Темный Лорд Устал. Книга VI (СИ)

Наместник региона.
Чернов улыбнулся, пробуя это слово на вкус — Лорд-Протектор Чернов. Звучит солидно и правильно. Воронов не вечен, рано или поздно он оступится, нарвётся на кого-то сильнее, надорвётся от собственных амбиций. И тогда кто-то должен будет занять его место. Кто-то умный, осторожный, с нужными связями.
Кто-то вроде Матвея Чернова.
Но самое сладкое — слаще шампанского, слаще мечты о власти — были мысли о Косте Лебедеве.
  
Чернов прикрыл глаза, смакуя фантазию.
Я представляю его рожу. Когда я войду в офис через парадный вход, как почётный гость. Он увидит меня и остолбенеет. Я буду в этом костюме, с этим кейсом. Как посол великой силы.
Чёртов Костя Лебедев с его «честным бизнесом» и «принципами». Наверняка думал, что он Чернов сломлен, раздавлен, выброшен на обочину истории.
А я буду смотреть на него сверху вниз, как на грязь, на обслугу. Я куплю его с потрохами — весь его «Эдем Агро», все его теплички и фермы. А потом уволю. Нет, лучше — заставлю приносить мне каждое утро кофе. «Костя, два сахара и сливки, будь добр» — и он будет приносить. Будет улыбаться и кланяться, потому что я — тот, кто платит.
Чернов открыл глаза и посмотрел на своё отражение в иллюминаторе. Тёмный силуэт на фоне закатных облаков, бокал шампанского в руке, довольная улыбка на губах.
Костя, ты думал, что победил?
Он опустил руку на кейс, чувствуя прохладу металла под пальцами.
Игра только началась.
Самолёт нырнул в облака, унося Матвея Чернова навстречу его «великому» будущему.
  
Глава 23
 
Кассиан
Пожиратель разросся.
Когда я высадил его в заражённую почву Котовска, это было чахлое растение размером с куст — едва живое после голодания в кабинете Гужевого. Теперь передо мной возвышалось нечто, больше похожее на декорацию к фильму ужасов.
Чёрные лианы толщиной с человеческую руку оплетали цеха заброшенного завода. Они ползли по трубам, обвивали вышки, пробивались сквозь окна. Огромные, мясистые, сияющие тёмно-фиолетовым светом листья покрывали стены, как чешуя гигантского змея. Воздух вокруг растения дрожал от концентрированной магии.
Пожиратель жрал некроз. Всасывал отравленную энергию из земли, воздуха и рос с такой скоростью, что я начинал жалеть о собственной эффективности.
Движение справа.
Толстый усик отделился от основной массы и пополз к зданию генераторной. Кончик усика нащупал кабель, ведущий к трансформатору, и начал обвивать его с нежностью голодного удава.
Чистое электричество. Растение решило разнообразить диету.
— Назад.
Я вложил в слово волю — концентрированный удар приказа, который прошёл по нашей связи как разряд тока.
Пожиратель вздрогнул всем своим гигантским телом. Листья затрепетали, лианы заёрзали. Усик отдёрнулся от кабеля с шипением, похожим на недовольство. Я смотрел на растение, просчитывая варианты.
Некроз действовал на Пожирателя как стероиды на спортсмена — невероятный рост, чудовищная мощь, и абсолютно невероятный аппетит. Если я не проведу ритуал в ближайшее время и не замкну контур очищения, завтра эта тварь сожрёт сам завод. А послезавтра примется за город.
Зато черенков я с него нарезал для премьера и уже их укоренил. Надеюсь, эта скотина сожрет разломы вместе с их обитателями.
Но у меня на него были планы куда амбициознее, чем просто пугать монстров. Я чувствовал, как внутри этого монстра бурлит дикая, грязная, но колоссальная по объему энергия.
Зачем искать лей-линии или медитировать месяцами, если я вырастил свой собственный источник?
Если я смогу правильно настроить каналы, то превращусь в паразита на теле этого паразита. Я смогу выкачивать из него излишки мощи, фильтровать их и заливать в свой сухой резерв. Это восстановит меня в десятки раз быстрее.Я сделаю из него живой генератор. Он будет жрать тьму, а я буду жрать его.
Но для этого мне нужен идеальный фильтр. Без него эта дрянь просто отравит мою оболочку или сведет с ума.
Мне нужен был Солнечный Янтарь. Срочно.
Земля вздрогнула.
Глухой, утробный толчок, заставивший задребезжать стёкла в уцелевших окнах, прошёл снизу вверх. Показатели магического фона на моём планшете скакнули вверх, как кардиограмма умирающего.
Ещё один выброс некроза.
— Контур четыре перегревается! — голос Антона прорезался сквозь треск помех. — Руны плавятся!
Я развернулся к группе практикантов, сгрудившихся у портативного алтаря. Двадцать молодых, перепуганных студентов третьего курса, которых прислал Лисицкий. Один уже отступал к выходу, другой бормотал что-то похожее на молитву.
— Держать строй!
Мой голос хлестнул по площадке как плеть. Студенты вздрогнули и замерли.
— Батарейки — полный выход силы!
Четверо магов ИВР, стабилизирующих обстановку через опорные столбы внутреннего контура, переглянулись. Капитан Северов — старший из них — усмехнулся и кивнул остальным. Они закрыли глаза и сосредоточились, вливая энергию в контур так, как я их учил.
Забавные ребята. За короткое время плена они прониклись таким энтузиазмом к проекту, что я начинал подозревать стокгольмский синдром. Хотя, возможно, им просто нравилось чувствовать себя полезными вместо того, чтобы гнить в камере.
Руны засияли ровнее. Контур выдержал.
— Дыши, — голос Даниила звучал мягко, почти убаюкивающе. Он стоял среди студентов, положив руку на плечо самому молодому — тому, что бормотал молитвы. — Всё под контролем. Смотри на меня и дыши.
Эмпатия мальчишки работала как демпфер, гася волны паники прежде, чем они успевали распространиться — полезный навык. Особенно когда работаешь с толпой перепуганных детей на краю заражённой зоны.
Визг.
Я обернулся.
Мурзифель — чёрная тень с горящими жёлтыми глазами — карабкался по стеблю Пожирателя, вцепившись когтями в кору. Его челюсти сомкнулись на молодом побеге, и кот рванул, пытаясь оторвать кусок.
Лиана отреагировала мгновенно. Ветка свистнула в воздухе и врезалась в кота, отшвыривая его в сторону. Мурзифель приземлился на четыре лапы, зашипел и бросился обратно.
Растение ударило снова. Кот увернулся и вцепился в другой побег.
Маленькая война посреди ритуала. Именно то, что мне сейчас было нужно.
— Мурзифель!
Кот проигнорировал меня, продолжая грызть лиану.
— Если ты сожрёшь мой фильтр, я тебя побрею!
Мурзифель замер, повернул голову и посмотрел на меня с выражением глубочайшего оскорбления. Потом, демонстративно медленно, разжал челюсти и спрыгнул на землю.
Но взгляд его обещал: это ещё не конец.
Мы удержали.
Показатели магического фона стабилизировались, дрожь земли прекратилась, руны горели ровным золотистым светом. Контур выдержал. Правда на самом пределе возможностей, но выдержал.
Батарейки своё отработали. Капитан Северов лежал на земле, тяжело дыша, с закатившимися глазами и пеной в уголках губ. Трое его товарищей выглядели не лучше — выжатые досуха, опустошённые до последней капли магии. Санитары уже волокли их к медицинской палатке, бормоча что-то о капельницах и стимуляторах.
Студенты сидели прямо на земле, слишком измотанные, чтобы стоять. Даниил ходил между ними, раздавая воду и поддерживая своим воздействием. Мурзифель устроился на крыше ближайшего цеха и вылизывал лапу с видом существа, которое абсолютно ни при чём.
И тут Пожиратель зацвёл.
Это стало полной неожиданностью. Лисицкий же клялся, что они купировали его размножение, что он стерилен. Но факт оставался фактом…
Сотни, тысячи бутонов раскрывались по всей поверхности гигантского организма, испуская призрачное, бледно-фиолетовое сияние.
  
Красиво и жутко одновременно.
Я почувствовал, как растение жадно впитывает окружающий фон. Оно реагировало на перенасыщение.
Земля под ногами вибрировала. Лей-линии, на которых стоял завод, уже выли. Напряжение достигло критической отметки, энергии было слишком много, она искала выход, и Пожиратель, сам того не ведая, стал идеальным, хоть и временным, буфером. Он впитывал излишки, не давая лей-линиям рвануть прямо сейчас.