Я бог. Книга XXXIX (СИ)

Все пять цветов переплетались.
Старостелецкий поднял трясущуюся руку и ткнул в красную область. Обычная, скучная Дикая Зона с обычными, скучными монстрами.
Сейчас там был кусок северного Пояса.
— Как, — прохрипел старик. — Как это вообще может быть!
Артефакт на стене загудел и выдал цифру. Среднее арифметическое показание уровня угрозы за сутки. Цифра была втрое выше нормы. Через десять секунд она обновилась и стала выше еще на двадцать процентов.
  
Старостелецкий медленно поднялся, взял трубку и набрал директора.
— Алексей Максимович, вы мне нужны. Пять минут. Нужно поговорить.
— Приходи, — раздался гулкий бас Горького. — Я давно жду плохих новостей. Сегодня твоя очередь.
— А я думал, что сегодня очередь Ермаковой.
— Ермакова принесет свои проблемы завтра.
Старостелецкий надел пиджак прямо на пижамную рубашку, схватил сферу под мышку и побежал к директору.
* * *
Гостевой дом поместья Кузнецовых.
Сахалин.
Полдень.
Гостевой дом пах тушеной капустой, воском и чем-то еще, чего я навскидку не опознал. Может, какое-то новое средство, которым Настя натирает полы. А может, Маруся развесила сушеную мяту. С тех пор, как она вышла замуж, в доме появилось много мелочей, от которых становилось уютнее. Я заглянул сюда в поисках Любавки.
Дункан сидела на диване. В бинтах, с замотанным предплечьем, но она уже сидела, а не лежала. На стуле напротив устроился Денис Бердышев. Он, видимо, только что закончил что-то докладывать, потому что на коленях у него лежал раскрытый блокнот. Лицо Дениса было такое, какое бывает у молодого человека, когда он очень хочет казаться старше, чем есть.
— Явилась, — я кивнул Дункан. — Как ты?
— Хожу, — коротко ответила она. — Отец не звонил?
— Нет.
— Понятно.
Она сжала губы и посмотрела в окно. Я сел рядом.
— Ась, послушай. Мы почти уверены, что его забрали божества. Как забрали Фанерова-старшего, Онегина, Толстого и Чехова.
— Они живы?
— Думаю, да. Пока да. Божествам нужна их энергия, и если они умрут, канал закроется. Поэтому их охраняют.
Дункан медленно выдохнула. Денис опустил глаза в блокнот.
— У отца нет магии. Он не имеет Внутреннего Хранилища.
— Знаю, и это меня смущает… Зачем он божествам?
— Надо найти их, как можно быстрее, — вздохнула Дункан.
— Найдем. У нас уже есть одна точка. Валахия. Там Фанеров-старший. Эль сегодня туда отправится.
— Он в курсе?
— Еще нет. И у меня к тебе просьба. Днем пойдешь со мной. Соберем всех в Администрации, мне надо сказать одну вещь, которую лучше сказать сразу всем.
Она внимательно посмотрела на меня. Впервые за весь разговор.
— Что-то серьезное.
— Очень.
Денис положил блокнот на стол и поднялся.
— Я могу позвать кого-то? Рыцарей? Или предупредить папу?
— Папу предупреди. Но позже. Сначала собираем своих.
— Понял.
Он встал, блокнот из его рук упал на пол. Я наклонился, поднял его и увидел нарисованные сердечки и прочие романтические картинки.
— Ой, прошу прощения, — он моментально покраснел, взял блокнот и вылетел из комнаты.
Я приподнял бровь и посмотрел на Асю.
— Что? — развела она руками. — Да, позвал меня на свидание… И да, я согласилась…
* * *
Администрация.
Южно-Сахалинск.
Зал был большой. Я специально выбрал именно его, потому что в кабинете Эля мы толкались бы локтями, а тут стоял длинный овальный стол, за которым при желании можно было накрыть свадьбу. Или, как сегодня, собрать всех близких.
Эль в облике гуся сидел во главе с маленькой сигарой в уголке клюва. Сигара не дымила, а просто торчала. Ему нравился образ. Мисс Палмер устроилась по его правое крыло, скрестив ноги и подпиливая ногти маленькой пилочкой. Арина Родионовна с кружкой ромашкового чая — по левое. Она прилетела из Японии час назад вместе с Алисой и Розой. Лицо у нее было свежее, хоть ей и пришлось полетать с острова на остров.
Дальше сидели мы с Машей и Светой. Маша молча смотрела на меня, ее лицо было необычайно серьезно. Света шепталась с Алисой, но, заметив нашу серьезность, умолкла. Напротив сидели Надя с папкой, Люся, Роза, Маруся, Настя, пять Рыцарей, Кутузов в помятом кителе, Изабелла Нахимова в коляске, Газонов и Маргарита с блокнотами.
Дункан нашла себе место у стены в кресле. За общим столом ей не сиделось. Так ей было спокойнее. Трофим стоял у двери. Руки сложены за спиной, в одной зажат свернутый листок с какими-то пометками.
Я поднялся.
— Всем добрый день. Долго тянуть смысла нет, поэтому сразу скажу.
Комната затихла.
— Вчера ночью в Антарктиде случилось кое-что, о чем вы обязаны знать. Во-первых, я почти собрал все портальные камни, и мы можем больше не тратиться на плацкарт. — К моему удивлению, шутку никто не оценил, так что пришлось переходить к основному вопросу: — И второе. Я теперь низший бог.
Пару секунд все смотрели на меня, не понимая, шучу я или нет.
— Ах, ты теперь еще и бог? — переспросила Маша. — Миша, шутки у тебя дурацкие.
— Это не шутка. Я бог низшего уровня, но пока не до конца разобрался с новыми способностями и силой, но точно знаю, что теперь я могу убивать других божеств. И не просто развоплощать, а стирать саму сущность из реальности. Вчера проверил на одном из нападавших.
— Миша, — привстал Кутузов. — Ты понимаешь, что это значит?
— Понимаю. Поэтому и говорю вам всем. Не хочу, чтобы вы узнали об этом случайно.
Изабелла Нахимова побледнела. Арина Родионовна отпила чай и кивнула так, будто я сообщил что-то будничное. Газонов массировал висок. Маргарита прикусила губу.
— А детям эта божественность передается? — очень тихо спросила Света.
— По наследству такие статусы не передаются, — сообщила Лора, и я повторил ее слова вслух. — Витя и Аня останутся прежними. Их это не касается.
Света выдохнула.
— Ну и славно, — фыркнула мисс Палмер. — Кузнецов теперь бог. Не скажу, что сильно удивлена. Я ждала чего-то подобного. Но все же, немного удивлена.
— Это что, теперь придется переделать визитки? — поправила очки Надя. — Писать на визитках «Божество Кузнецов»?
— Писать «царь», как раньше, — сказал я и сел на место. — И никому об этом не говорить. О том, что вы услышали, знают только сидящие за этим столом. Плюс Валера. Еще я расскажу Романову. И нескольким людям в КИИМе.
Мои жены взяли меня за руки. И это, признаться, было самое успокаивающее, что я почувствовал за последние сутки.
Арина Родионовна отхлебнула чай и сказала, не глядя ни на кого:
— Царь, бог или черт знает кто. Вот удивительное время… Интереснее, чем при Володе.
— Согласен, — хмыкнул Кутузов.
— С чем ты согласен, милок? При Володе жил твой дед, а не ты.
Кутузов закашлялся в кулак.
— Теперь второе, — я повернулся к Элю. — У меня новости от Валеры.
Гусь прищурился.
— Слушаю.
— Он вытряс из одного божка адрес. Фанеров-старший в Валахии. Замок Цепеш, не тот, что в учебниках, а другой. Под Карпатами, рядом с Брашовом. Третий подвальный уровень, камера с рунами.
Эль медленно вытащил сигару из клюва и положил на стол.
— Это моя страна, — произнес он.
— Я в курсе.
— Там моя сеть. Там мои вампиры, — заговорил он, распаляясь на каждом слове. — И именно там какие-то божественные твари устроили пансионат за мой счет⁈
— Эль, если не хочешь, то Валера…
— Я сам хочу! — Он распахнул крылья, между перьями засверкали красные молнии. — Миша, я сам. Немедля вылетаю! Бог Войны жаждет крови богов!
— Если что, там недалеко Валера и Тари, — напомнил я. — Попроси их помочь.
  
— Да нахрен он мне там нужен⁈ Чего я, без него не справлюсь? Заодно пройдусь по всей верхушке моих кровосись. Тот подлец, кто впустил ко мне домой чужих, пожалеет, что вообще родился. Всех причастных найду!