Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)

08.01.280 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Ликкин – форт Илкара 
«А пристань-то заброшена…»
Дорога от эльфийских городов к «рудникам» стеклянистых фрилов в Старом Городе Ликкин шла по реке; здесь, на пологом берегу, лежал, срастаясь с кустарниками, бревенчатый причал. Обычно он приподнимался вместе с водой, но сейчас Гедимин с трудом нашёл его под обломками льда и всяким мусором, принесённым с верховий. Брёвна затонули, кустарник в этом году не приподнялся, подпирая их, - и, судя по следам погрызов и на причале, и на затопленных ветвях, в том году он тоже не всплывал. Ни в паводки, ни даже летом, - так и улёгся на дно, и вытаскивать его было некому. На двойной колее, ведущей вверх по пологому склону, пробивалась трава. Повозки, проседающие под весом рабочих лоз и добытого рилкара, укатали колеи до каменной твёрдости. Тающий снег проложил по ним русла, но размыть пока не смог – чёткая двойная полоса эльфийской дороги уходила к западу, к темнеющим на горизонте высоткам. Гедимин пошёл вдоль неё, высматривая подгрызенные деревца и пятна выкошенной ещё до снега травы. Чем дальше, тем их становилось больше. Город был окружён широким кольцом прошлогодней стерни.
  
«Да, эльфы давно сюда не ездят,» - Гедимин остановился над цепочкой лужиц на дне колеи. С их дна торчали короткие жёсткие побеги мутировавшей травы. Проросла она тут год или два назад, но точно не этой весной, - значит, тогда колею уже не утрамбовывали колёса повозок. Гедимин прошёл ещё несколько шагов, рассматривая дорогу, и вновь остановился – в грязи виднелся размытый отпечаток протектора.
Что-то, совсем не похожее на эльфийскую повозку, пропрыгало по колеям, сделало широкий разворот и уехало в поля. На развороте его занесло – на земле осталась вмятина в форме полумесяца и разбросанная вокруг трава, выдранная колёсами. Гедимин сощурился на дорогу – там следы были более-менее чёткие. «Точно. Протектор. С поперечным швом – вон выбоины… Самоделка?»
У повозки было три колеса. Ехала она сама, без тягловых животных, довольно быстро – и, если водитель не лихачил, глубоких следов не оставляла, значит, вес везла небольшой. «Глайдер? Флиппер? Переделка флипа в типа-глайд?» - Гедимин «посветил» сканером туда, куда упрыгала по ухабам «машина». У него были подозрения, что где-то там должны валяться отлетевшие детали. Но луч «нащупал» только углубления в тройной колее и продолговатые вмятины с ними рядом. В тридцати метрах от эльфийской дороги «флип» остановился, чтобы вскоре стартовать снова. Луч «нашёл» короткую следовую цепочку (кажется, чужак шёл в обуви с жёсткой подошвой) и пятно впитавшейся органики – у кого-то из наездников сработала выделительная система. Дальше след шёл вдоль городской окраины и где-то вдалеке нырял в пролом стены. С тех пор, как Гедимин видел её в последний раз, в ней прибавилась минимум пара брешей… а вот «эльфийский» ход был завален горой обломков. Их даже не укладывали толком – накидали как попало. Под весом Гедимина «пробка» просела, куски фрила раскатились. Сармат спрыгнул на затянутую грязью мостовую и огляделся по сторонам.
Снега в городе не было, даже и на крышах высоток, - все Старые Города что-то охлаждало летом и подогревало зимой, удерживая за стенами постоянную прохладу. Гедимин чуть сдвинул щиток на запястье и мрачно кивнул. «Мертвечина…» Летом городской воздух не освежал, даже после степной жары, а в холод не согревал – только растапливал снег раньше времени, и талая вода прокладывала путь меж перекрытиями. Кое-где в руслах накопился грунт – достаточно для мха в тени и живучей мутировавшей травы на солнечных участках. Растения медленно, сантиметр за сантиметром, двигались вглубь города.
Грунт сохранял и следы – здесь волокли выломанную балку, цепляясь за стены, тут пронёсся, разбрасывая грязь и обрывки мха, «флип» на самодельных шинах, тут пересекались следовые цепочки людей и крупных крыс. Чуть поодаль на стенах зияли узкие отверстия с трещиноватыми краями. Гедимин запустил внутрь коготь и сдержанно хмыкнул. «Кинетика мощная, но рилкар не пробивает…»
Следов было много – сармат насчитал два десятка выбоин и вмятин. Короткие толстые «пули» вбивались в стены и мостовую сверху вниз, снаряды из чего-то менее мощного оставляли больше царапин, чем дырок, и летели снизу вверх, из переулка и нескольких замурованных проломов в соседней высотке. В проломы сгрузили битый фрил, сверху наварили широкие полосы внахлёст. Швы были свежие – стычка случилась недавно. Гедимин посмотрел на грязь под стенами, - крысиные и человечьи следы отпечатались там частями, накладываясь друг на друга. Кое-где ещё не смыло кровь – и крысиную, и человечью. 
«Надо было искать новые ворота,» - подумал Гедимин, огибая стороной шуршащий и скрежечущий подвал – оттуда, несмотря на все перестрелки, крыс ещё не выбили. «Тут «макаки» бывают редко. Вот уже и следы кончились…»
Там, где мостовую не затянуло пылью, превращающейся в почву, сохранялись только выбоины – следы стрельбы, царапины от неуклюже протащенного груза или неудачно развернувшегося «флипа»… Один след Гедимин рассматривал долго, угрюмо щурясь, - тут развернул турели экзоскелет. Где его взяли в гражданском убежище, сармат мог только догадываться, - может, вырыли из хранилища, которое он сам пропустил?.. «Надеюсь, они их хотя бы не строят,» - думал Гедимин, выискивая другие следы боевых машин. «Если строят – наннам придётся кисло. Камнями не откидаются. Тогда уже мне придётся что-то решать…» - он поёжился от неприятного холодка и ускорил шаг.
Впереди маячил чересчур широкий просвет, и сармат остановился вновь. Кто-то прочертил вокруг убежища «Хилларс-2» неровную дугу – и по этому плану подрывал высотку за высоткой, нагромождая валы обломков. «Крепостная стена» уходила далеко на юг и на север, опоясывая широкий участок с почти целыми домами. В некоторых окнах сармат увидел подозрительный блеск. Он замер в тени дома, прислушиваясь к тихому потрескиванию – где-то работал недоломанный передатчик. «М-да. Размножились и полезли наверх… Сколько там народу было в убежище скайотов? А тут, в «Хилларсе»? Поколения у них сменяются быстро. Если после выхода из убежища у них, как у скайотов, рванула рождаемость…» - Гедимину представились орды дикарей с самодельной «кинетикой», и его передёрнуло. «Ладно, посмотрим. Может, они договороспособны? Эльфы же как-то общались…»
То, что даже эльфы тут давно ни с кем не общаются, наводило на неприятные мысли. Гедимин криво ухмыльнулся и шагнул на мостовую перед «крепостной стеной», вскидывая сфалт. Плазменный шар разорвался в небе чуть выше уцелевшего строения, смахнув фриловую пыль. Взвыла сирена. Гедимин тронул передатчик, настраивая громкость.
- Эй, «Хилларс»! Я пришёл говорить. Будем мирно, или мне ещё пальнуть? 
«Сарматы за такой заход сразу бьют,» - думал он, неловко щурясь. «И с переселенцами я не стал бы так. А здесь… сработает, нет?» Возможно, он даже обрадовался бы, если бы не сработало – но не прошло и секунды, как наверху кто-то нашёл рупор и заорал:
- Пушки вниз! О-кай, говори! Ты чей такой? «Ульф»? «Арки»? Заречный «мурт»?
Гедимин мигнул.
- Я переговорщик от народа наннов, - отозвался он. – Осенью вы полезли к их стадам и огребли. Они думают – надо кончать грызню. Кто тут у вас главный?
Наверху замялись. 
- Нанны? – переспросил невидимка с рупором. – Рыжие громилы-мутанты? А ты же вроде теск?
- Сармат, - буркнул Гедимин. – Там нет мутантов. У вас – не знаю. Ну? Кто главный? С кем есть смысл говорить? 
  
В развалинах заскрежетал передатчик. Рядом с рупором что-то пробормотали – не то растерянно, не то испуганно. Гедимин различил только слово «теск».
- Теск-переговорщик? – переспросил уже другой голос сквозь потрескивание помех. – О-кай. Я мастар Харил Грен. Говори, «хиллаз» тебя слушают.
«Так. Имя здесь, кажется, Харил,» - быстро перебрал исковерканные слова Гедимин. «Мастар? Это как «мастер» или «мистер»? Видимо, из вожаков. Ладно, их я и искал.»