, ибо прекрасно понимал, чем все это в конечном итоге закончится.
Всего несколько дней пролетело, когда за ребрами бушевал и ревел огонь предвкушения. Но я терпел, потому что понимал правила этих социальных игр.
Знал, к чему они приведут в итоге. И что я получу взамен там, где приложил максимум усилий.
И вот уже Меерзон в теме. Счастливо потирал ручки и весь дрожал жирным холодцом своего обрюзгшего от праздной жизни тела. Заторопился. Принялся суматошно вентилировать сделку, но я специально в самый последний момент выжал тормоз до упора, уходя на подумать.
И давая время Ане узнать, что у нее из-под носа уводят вожделенный приз.
А затем довольно улыбнулся, захлебываясь диким, совершенно фонтанирующим восторгом, когда в одно прекрасное утро моя бывшая жена сама позвонила мне.
Взмыленная. Взбешенная. Разъяренная фурия.
А когда я все-таки принял вызов, то она гневно процедила мне в трубку:
— Лисс, вот скажи мне, ты зачем это делаешь?
О да, детка.
— Рад тебя слышать, Анюта, — мурлыкнул я в трубку и закатил глаза, ловя по телу обжигающую волну кайфа оттого, что девушка нетерпеливо и явно на взводе громко выдохнула.
— Оставь при себе свои любезности, Лисс, — жёстко и решительно отбрила она меня, но я лишь блаженно растянул губы в улыбке.
— Как скажешь. Все для тебя. Еще будут просьбы или на этом все?
— Меерзон! — рявкнула Аня, а я фыркнул.
— Ты все равно ничего от него не получишь, — перешел я на более деловой тон, — старый пердун терпеть не может предприимчивых женщин и твоего почившего блудливого папашу. Стоило бы знать о таких вещах, прежде чем строить далеко идущие бизнес-стратегии на недоступные для тебя активы.
— Бог ты мой! Что я слышу, Игнат? — пораженно охнула девушка.
— Ну, давай же, соображай, моя ж ты хорошая, — рассмеялся я.
— Так, я уже, — потянула она задумчиво, а затем мастерски раскрыла причинно-следственные связи, — только я ни за что не поверю в твои внезапно проснувшиеся альтруистические порывы. Где Игнат Лисс, а где добрые дела? Пф-ф-ф! Так что, говори прямо — что тебе от меня надо?
— Ничего.
— Какая восхитительная ложь.
— Зря ты так, Аня, — достал я из пачки сигарету и сразу глубоко затянулся, — мы ведь не чужие друг другу, но при этом, я тебе очень больно сделал. Тогда, два года назад, наворотил много, сказал лишнего, теперь вот — жалею. Ты старого жида вон сколько обрабатывала, а он только кровь тебе пил. Вот я и решил помочь. Думал, выкуплю у него все и тебе передарю, как своеобразную епитимью, а там уж как-то нам с тобой попроще будет контактировать.