Мой запретный форвард (СИ)

Я вздыхаю и быстро направляюсь к воротам.
С каждым шагом растет раздражение: ну кто там мог припереться? Очередной журналист? Неужели они меня и тут уже нашли?
Но чем ближе я подхожу, тем сильнее холодеет внутри.
Возле проходной стоит высокий парень в темной куртке, руки в карманах, плечи чуть сутулые. Охранник, бедняга, машет руками, что-то пытается объяснить, а тот лишь неловко кивает и улыбается.
  
И когда он оборачивается, у меня будто выбивают землю из-под ног.
— Тони? — ошарашено выдыхаю я.
Парень улыбается своей фирменной белоснежной улыбкой.
— Хей, Полли!
Мир схлопывается до одной точки. До обворожительной улыбки, до голоса, до всех тех лет, что мы провели на льду. Пара, которую ставили в пример, пара, которой восхищались, пока один глупый анализ не уничтожил все.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, не веря собственным глазам.
Он делает шаг ко мне, хочет обнять, но не решается.
— Я приехал поговорить.
— Из Канады? — недовольно усмехаюсь я.
— Да, — Тони кивает. — Я искал тебя.
— Замечательно, — выдыхаю я. — А теперь поищи себе обратный билет.
Я разворачиваюсь и хочу уйти, но он хватает меня за руку. Легко и без силы, но этого хватает, чтобы по телу пробежала волна старых воспоминаний: лед, музыка, синхронные прыжки, смех после побед… объятия и поцелуи…
— Полли, пожалуйста, — тихо просит он. — Я должен все объяснить.
— Нечего объяснять, Тони, — говорю я, не глядя на него. — Поздно что-либо объяснять. Все, что нужно, ты уже сказал тогда, своим молчанием.
Тони отпускает меня, и я сразу же делаю шаг назад.
— Уезжай, — шепчу я, и мой голос начинает дрожать. — Пока я сама не попросила охранников тебя отсюда выпроводить.
Но Тони не двигается, он только стоит и жалобно смотрит на меня. В его глазах – боль. Та, которую я старалась вычеркнуть из памяти.
— Я постоянно думаю о тебе, — говорит он тихо. — И без тебя моя жизнь не та. Пожалуйста, давай поговорим. Дай мне шанс все сказать, а потом можешь прогонять.
Я тяжело вздыхаю.
— Окей.
Беру Тони за руку и тяну к общаге. По коридору он плетется за мной, озираясь, будто попал в музей. Здесь тихо, лампа под потолком мигает, где-то глухо гремит стиральная машинка.
Я не верю, что все это происходит на самом деле. Тони. Здесь. В России.
— Ты бы сначала написал мне, прежде чем прилетать, — шиплю я, пока мы сворачиваем в жилой блок.
— Я просто хотел поговорить, — упрямо повторяет он. — Не кричи, ладно?
— Я не кричу. Просто не понимаю, на что ты надеялся.
Мы входим в мою комнату. Я бросаю рюкзак на кровать и достаю бутылку газировки.
У меня аж во рту пересохло от волнения.
— Будешь?
— Конечно, — кивает Тони. — Все как раньше.
— Как раньше уже не будет, — бурчу я.
Пальцы скользят, крышка не поддается.
— Блин, — ворчу.
Тони тихо смеется:
— Дай сюда, железная леди.
Он берет бутылку, легко поворачивает крышку, и сразу раздается «пшшшшш»!
Газировка фонтаном выстреливает наружу, попадая ему на лицо и грудь.
— Фак! — Тони морщится, отступая назад, встряхивает рукой.
Я давлюсь смешком, но быстро хватаю полотенце с полки.
— Держи.
— Рубашка промокла насквозь, — он хмыкает, пытаясь вытереть рубашку.
— Подожди, — говорю я и роюсь в шкафу.
Из стопки выпадает скомканная футболка с номером 39 и фамилией Анисимов на спине.
Вот ты мне и пригодилась!
— На, переоденься, — протягиваю ему футболку.
Тони берет ее и рассматривает.
— Это не твоя, да?
— Неважно, — скрещиваю руки на груди.
Он начинает расстегивать рубашку, и я мгновенно отворачиваюсь.
— Эй! Нет! — резко говорю я. — Здесь ты переодеваться не будешь.
— Я же не собирался…
— Тони! — прикрикиваю я и хмурюсь.
Он моргает, а потом усмехается:
— Хорошо, а где?
Я буквально выталкиваю его в коридор и толкаю в спину в сторону душевой. Возвращаюсь в комнату, газировка еще пузырится в бутылке, в комнате пахнет сладким.
Беру полотенце и вытираю стол. Дверь тихо щелкает, и я вздрагиваю, как будто поймана на месте преступления.
Тони возвращается из душевой в футболке Анисимова. Она ему чуть великовата, но сидит на нем неприлично хорошо, и от этого внутри у меня все сжимается.
— Спасибо, — говорит он, усмехаясь. — Не так я представлял себе нашу первую встречу.
И в этот момент ручка двери снова дергается. Дверь распахивается без стука, и в комнату нагло врывается Анисимов.
Он стоит на пороге, плечи напряжены, брови нахмурены, а на щеках выступают желваки.
Взгляд мгновенно скользит к Тони, потом он осматривает свою же футболку.
Ну, все, сейчас начнется! Как же я устала.
  
ГЛАВА 32.
 
Полина 
— Это че за перец? — Анисимов кивает на Тони, смотрит на него, как на клопа.
Тони переводит растерянный взгляд с него на меня, а потом обратно. Стоит и притих, словно его нет в комнате.
Я закатываю глаза.
— Какая тебе разница, Анисимов?
Но Яр уже уверенно шагает ко мне. Он готов испепелить меня грозным взглядом, мне даже становится как-то не по себе.
— Большая, — он почти рычит. — Посторонние на базе. У нас финал на носу. Может, ты сливаешь инфу нашим соперникам?
— Яр, ты дурак? — нервно усмехаюсь я.
Он кипит. Прям видно, в глазах искры, мышцы на шее напряжены.
— И какого хрена он ходит в моей футболке?
Ага. А вот и настоящий повод для визита Его Высочества Драматического Форварда.
Отлично. Значит, будем играть дальше.
Я довольно улыбаюсь, внутри все сжимается от этого момента. Не могу упустить возможность поиграть на нервишках Анисимова.
— А что такое? Не нравится? — медленно произношу я. — Я вот думаю подарить ему эту футболку в качестве сувенира.
Я вижу, как у Ярослава выступают желваки на щеках. Еще чуть и я услышу скрежет его зубов.
О да, задело.
Ура мне, чемпионке по раздражению Анисимова.
— В драку полезешь? — добавляю невинно.
Яр не отвечает, а смотрит так, будто пытается прожечь во мне дыру.
Тони хмурится и наконец-то подает голос:
— Полли, кто это такой?
Перед тем как я успеваю выдохнуть, Яр хищно приподнимает бровь, оглядывает Тони с головы до ног, как товар на витрине, и щелкает пальцами, будто вспомнил.
— Ааа, я его рожу где-то видел, — он усмехается. — Точно. Это твой партнер?
Я не даю ни подтверждения, ни отрицания. Партнер – да, но так же нас связывают с Тони более глубокие отношения.
Тони делает шаг ко мне.
— Полли, это твой парень?
И вот тут происходит то, что выбивает меня из колеи.
— Да, — уверенно бросает Ярослав на английском языке, даже не посмотрев на меня. — Я ее парень.
У меня переворачивается мир. Я бы никогда не подумала, что Яр настолько хорошо владеет разговорным английским.
— А ты что тут забыл? — он продолжает недружелюбным тоном. — Вы больше не катаетесь вместе.
Это был риторический вопрос, это была граница. Владение территорией.
Тони ошарашенно моргает, а я злюсь и пугаюсь. А внутри как-то странно теплеет.
— С какого…, — начинаю я возмущаться.
Я поднимаю подбородок, не собираясь выглядеть слабой.
— Не смей решать за меня, — шиплю тихо. — Ты не мой…
Но слова тонут, и я ненавижу, как это действует на меня.
Я делаю шаг назад, пытаясь вырваться из его орбиты, но Анисимов не собирается меня отпускать.
— Если хочешь от него избавиться, просто подыграй мне, — шепчет он уже по-русски.
Взгляд Тони скользит к широкой ладони Ярослава, которая держит меня за талию. Он стискивает кулаки, пытается собраться с силами.
— Ты же ненавидишь хоккеистов, Полли, — с презрением бросает Тони. — Как ты могла связаться с одним из них?
  
Я даже не успеваю ответить. Ярослав дергается, срабатывает как удар током. Один большой шаг, и он уже схватил Тони за грудки, подняв почти на носки и впечатав его в стену.