Бешеная (СИ)
Я сидела в первом ряду и чувствовала, как по коже бегут мурашки.
Одно дело — писать эти дерзкие, провокационные строки на ноутбуке ночью. И совсем другое — слышать, как они звучат из уст мужчины на всю страну. Он не смягчил ни одного угла. Он взял мою информационную гранату, выдернул чеку и бросил ее прямо в толпу инвесторов и прессы.
Это был скандал. Это была гениальная наглость.
В зале поднялся лес рук. Телефоны пиарщиков начали разрываться от звонков. Ильдар отвечал коротко, хлестко, безжалостно добивая конкурентов. Он держал этот зал за горло.
А потом, в самый разгар этой бури, он вдруг перевел взгляд со слепящих софитов в первый ряд. На меня.
Его глаза блеснули в свете вспышек. Он едва заметно приподнял уголок губ в короткой, торжествующей ухмылке. И я поняла, что он имел в виду в лифте.
Мы с ним были как бензин и спичка. Стоило нам объединиться, и полыхнуло так, что мало не показалось никому.
Бешеная вернулась в игру.
И спонсором этого возвращения стал этот невыносимый татарский дьявол.
Глава 10
Ильдар
Идеально. Просто, мать его, идеально.
Все прошло ровно так, как мы с Дамиром и планировали. Контролируемый взрыв. Информационная Хиросима. Мы хотели заявить о себе не как о скромных новичках на сибирском рынке, а как о монополистах, которые пришли забрать всё. И Лисицына… эта безумная, отбитая на всю голову девчонка сделала это лучше, чем целая армия самых дорогих пиарщиков столицы.
Она не просто написала текст. Она вложила в него столько наглости, яда и абсолютной уверенности в нашей силе, что теперь конкуренты будут пить корвалол литрами, а инвесторы сами принесут нам деньги на блюдечке, лишь бы оказаться на стороне победителей.
Сделал глоток ледяной воды, чувствуя, как внутри гудит туго натянутая струна адреналина.
А ведь сработало. Мой расчет на её злость сработал на все сто процентов.
Я скосил глаза в сторону фуршетного зала, где сейчас, окруженная плотным кольцом местной элиты, стояла она. Виктория.
И вот тут моя безупречная, математическая логика давала сбой.
Я всегда считал, что у меня есть четкий, выверенный вкус на женщин. Высокие брюнетки или холодные блондинки. Гладкая кожа, идеальные черты лица, покорность, помноженная на статус. Я никогда, ни разу в жизни не западал на рыжих. Меня откровенно раздражал этот цвет волос — слишком кричащий, слишком… пожароопасный.
И особенно я не переваривал веснушки. Да, у меня были любовницы с веснушки — так, ради разнообразия, на пару ночей. Забавная экзотика, не более того. Но я никогда не рассматривал таких девушек для чего-то серьезного. В моем понимании женщина, которая может идти рядом со мной, должна была быть безупречной фарфоровой статуэткой, а не россыпью солнечных пятен.
Но сегодня утром…
Когда открылись двери лифта и она шагнула ко мне, я забыл, как дышать. Честно. Мое сердце, натренированное выдерживать любые стрессы, вдруг ударилось о ребра так сильно, словно я пробежал стометровку.
Она была потрясающей. Изумрудный тяжелый шелк облегал её фигуру, подчеркивая каждый изгиб. Черное кружево топа дразнило, заставляя фантазию работать на пределе. А эти волосы… тяжелые, огненные волны, которые хотелось намотать на кулак.
Красотка. Кто бы мог подумать, что под теми растянутыми футболками с Губкой Бобом и броней из яда скрывается женщина, от одного взгляда которой у меня сносит крышу? Когда мы стояли рядом перед камерами, я физически чувствовал жар, исходящий от её тела, и мне стоило огромных усилий не притянуть её к себе прямо там.
Я достал телефон из внутреннего кармана пиджака, стряхивая с себя это наваждение. Рано расслабляться. Игра только началась.
Набрал номер Дамира.
Гудки шли долго. Я уже собирался сбросить, как вдруг трубка щелкнула.
Вместо привычного «Да, Ильдар» мне в ухо ворвался женский крик. Звонкий, яростный, пропитанный чистым негодованием.
— …Дамир, ты совсем рехнулся?! Какие, к черту, развивающие карточки с китайскими иероглифами?! Им два месяца! Они только на прошлой неделе научились на погремушку фокус наводить, а ты им аудиосказки на мандаринском диалекте включаешь вместо колыбельных?!
Я инстинктивно отодвинул телефон от уха. Кира. Ну конечно.
На заднем фоне послышался спокойный, умиротворяющий баритон моего друга и босса:
— Маленькая, нейронные связи формируются с рождения. Китайский — это инвестиция в их будущее. К тому же, под фонетику мандаринского Алиса отлично засыпает.
— Она от шока в обморок падает, а не засыпает! — взвизгнула Кира. — Если ты сейчас же не выключишь этот подкаст про экономику Азии для младенцев, я... я...! – ого у Киры закончился запас угроз? что то новенькое. - И вообще, Амина только что срыгнула на твой костюм! Ты когда вещи за собой будешь убирать?
Я хмыкнул. Прошло два года с их свадьбы, у них недавно родились потрясающие дочки-двойняшки, Амиров души не чает в зяте, а эти двое всё так же живут на пороховой бочке.
— Брат, — громко сказал я в трубку, перебивая очередную тираду Киры про «отнятое детство». — Она когда-нибудь у тебя замолкает?
В трубке на секунду повисла тишина, а затем я услышал, как Дамир тихо, с какой-то абсолютно ненормальной для него, почти плюшевой нежностью, усмехнулся.
— Надеюсь, никогда не замолкнет, — ответил великий и ужасный Дамир Тагиров. — Обожаю, когда она кричит.
Я закатил глаза. Подкаблучник. Безнадежный, счастливый подкаблучник.
— Рад за вашу семейную идиллию. Как там поживает твой инстинкт самосохранения?
— Нормально поживает, Кира пошла застирывать пиджак и переодевать Амину, — голос Дамира снова стал деловым, хотя теплые нотки никуда не делись. — Как всё прошло?
Я замер, глядя на свое отражение в стекле.
— А ты не смотрел? — искренне удивился.
Это было событие федерального масштаба. Запуск крупнейшего дата-центра, презентация, трансляция на главных деловых порталах. Дамир в прошлом убил бы за то, чтобы контролировать каждую секунду такого мероприятия.
— Нет, не до этого было, — абсолютно спокойно, без капли сожаления ответил Дамир. — Алиса решила, что спать днем — это для слабаков, и орала из-за коликов, а Амина требовала есть. Я был занят переговорным процессом с двумя самыми безжалостными террористами в моей жизни. Вкратце расскажи.
Я покачал головой, улыбаясь. Да уж. Семья Тагировых окончательно сменила приоритеты.
— Вкратце: мы разорвали их в клочья, Дамир. Бомба упала точно в цель. Акции поползли вверх еще до того, как мы закончили отвечать на вопросы. Местные игроки в панике, телефон разрывается от предложений о сотрудничестве. Статья Лисицыной сработала как детонатор. Твоя идея сделать из нас «цифровую мафию» окупилась втройне.
— Я не сомневался, — в голосе Дамира послышалось удовлетворение. — А как сама Лисицына? Держишь на коротком?
Мой взгляд снова скользнул в зал. Виктория как раз отшила какого-то местного чиновника, сверкнув своей фирменной, опасной улыбкой.
— На коротком? — невольно усмехнулся, наблюдая, как незадачливый чиновник, что-то промямлив, поспешно ретировался подальше от моего рыжего стихийного бедствия. — Дамир, эта женщина перегрызет любой поводок, сплетет из него удавку и затянет на моей шее. И, что самое страшное, сопроводит это грамматически безупречным пресс-релизом.
В трубке раздался тихий, понимающий смешок друга.
— Смотри мне, накосячит она, ответишь головой.
— Не угражай мне. Я контролирую ситуацию, — отрезал, хотя где-то на задворках сознания понимал: то, как колотится пульс при взгляде на эту девчонку в изумрудном шелке, контролем назвать сложно. — Иди меняй памперсы, отец. Завтра будешь читать, как мы стали королями Сибири.
Глава 11
Ну здравствуй, уютненький.
Да-да, это снова я, ваша Бешеная, и я официально заявляю: слухи о моей профессиональной кончине были сильно преувеличены!