Прикованная к Анубису (ЛП)

Я вскакиваю, не в силах больше сидеть на месте. Хожу взад-вперед, обдумывая и переваривая его слова, а он продолжает:
— Но даже тогда всё было не так, как должно. Как только Ра это понял, он начал фрагментировать ваши души, создав легион — армию Анубисов, которая вас сопровождает, — мое тело каменеет, и я медленно поворачиваюсь к нему. — Ты хочешь сказать, что Ра создал легион, чтобы раздробить нашу силу, а не для того, чтобы дать нам защиту?
  
— Да.
Я становлюсь беспокойным и раздраженным. В моих глазах кровь, я безумно хочу причинить боль этому подонку.
— Твое утверждение еще более весомо, ведь если я правильно понял, ты говоришь, что Мортеус и я — могущественнее, чем Ра.
— Да. Но так же, как устранение Ра разрушило бы наше существование, воссоединение вас двоих опустошило бы Дуат, что привело бы к непоправимой нестабильности, — Тот выпрямляется. — Мы — живой организм, который функционирует, только если все вместе, в гармонии.
— Я убью его, сейчас же!
— Не смей! — впервые я вижу, как Тот теряет самообладание.
— У меня есть доказательства! Посмотри на всё, что ты мне сказал!
— Это не доказательства. Это мои слова против его. Только писания могут подтвердить сказанное, — я не понимаю, в чем проблема.
— Это просто, дай мне писания, — я протягиваю руку, чтобы он отдал мне книгу.
— У меня их нет, они исчезли много веков назад. Они хранились в Александрийской библиотеке и были потеряны, когда она была разрушена, — это просто проклятая мука. — Я знаю, что они не уничтожены, так как чувствую энергию каждого из них, но не могу понять, где они.
— Нет, этого не может быть, Тот. Он может прийти сюда, едва не убить моего ребенка и мою женщину, а я не могу ответить? — рычу я в ярости. — Где ты был всё это время?
— Искал писания, но не нашел их нигде.
Воздух вокруг нас словно замерзает. Я жажду реванша, хочу заставить Ра хоть как-то заплатить за тот страх, когда я чуть не потерял спутницу и малыша. Это так не останется, не тогда, когда я могу заставить этого мерзавца ответить.
— Я знаю, где книга, — голос Анабет привлекает наше внимание, и она входит в зал, медленно направляясь к нам.
37. Проводница
АНАБЕТ БЕНЕТ
Я проснулась, когда Мортиус покинул постель, но не хотела шевелиться — я была измотана, и мое тело требовало отдыха. Однако, услышав повышенные тона, я спустилась, чтобы узнать, что происходит.
Приблизившись, я увидела бога Тота и была впечатлена. Он такой же высокий, как Мортиус, с головой ибиса в синих тонах и длинным изогнутым клювом. Его образ излучает мощь, но голос звучит мягче, чем у Мортиуса.
Пока они спорили, я начала вспоминать то, что он рассказывал, пытаясь понять, где именно я читала то, что он сейчас раскрывал. Я слушала их дискуссию и прокручивала в голове, кто именно показал мне эту историю.
Я думаю о своей матери и её уроках, обо всех тех разах, когда, став подростком, я искала информацию об истории Древнего Египта. Я перескакиваю из года в год, пока не вспоминаю.
— Тату-салон, — пробормотала я, вставая и направляясь к ним.
Мортиус не может смириться с мыслью, что книга потеряна, но ведь я её нашла.
Приблизившись, я чувствую себя немного скованно перед лицом бога мудрости, стоящего прямо предо мной, однако произношу:
— Я знаю, где книга, — две пары глаз уставились на меня в недоумении, будто у меня посреди лба только что вырос рог.
— Где? — Тот первым проявил интерес, в то время как Мортиус притянул меня к себе.
— В тату-салоне, где я набила на коже изображение Мортиуса и произнесла его брачные клятвы, связав себя с ним, — я поворачиваюсь, чтобы он увидел мою спину, и его удивление неподдельно.
— Рад познакомиться с вами, госпожа бога душ, — вежливо приветствует он меня.
— Взаимно, — я застенчиво улыбаюсь, и мы слышим низкое рычание, вырывающееся из груди Мортиуса.
— Если то, что ты говоришь — правда, нам нужно пойти и забрать её, — Мортиус торопится.
— Я могу проводить вас туда, — предлагаю я.
— Нет! — его отказ меня не удивляет.
— Почему нет? Я знаю, где это. Мне будет гораздо проще войти в салон, чем Анубису, внезапно появившемуся посреди Нью-Йорка, — я делаю шаг в сторону, упирая руки в бока.
— Она права! — вмешивается Тот, и Мортиус, кажется, теряет самообладание.
— Я уже сказал — нет! Я не буду подвергать риску свою женщину и своего малыша, — похоже, дело не только в этом.
— Я не говорю, что пойду одна, Мортиус. Мы пойдем вместе, но я буду видимой, а ты появишься, только если будет необходимо, — его глаза полыхают тем золотом, которое я видела лишь в день, когда он убил Анубиса.
Какое-то время кажется, что Мортиус не намерен отправляться со мной на Землю, пока этот огонь не исчезает и он не успокаивается.
— Хорошо, но я должен тебе кое-что объяснить, — его взгляд перебегает с меня на Тота, который тут же покидает зал и исчезает.
— Ты меня пугаешь, Мортиус, — он берет мое лицо в ладони и глубоко вздыхает.
— Иди сюда, — я получаю поцелуй в лоб, и на секунду он не отрывает губ от моей кожи.
— Любимый, мне становится страшно, — шепчу я, когда он смотрит на меня и ведет к креслу.
Он садится и усаживает меня к себе на колени, лицом к нему. Его руки на моей талии, а взгляд прикован к моим глазам.
— Отправляться в мир живых — это совсем другое дело, поэтому я всегда переносил тебя назад во времени, — я подтверждаю это кивком. — Один день в мире живых — это как много лет здесь.
Мой разум обрабатывает информацию, и ко мне приходит понимание.
— Ты хочешь сказать, что всё это время, что я провела здесь — там прошло всего несколько минут? — я потрясена.
— Да, именно так, — на его лице отражается печаль. — Мы не можем проводить там больше двенадцати часов, иначе есть риск никогда не вернуться. В твоем случае всё еще деликатнее… У нас есть наш малыш, что сокращает время до нескольких часов. Он не принадлежит твоему миру, и пребывание там может навредить ему.
— Мортиус, я не хочу возвращаться, я не пытаюсь сбежать, я просто хочу помочь, — я подношу руку к его морде.
— Я чувствую опустошающий страх, Мабет, что ты утечешь сквозь пальцы, как песок в пустыне, — слышится усталый вздох.
— Нам нужна только книга, и ничего больше, — я стараюсь сохранять спокойствие.
— Если это будет слишком тяжело для малыша… — мне всё равно, что он его так называет.
— Я бы никогда не подвергла наши жизни риску, но он или она — ребенок могущественного бога и сможет выдержать несколько минут в моем мире, — я улыбаюсь. — Ты должен верить в силу того, что мы создали.
— Я пролью кровь за вас, Мабет, я буду воевать за вас, а не наоборот. Я не подвергаю вас риску, понимаешь? — я кладу ладонь ему на грудь, чувствуя его учащенное сердцебиение.
— Да, но мы сильные, смелые и знаем, что ты никогда не позволишь ничему плохому добраться до нас, — он трется мордой о мое лицо, и я закрываю глаза.
Я понимаю его страхи и опасения, но я не могу позволить, чтобы Ра остался без отпора. Я сделаю это не только ради своего ребенка, но и ради Мортиуса. Я обнимаю своего спутника, стараясь передать ему ту уверенность, которую чувствую сама, потому что я хочу заполучить эту книгу и засунуть её Ра в его солнечную задницу.
— Ты всегда добиваешься от меня всего, чего хочешь, — я улыбаюсь тому, как он это говорит.
— Как будто ты не добиваешься от меня всего, чего хочешь.
  
Окончательно смирившись, он поднимает нас на ноги, и мы видим, как Тот снова входит в большой зал. Я сжимаю его руку, уверенная, что ничто, даже этот грошовый бог Солнца, не в силах нас разлучить.
— Теперь, когда вы поговорили, нам нужно действовать быстро. Вполне вероятно, что Ра пришла та же идея, что и тебе, Мортиус, но у нас есть козырь в рукаве, и Анабет проведет нас к моим писаниям. После этого нам останется ждать его следующего шага. Мы застанем Ра врасплох, когда он будет уверен, что на шаг впереди нас, — то, с какой мудростью он говорит, заставляет меня улыбнуться — моя мама была бы в восторге от знакомства с ним.