Шпионская леска

– С канализацией все ясно. Переходим к туннелям.
– Ты забегаешь вперед, Бернард. Сперва послушай о попытках перелезть через Стену. Перебежчики использовали приставные лестницы и матрасы: набросил матрас на колючую проволоку – и привет! Были еще отчаянные ребята, которые залезали на крыши домов в непосредственной близости от границы. Они сигали прямо вниз, а западноберлинские пожарные растягивали для них брезент… Выглядело очень эффектно. Газетчики захлебывались от восторга, описывая подвиги этих прыгунов, но вскоре и такому способу настал конец.
  
– А машины? – спросил Вернер.
– Машины? Само собой разумеется! Помните историю про парнишку, умудрившегося забраться в бензобак? Увы, гэдээровцы вскоре поумнели: выгнали из погранотрядов всех берлинцев – те якобы слишком деликатничали – и набрали разной деревенщины – эти-то не упустят случая пальнуть по живой мишени. К тому же провинциалы органически не переваривали берлинцев, а машины они обшаривали так, что иголку не спрячешь.
– Фальшивые документы?
– Это уж скорее по твоей части, – улыбнулся Ланге. – У вас, англичан, мужу и жене могут выдать один паспорт на двоих, вот народ и стал ловчить… Но и этому пришел конец: гэдээровцы все быстренько смекнули – стали ставить на документах жирную печать: «путешествует без супруга (супруги)», а также оставляли на контрольном пункте дубликаты фотографий, чтобы не вклеивали себе другого мужа или жену.
– Но ведь были еще попытки бежать с помощью планеров, дельтапланов, спортивных самолетов, даже воздушных шаров… – вставил Вернер. Он смотрел на меня с недоумением – зачем мне понадобилось задавать Ланге все эти вопросы?
– Разумеется, – ответил Ланге. – Фантазия человеческая безгранична. Порой осуществлялись самые безумные планы. Но все же самыми надежными и безопасными оставались более простые методы. И не столь дорогие.
– Не столь дорогие? – переспросил я. С подобной точкой зрения я сталкивался впервые.
– Чем больше денег тратишь на подготовку побега, тем большее число людей знает о твоих планах и, следовательно, тем больше риск загреметь в застенки Штази. Задолго до того, как план будет готов к осуществлению. Самый верный способ добыть средства на дорогостоящий перелет через Стену – заранее сообщить о своих планах в средствах массовой информации. Тогда тебе, конечно, деньги обеспечены – вот только толпы операторов и журналистов привлекут к тебе излишнее внимание…
– И все-таки самый надежный способ – туннели, – произнес Вернер. Тема эта его невольно увлекла.
– Пока ГДР не установила стометровую запретную зону вокруг стены, туннели действительно оставались самым надежным путем в Западный Берлин. Но попробуй, прокопай-ка стометровый туннель! Потребуется вентиляция, грамотные инженеры и многое-многое другое. А потом, куда ты денешь грунт? А копать надо быстро – поползут слухи… Чтобы прорыть такой туннель, нужно несколько десятков землекопов. А техника? А транспорт? Не насыпать же во дворе целую гору? Землю надо куда-то увозить. Вот и приходится связываться с массой народа. А берлинцы любят поболтать.
Я молча слушал. В комнате появилась миссис Коби. Она несла поднос с серебряным чайником и четырьмя синими чашками на блюдцах с золотой каймой. Такой сервиз либо получают по наследству, либо приобретают на «блошином рынке», что расположен возле станции электрички «Тауэнцинштрассе». Герда разлила чай и предложила всем сахар и шоколадные «папироски». Ланге получил свою сливянку. Он одним махом осушил стакан, утерся огромным носовым платком с множеством бурых пятен.
Похоже, старик Ланге наконец вошел во вкус, разговорился. Ведь Стена была одной из любимых его тем, и он мог говорить о ней часами.
– Не надо забывать, что со временем Стена стала особой отраслью народного хозяйства ГДР. Был создан целый отдел по ее обслуживанию, и платили там очень даже неплохо. Сами знаете, как оно бывает: поручишь бюрократу присматривать за собачьей конурой, так через год-другой на ее месте вырастет настоящий зверинец с роскошным административным корпусом. Стена становилась с каждым годом все крепче и надежнее, и все большее количество чиновников ею занималось: одни охраняли, другие ремонтировали, третьи – писали пространные отчеты с приложением смет, диаграмм, чертежей, фотографий. Вы только вдумайтесь: в отделе по обслуживанию Стены появились штатные архитекторы, инженеры, проектировщики, выросла целая инфраструктура с армией чиновников, каждому из которых, между прочим, надо было обеспечить приличную пенсию по выходе в отставку… Правительство ГДР создало себе кучу хлопот.
– Все это чрезвычайно интересно, Ланге, но нельзя ли ближе к делу?
Ланге, казалось, не расслышал моих слов. Он налил себе еще стаканчик сливянки и залпом выпил его. Комната наполнилась приторным запахом, сильно напоминавшим запах микстуры от кашля.
– Гэдээровцы ухлопали на это кучу денег, скажешь ты? – продолжал Ланге. – Да, но зато какой красавицей стала Стена! Не Стена, а просто загляденье…
– Налить вам еще чаю, Бернард? – спросила Герда Коби. – Как давно мы с вами не виделись!
Если Герда считала, что таким образом ей удастся перевести разговор на другую тему, она сильно ошибалась. Ланге продолжал:
– Фрэнку Харрингтону удавалось засылать на ту сторону своих агентов через метрополитен. Уж не знаю точно, как это делалось, говорят, они прокопали узенький туннель в том месте, где западные поезда проходят под территорией восточного сектора. Это где-то в центре города. Фрэнк – голова. – Было довольно странно слышать из уст Ланге комплименты в адрес Фрэнка: он терпеть не мог Харрингтона, да и вообще весь отдел.
– Да, Фрэнк – голова, – поддакнул я. Ланге кивнул. Похоже, ему было известно, что Фрэнк как-то раз переправлял меня на Восток именно через этот туннель.
– Но и о нем гэдээровцы пронюхали. Недолго думая, они швырнули туда лимонку как раз в тот момент, когда двое ребят Фрэнка уже вылезали из туннеля… Одного из бедолаг нашли метрах в ста от места взрыва! Фрэнка в тот день не было в Берлине – в очередной раз наведывался в Лондон: все мечтает заполучить титул рыцаря.
Мне совсем не хотелось обсуждать Фрэнка Харрингтона, особенно с Ланге.
– Итак, единственным способом пересечь границу остаются дипломатические машины?
– Одно время такой способ действительно процветал, – улыбнулся Ланге. – Могу поведать тебе историю об африканских дипломатах, сколотивших себе целое состояние переправкой беглецов на Запад в багажниках машин. Брали по десять тысяч долларов за ездку. Но года два назад гэдээровцы сыграли вот какую шутку: остановили на пропускном пункте черный «мерседес» с дипломатическим номером и обкурили его какой-то гадостью. Согласно официальной версии, проводилась профилактическая дезинфекция: в стране, видите ли, эпидемия ящура… Как бы то ни было, жертвой «газовой атаки» пал тридцатидвухлетний крановщик из Ростока, сидевший в багажнике. Говорят, за его побег заплатили родственники из Канады.
– И что было дальше? Пограничники открыли багажник? – поинтересовался Вернер.
– Нет. Им это не понадобилось, – мрачно усмехнулся Ланге. – Может, они и впрямь проводили дезинфекцию, только вот по прибытии в западный сектор наш беглец был обнаружен мертвым. Слышал эту историю, Бернард?
– Слышал, но в другой интерпретации.
– Нет, нет, все было именно так. Я сам видел эту машину: в дне багажника просверлили дырки, чтобы беглец не задохнулся. Судя по всему, пограничникам об этом стало известно. Они пустили газ в отверстия.
– И чем же все закончилось? – спросил Вернер.
  
– Африканский дипломат проявил сообразительность – поехал с трупом в багажнике обратно, в Восточный Берлин, где находилось его посольство. Там наскоро состряпали фальшивые документы, а затем было заявлено, что на территории посольства скончался гражданин того самого африканского государства. Африканский медик подмахнул свидетельство о смерти, так что властям ГДР пришлось смириться – умер так умер, африканец так африканец. Скромные похороны. Скромная могилка на кладбище Марцан.