Одна на двоих жизнь (СИ)

- Наклонись-ка.
Я склоняю голову, Вики надевает орден мне на шею и, взяв лицо в ладони, прижимается губами к моим губам:
- Люблю тебя.
- А я – тебя.
С улыбкой выпрямляюсь, хотя и понимаю, что это «люблю» предназначено уже не мне. Возвращайся, брат. Лучшая на свете женщина любит тебя.
Вики поправляет ленту, снова проводит по лацканам мундира.
- Ты готов?
- Да.
  
- Тогда пойдем.
Глава 4
Рагварн и Веньяр с нетерпением ждут нас в приемной.
- Миссис Райт, - церемонно кивает командор и подставляет моей жене локоть.
Растерянная Вики берет его под руку, бросая на меня виноватый взгляд.
- Веньяр, Райт, следуйте за Тимом. Он вам все объяснит.
Ничего себе, какая загадочность!
Адъютант командора почти бежит по пустым коридорам Генштаба, где еще остались следы побоища. Стены кое-как подлатали, убрали мусор, вставили стекла, но первый этаж зияет проломами в стенах и разбитыми колоннами. На танке тут Сандерс катался, что ли? Теперь, чтобы привести здание в порядок, потребуется серьезная реконструкция.
У входа в парадный зал нас встречает какая-то шустрая особа с лейтенантскими погонами и бейджем пресс-службы министерства обороны.
- Так, это у нас Райт и Веньяр? – уточняет она у Тима. – Долго же вы, ребята! Император уже прибыл! Через три минуты все начнется.
Вот оно что! Теперь ясно, награждать будут. Большая церемония в присутствии телевидения и прессы, чтобы как можно шире осветить событие и тем самым поднять боевой дух армии.
Нам указывают место в строю военнослужащих, отличившихся в боевых действиях во время освобождения Оримы. Их много, хотя главных действующих лиц, кроме меня и Жана, нет. Сандерса, Кортни и его команды, Рэндела, мальчишек-кадетов, сражавшихся наравне со взрослыми. Зато с удивлением замечаю в строю знакомое лицо – командир «Ви 4» Кейтер, с которым ты встречался в Нарголле после захвата лаборатории. Значит, вот кто обеспечил поддержку майору.
И снова от несправедливости сжимает горло – это ты, а не я должен сейчас стоять здесь, получая заслуженную награду.
Играет гимн Оримы, его торжественные звуки заполняют парадный зал с его новыми портьерами и флагами и щербинами от снарядов на стенах. Музыка, слишком громкая, неприятно резонирует с чем-то у меня в голове. Когда-то эти аккорды наполняли меня вселенской гордостью от мысли, что я причастен к великой мощи армии Оримы. Теперь от прежней мощи и достоинства ничего не осталось, только горечь потерь и упрямое стремление доказать, что мы, оримские солдаты, еще можем что-то изменить. Я все еще служу Ориме жизнью и кровью.
- Смирно! – командует какой-то незнакомый армейский полковник.
В зал в полном составе входит военный совет Оримской Империи: бессменный на протяжении уже десяти лет глава оримской авиации генерал Берк Клемман, адмирал Эррон Джеймс, главнокомандующий ОВС командор Чендлер Рагварн. Следом за ними входит Император – седой, уже чуточку сутулый и немного растерянный Эдвард II, взволнованный то ли церемонией, то ли запланированным после нее военным советом.
На последних аккордах гимна оживают телевизионщики и пресса, начинают сверкать вспышки, я жмурюсь и едва не пропускаю момент, когда начинается награждение.
Церемония начинается с проникновенной речи Рагварна, коих за всю свою жизнь я слышал немало. Несомненным достоинством командора всегда было умение тронуть сердце каждого солдата оримской армии.
- Друзья! Бойцы! В этот трудный для нашей родины час, я горд и счастлив видеть вас – истинных героев своей страны. Вас, не пожалевших жизни ради свободы Империи, вас, сделавших победу реальной и близкой…
Победа… как никто другой, я знаю, что победа еще даже не маячит на горизонте. Но когда командор произносит эти слова, почти верю им и готов на все, чтобы превратить их из пустого звука в свершившийся факт.
- Вы не просто отвоевали Ориму. Вы вернули своим согражданам дом и надежду на мирную и безопасную жизнь. Спасибо, бойцы! Впереди у нас долгая дорога под стальным огнем, но вместе…
Интересно, он специально вставил в свою речь строку из песни? И заметил ли это кто-то еще? Кейтер заметил, наверное, песенка-то из фольклора «Виктории».
Командор занимает свое место. Оркестр играет военный марш. Император благосклонно кивает, и армейский полковник начинает зачитывать приказы о награждении. Первыми, по обычаю, награждают погибших. Майор Рэндел, посмертно возведенный в звание подполковника, получает звезду героя, а я впервые вижу его жену. Невысокая женщина со строгой осанкой в скромном темно-синем платье выходит, чтобы принять награду из рук самого Императора. Вторым называют майора Сандерса, и хотя я знаю от Жана, что Рэй жив и в безопасности, на душе становится неуютно. Ванхаус, Кортни и другие парни из нашей спасшей Ориму команды не удостоены ни награды, ни хотя бы упоминания в хрониках. И я теперь знаю, кто в этом виноват.
- Майор специального подразделения «М» разведывательного управления Оримской Империи Дан Райт, - называют твое имя.
Я выхожу из строя, стараясь выглядеть спокойным, когда вокруг все кружится.
Эдвард II на своем помосте дожидается меня с орденом в руках, пока полковник зачитывает приказ и перечисляет твои заслуги.
- Благодарю за службу, солдат, - голос Императора негромкий, но выразительный, а взгляд по-отечески теплый и немного снисходительный. Я поспешно склоняю голову, чтобы ему сподручнее было надеть мне на шею ленту.
- Служу Империи жизнью и кровью.
Когда золотой крест Оримы - высшая воинская награда - ложится на грудь, словно каменная плита, я начинаю ненавидеть себя.
Военачальники поздравляют меня, пожимают руки, Рагварн позволяет себе взять мою руку в обе свои гигантские ладони и задержать в них.
Наконец, меня отпускают, и я с облегчением занимаю свое место, успев по пути увидеть сияющие глаза Вики.
- Майор специального подразделения «М» разведывательного управления Оримской Империи Жан Веньяр…
Церемония продолжается.
Военный совет Оримы собирается в зале заседаний, который каким-то чудом совершенно не тронут. Уцелели даже колонны и старинные барельефы на стенах.
После церемонии награждения мы с командором не успеваем перекинуться даже парой слов. Рагварн жестом показывает мне, что я должен идти за ним, не объясняя цели моего присутствия на военном совете. Мне не по душе такая импровизация, информация, которую я добыл на шаттле террористов, должна поменять всю стратегию предстоящей военной кампании, и хотелось прежде обсудить ее с командором.
Но, подчиняясь правилам, послушно вхожу в зал, где за длинным столом уже занимают места высшие военные чины Империи. Кроме трех главнокомандующих здесь сегодня присутствует Хэнлон – начальник службы информационной безопасности, новый глава разведуправления Брэниган, заместитель прежнего, погибшего при атаке на Ориму Грегори Маккартена, и советник Императора по внутренней безопасности генерал Хестер Милтон.
Эдвард II усаживается во главе стола и коротко кивает:
- Прошу садиться, господа, время не ждет.
Мне достается место напротив Милтона, невзрачного человека в узких элегантных очках. Вот он какой – Архангел. Интересно, что он тут делает? Как Рагварн допустил, чтобы покушавшийся на него советник присутствовал на военном совете? Вдобавок не имеющем к его кругу обязанностей никакого отношения.
Милтон придвигает к себе лист бумаги и ручку, бросает на меня быстрый взгляд поверх очков. Я не отвожу глаз, пытаясь понять, что он задумал.
  
Совет начинается с доклада командора о положении дел на основных фронтах обоих Перекрестков. Я внимательно слушаю, сравнивая информацию со своими догадками. Пока все идет так, как я и предполагал. Лефтхэнд не спешит атаковать массированно и наносит точечные, болезненные удары по стратегическим объектам Оримы и союзников.