Корона лжи (ЛП)

Она сосредоточенно потягивала чай, а консультанты кивали в знак согласия.
— Ты согласна, Изра? — спросил один из них.
Сглотнув гнев, я безразлично ответила:
— Возможно, вы правы.
Инкуб заманил Божественного сенатора в подземный паб и напал на него. Симпатичное личико инкуба компенсировалось его кожаным хвостом, увенчанным острым шипом. Он заявил, что его подставили, но не стал объяснять, как, почему и кем.
  
Только то, что он сделал это.
В тот день все говорили об этом. Все достали свои телефоны, и прекрасное, скорбное выражение лица этого инкуба засияло на тысячах экранов.
«Не спорь с ними. Не делай ничего, что могло бы дать им понять, что ты…»
Я добавила:
— Интересно, проведут ли они полное расследование или всем будет удобно наблюдать, как его сжигают на метафорическом костре без достаточных доказательств? — проклятье. Не могла же я просто держать рот на замке, да?
Все они уставились на меня с одинаковым выражением шока.
Квинн спросила:
— Хочешь сказать, что считаешь его невиновным? Демона?
— Все они в чем-то виноваты, — рассуждал Дэниел, консультант, как чертов идиот. Он откусил кусочек сельдерея, мудро и торжественно кивнув головой.
Я уточнила:
— То есть ты хотите сказать, что он не человек? Просто чтобы прояснить ситуацию. Потому что, демон или нет, но для меня он похож на человека, а люди заслуживают уважения и надлежащего разбирательства, кем бы они ни были.
Тишина прогремела как гром.
— Изра, — вздохнула Квинн. — Ты хорошо себя чувствуешь?
— Прекрасно. Я поем в своем кабинете. — я забрала свой обед и вышла, не сказав больше ни слова.
Весь день никто не задавал правильных вопросов. Например, почему сенатора нашли с инкубом? Сенатора с хорошими связями, влиятельного. Ответ был очевиден, как чертова желтая утка.
Сенатор спал с инкубом и подставил его, как только их поймали. Почему только я одна это заметила?
Закрытая дверь кабинета была достаточной преградой между мной и глупыми мнениями невежественных людей. Они никогда не задумывались о том, что, возможно, демонические расы просто другие? Не злые?
Зазвонил телефон, и я, не задумываясь, подняла трубку.
— Что?
— Ты сегодня как лучик солнца, не так ли? — спросил Разай. — О чем ты думаешь, детектив?
— Люди — предвзятые придурки.
— Инкуба полностью подставили, — заявил он.
Я хлопнула рукой по столу.
— Спасибо! Сенатор — змея!
— Абсолютно. Забавно, что никто этого не замечает. Держу пари, последний год они были незаконной парой! Бедный демон.
— Сомневаюсь, что секс был вообще хорошим, — добавила я. — Для инкуба, я имею в виду. Даже с демонической силой ты можешь компенсировать лишь немногое.
Восторженный смех Разая прозвучал отдаленно, как будто он отодвинул телефон подальше. Тем не менее он заставил меня улыбнуться.
Не то чтобы я призналась бы ему в этом.
Его голос снова стал ближе.
— Не знаю. Может, он любитель приключений. Может, у него целое подземелье!
— Это ужасно. Я бы предпочла демона секс-комнате сенаторского архангела.
— Я тоже! Думаю… О, черт. Давай я перезвоню тебе позже. Мне нужно кое-что уладить. Перестань так поступать с Бетти…
Связь прервалась.
Как ни странно, я почувствовала себя лучше. Кто бы мог подумать?
Весь день от Разая не было никаких вестей. Странно, ведь он так и не сказал мне, о чем хотел поговорить.
Когда я проходила мимо его тренировочной площадки, он тренировал огромную толпу студентов, и все они держали в руках тренировочное оружие. Всё — от автоматов, пистолетов, луков и стрел до ножей.
У него был тяжелый день.
Я провела вечер, планируя стратегию разговора с жертвами. Отправила Кастилю электронное письмо, спрашивая, может ли он принудительно направить детей ко мне в кабинет.
Он ответил категорическим отказом. По его словам, его авторитет в отношениях с жертвами и их семьями превысил все допустимые пределы, и, если он еще раз попытается вмешаться в их жизнь, его могут выгнать из университета.
— Боже, — вздохнула я. — Люди чертовски порочны. Похоже, мне придется пробиваться в их жизни.
Я на цыпочках пробралась через лабиринт ярких стикеров, загромождающих мою гостиную, и прошла в ванную. Пора стереть этот день с моей кожи.
Через две минуты мой телефон завибрировал. Быстро проверив, я поняла, что мне звонил Разай. Я его проигнорировала.
Он звонил еще три раза, но я держалась стойко. Мужчина мог подождать. Это был единственный раз, когда я была для него недоступна. Он мог просто расслабиться, не так ли?
Это был душ расслабления. Медитации. Моя жизнь была сплошной бурей неразрешимых загадок и разъяренных архангелов. Я заслужила этот покой.
Когда я намыливала волосы шампунем, мне показалось, что я что-то услышала из гостиной, но шум воды мог меня обмануть. Скорее всего, мой сосед стучал в своей комнате.
Чего я никак не ожидала, так это вулканического крика:
— Детектив!
Все мое тело дернулось от апокалиптического страха. Бутылка с шампунем выпала у меня из рук и закатилась под мою ногу, из-за чего я поскользнулась.
Меня охватила паника. Я могла бы ухватиться за занавеску и замедлить падение, но тогда перекладина для душа обрушилась бы на меня сверху.
Я решила пожертвовать бедром и с грохотом упала на фарфор. Вода брызнула мне на лицо, и я захрипела от боли. Как я умудрилась удариться коленом, головой, обоими локтями и бедром?
— Ай… — прохрипела я.
— Детектив, какого черта ты там делаешь?
— Умираю, — простонала я.
— О, позволь мне помочь…
— Не смей сюда заходить, Разай.
— Выбираешь смерть вместо помощи? Я уже вижу, как это происходит.
Я отодвинулась, чтобы вода перестала бить мне в лицо. Наконец-то активировалась нужная ярость. Сквозь занавеску душа, где меня поджидал темный силуэт Разайя, я прорычала:
— Какого черта ты здесь делаешь?
— Ты не брала трубку, и я пришел, чтобы тебя найти!
— Ты не можешь врываться сюда в любое время! — сказала я, морщась и пытаясь сесть.
— Я знаю, знаю, но у меня важные новости. Редфорд назначил встречу!
Это заставило меня выпрямиться.
— Расскажи подробнее.
В силуэте, проступающем сквозь занавеску, я увидела, как Разай присел на крышку унитаза.
— Сегодня вечером в «Красном кургане». Это стрип-клуб рядом с Брайант-парком, и у нас забронирован столик! Но здесь есть подвох.
— Какой?
— Я единственный приглашенный!
Я сделала паузу, а затем продолжила втирать шампунь в волосы.
— Это чушь собачья. Я должна поговорить с ними сама.
— Ну, этого не случится. Если только ты не работаешь под прикрытием.
— Я итак под прикрытием.
— Не в качестве консультанта, глупая гусыня.
— Глупая кто… — смысл его слов дошел до меня, и я простонала: — О, черт, ты серьезно?
Он сказал:
— Как будто все так плохо? Это единственное место, на которое они согласились, и, поверь, мне пришлось поторговаться!
— Это полная чушь, и ты это знаешь!
— Может, ты сначала выслушаешь план?
— Ладно!
— Вот так! Мы встречаемся в отдельной комнате. Редфорд должен привести с собой двух коллег. Он уточнил, что встреча отменится, если я приведу кого-нибудь или запишу разговор, и…
Я сердито поднялась и принялась ополаскивать волосы. Откидывать голову назад, к счастью, было не больно, хотя бедро болело просто адски.
Я ждала. И ждала. Но ответа не последовало. Надеюсь, он не был пьян. Что с ним?
— Ну? — потребовала я, натирая мылом мочалку и массируя ею грудь и плечи.
Разай откашлялся.
— Что? Черт возьми, выкладывай. Подробности сегодняшней встречи. Ну, знаешь, о которой ты хотел рассказать мне, ворвавшись в мою ванную.
  
— Конечно. Прости. Клуб считается нейтральной территорией, поскольку ни одна группа не продает там свои товары. Это также означает, что ни у кого из нас нет веса, которым можно было бы разбрасываться. Не о чем просить. Они не хотят, чтобы их видели со мной, поэтому специально следят за тем, чтобы это не происходило рядом с теми, кого они знают. План таков: я заранее забронирую комнату и сообщу им, в какой из них идти, а они встретят меня там. Комната бронируется для… артиста.