Одна на двоих жизнь (СИ)

- Вчера, несмотря на все наши усилия, враг уничтожил главный аэровокзал Штормзвейга, вследствие чего парализовано движение гражданских воздушных судов более чем пяти союзных миров.
Вот вам и возвращение беженцев в Ориму! Террористы сделали путешествие смертельно опасным, и наши соотечественники все еще остаются в сложном положении.
- Воздушная атака на буцалльскую базу ОВС предотвращена с большими потерями: мы лишились трех самолетов-истребителей первой авиационной площадки, спастись удалось только одному экипажу. Противник использовал для атаки списанные в прошлом году самолеты-невидимки типа «Нетопырь», угнанные с аэродрома Талла, - Клемман избегает смотреть совету в глаза, но его операция хотя бы спасла целую базу. Страшно представить, что было бы, если бы «мышки» донесли свои бомбы до третьего по величине нашего корпуса.
  
- За сутки террористы-смертники совершили пять самоподрывов, в результате в общей сложности погибли семьдесят шесть человек. Четыре смертника из пяти были зафиксированы вовремя, но предпринятые попытки эвакуации мирных жителей и обезвреживания преступников результата не дали. Террористки находились в плотной толпе, исключавшей возможность применения экспансивных снарядов и других методов…
- Черт знает, что творится! – восклицает Император. – Что вы намерены предпринять в связи со сложившейся ситуацией, господа военные?
- Для этого мы все покинули свои посты и собрались здесь, - безэмоционально произносит генерал Милтон. – Чтобы составить генеральный план противодействия лефтхэнду. Имейте в виду, господа, на совещании нет даже секретаря. Мои специалисты проверили помещение на предмет следящих и записывающих устройств. Таким образом, мы находимся в закрытой зоне, и в случае утечки информации под подозрением будет один из находящихся тут.
- Это что – угроза, генерал? – нехорошо уточняет Рагварн.
- Вовсе нет, господин командор, - меланхолично отвечает Милтон, - просто в военном ведомстве как-то подозрительно плохо ведется профилактическая работа с личным составом. Сколько ваших офицеров переметнулись на сторону террористов?
Он снова бросает на меня равнодушный взгляд поверх очков – да в них же диоптий даже нет, выпендреж, а не необходимость. Я вдруг осознаю, что вся эта сцена разыграна для меня. И пригласили меня на военный совет совсем неспроста. Но одновременно понимаю, что не могу промолчать, просто не вправе, когда по миру катится волна терроризма. Да нет, не волна, целое цунами!
- Простите, сэр, - встаю я, не глядя на провокатора.
Рагварн хмурится, но Император благосклонно кивает:
- Прошу,… майор. У вас есть предложения?
- У меня есть… возражение. Дело в том, что генерал Форка не предатель.
Общий возглас перебивает меня.
- Да он с ума сошел!
- Что за бред?
- Кто пустил его на военный совет?!
Рагварн темнеет лицом, он ничего не говорит, но его ладонь на столешнице так напряжена, словно он хочет прихлопнуть меня, как муху. На пару с Милтоном.
- Простите, Ваше Величество, но я знаю, о чем говорю. Генерал Форка подвергся глубокому гипнозу, которому не мог сопротивляться. Как и Кеннет Смит, полковник Стивенс, генерал Логерфильд и многие другие оримские офицеры.
В зале заседаний воцаряется тишина.
- У вас есть доказательства, майор… Райт? – с небольшим затруднением Эдвард вспоминает мою фамилию.
- Нет, - отвечаю я, - но у меня есть уверенность. Поверьте, опасность реальна, и это пострашнее суперморфоидов-смертников, которых не берут экспансивные пули. У нашего врага есть некто, кто может поместить в голову любого человека любую программу. Настолько совершенную, что вначале заметить невозможно…
- Возможно, - одними губами, для меня, произносит Милтон, но я не собираюсь играть в его игры.
- Вы сказали «некто», майор? – уточняет Император, пока весь совет, кроме разве что командора, переглядывается и крутит у виска. – Это значит, вы предполагаете кого-то конкретного?
- Предполагаю. Но, как я уже сказал, у меня нет доказательств.
- Но, может быть, у вас есть план?
- Есть, Ваше Величество, - подтверждаю я.
- И что же это за план? – недоверчиво кривится Хэнлон. Его служба потерпела полное фиаско в борьбе с суморфами. Да и Меги им не по зубам. Вот и злится, идиот.
- В первую очередь требуется усиление безопасности. Проверить весь личный состав на предмет гипнотического воздействия. Генерал Милтон считает, что способы эффективного обнаружения чужеродной программы есть, - советник опускает взгляд, и я не вижу, что сейчас в его глазах – раздражение или торжество. – Все военные и гражданские объекты оборудовать камерами, посадить операторов и мониторить в режиме реального времени – технику гипнозом не обмануть. Все это поможет предотвратить новые удары.
- Где мы найдем столько людей? – хватается за голову сбитый с толку Хэнлон.
- Ваш план весьма любопытен, майор, но, скажите, как все это поможет нам отразить атаки вражеской армии? – с нескрываемым снисхождением спрашивает Брэниган.
Мне бы промолчать… Но Милтон снова смотрит с ухмылочкой, будто знает то же, что и я.
- Нет никакой вражеской армии, мистер Брэниган. Главе военной разведки стыдно не знать о количестве и расположении боевых частей врага.
Брэниган, вспыхнув, оказывается на ногах.
- Ваше Величество, то, что говорит этот майор - какая-то провокация, - обращается он к Императору. - По нашим данным, у противника в наличии около тридцати тысяч человек боевого состава, приблизительно тысяча единиц тяжелого вооружения, в том числе не менее двадцати самолетов-истребителей, около десяти бомбардировщиков, из них три или четыре – тяжелых, с атомными бомбами…
- Глупости! Единственный тяжелый бомбардировщик я лично вывел из Оримы. Нет у них двадцати истребителей, и численность, считая с частными заккарийскими армиями, не превышает две или три тысячи солдат.
- Райт, довольно! – обрывает меня командор. – Спасибо, мы вас поняли. Покиньте зал заседаний, майор Райт.
========== Главы 5-6 ==========
Глава 5
Милтон догоняет меня за поворотом. Как раз в тот момент, когда я останавливаюсь, чтобы привести мысли в порядок и сообразить, что делать дальше, за спиной раздаются быстрые решительные шаги.
- Райт, - вот теперь его тон соответствует должности. Никакого минорного безразличия – Хестер Милтон собран, взгляд из рассеянного сделался проницательным и жестким, - постойте.
- Сэр?
- Можно вас на два слова, Дан? - очень любезно с его стороны вспомнить имя человека, которого сдал террористам.
Говорить посреди коридора невозможно, а в его кабинет я не пойду даже под дулом пистолета – после всего, что натворил этот тип, надеяться на его благоразумие как-то даже нелепо. Поэтому мы занимаем небольшой холл с нишей, где стоит продырявленный осколками снарядов кожаный диван, а на стене осталось не выгоревшее пятно от висевшей до захвата картины.
- Я вас слушаю, генерал. Но имейте в виду, что я все еще сотрудник военной разведки.
- Имею, - тонко усмехается Архангел, - в смысле, в виду. Просто хотел выразить свое восхищение – вы сумели поразить военный совет.
- Благодарю.
- Когда вы догадались?
- О чем?
- О гипнозе.
- Когда встретил вашего предшественника Смита во второй раз, - в этом нет никакой тайны, похоже, генерал пришел к тем же выводам намного раньше меня, - к тому времени, его личность уже подверглась разрушительному воздействию. Но в первую встречу я ничего не понял.
  
- Очень любопытно. Два месяца – короткий срок.
- Почему вы сказали, что знаете способ определить, есть ли в подсознании человека чужеродная программа?
- Потому что он есть, - отвечает Милтон.
- Я так полагаю, вы не собираетесь делиться этим способом?
Архангел делает шаг ко мне, глядя теперь снизу вверх, и доверительно понижает тон: