Корона лжи (ЛП)

Я видела, как его фигура поднимается и приближается.
Я замерла. Его фигура становилась все четче и четче. Хотя он все еще был лишь силуэтом, его очертания были видны. И он был близко. Меньше чем в футе от меня.
Видел ли он меня?
Его следующие слова были произнесены тихо, словно шелк.
— И, судя по всему, ты прекрасно справишься.
Я посмотрела на его лицо сквозь занавеску, не в силах пошевелиться. Не в силах ничего сделать, кроме как прислушиваться к биению своего пульса.
  
Он наклонил голову.
— Думаю, я подожду снаружи, детектив. Во что бы то ни стало, не торопись.
Он закрыл дверь ванной с тихим щелчком, вызвав у меня неровный вдох.
Что. За. Черт.
При таком освещении я думала, что он вообще не сможет меня разглядеть. Но все это время, пока я выгибала спину, промывала волосы и намыливала тело, он…
Он был так близко…
Когда я закрыла глаза, перед глазами снова возник образ его, стоящего там. Все, что ему нужно было сделать, — это отодвинуть занавеску. Этот дурацкий, тонкий слой пластика и ткани, и тогда он увидел бы меня всю.
Я зажмурила глаза и постаралась не закричать от унижения. Я провела руками по волосам и шее, смывая остатки мыла, словно оно могло унести с собой воспоминания.
Но, конечно же, этого не произошло, и мое тело было слишком напряжено, чтобы забыть об этом. Мои ладони скользнули по груди и по возбужденным соскам. Жар и желание настойчиво пульсировали в нижней части живота, сжимаясь.
Мои пальцы спустились ниже пупка, и на мгновение я задумалась о том, какие у него руки. Будут ли они грубыми? Или нежными и мучительными?
Сколько времени прошло с тех пор, как он ушел? Сегодняшняя встреча стояла на первом месте в списке приоритетов, но все, чего я хотела, — это просунуть пальцы между ног и…
Ужас потряс меня до глубины души.
Я ахнула и отдернула руку.
— Нет, — вздохнула я. — Вспомни, кто он такой, Грэй. Что он такое. Ты не можешь думать об этом.
Ручка заскрипела, и я вздрогнула, когда холодная вода коснулась моей кожи. Но по большей части она справлялась со своей задачей. Не всегда можно контролировать свои чувства или инстинкты, но всегда можно контролировать свои действия. Я больше не буду терять бдительность.
Вытираясь насухо и выходя из ванной, я с облегчением заметила, что моя спальня пуста.
Мне придется притвориться, что ничего не произошло. Может быть, он поверит, что я совершенно не обратила внимания на это… чем бы это ни было.
И что больше никогда не повторится.
Глава 32
— Я ненавижу это, — заявила я.
— Хочешь отказаться? — спросил Разай.
— Конечно, нет. Просто мне не нужно, чтобы об этом знали. И я не могу поверить, что ты рассказал обо мне еще одному человеку.
От клубной музыки дребезжали зеркала на стенах в гримерке. Мы находились в одной из немногих приватных комнат, так что другие танцовщицы не видели ни меня, ни Разая, и они могли уединиться, чего и заслуживали.
Он поднял руки вверх.
— Я ничего не сказал Дарби, кроме основ, а она не из тех, кто задает вопросы.
Вошла женщина, о которой шла речь. Дарби несла сумку с каменным, скучающим выражением лица. За ней последовал еще один сюрприз.
Я застонала:
— Эмбер? Что ты здесь делаешь?
Эмбер, скрестив руки и вызывающе подняв подбородок, заявила:
— Это не твое дело, не так ли?
Мой вздох мог бы сам по себе вызвать торнадо. Может быть, такой, который унес бы меня в далекие края, где нет архангелов, которые могли бы все испортить.
Дарби ударила фейри по лицу и вытолкнула ее из комнаты. Она протянула мне сумку.
— Вот. Я предположила твой размер, но думаю, это подойдет. — она вытянула шелковый халат и сузила красиво накрашенные глаза, пока Эмбер разглядывала ее. — Я не буду спрашивать, в чем дело, и все, что я могу сказать, это то, что тебе лучше не терять мою работу, понятно? Это мои деньги за обучение.
Разай заверил:
— Ты нас даже не заметишь. Не заметит нас и твой управляющий.
Ее взгляд стал еще более пристальным.
— Менеджер не обращает внимания, хоть и должна. Я беспокоюсь не о ней. Я беспокоюсь именно о тебе. Ты собираешься сделать что-то странное, например, подраться с мафией или разобрать столб и украсть его.
Он посмотрел на нее щенячьим взглядом.
— Да я бы никогда! По крайней мере, не в трезвом виде. А я намерен оставаться трезвым. Кажется.
Я пнула его ногой.
— Он ничего не натворит.
Дарби пробормотала что-то вроде:
— Меня сегодня уволят, да? — она перевела взгляд на меня и сказала: — Неважно. Одевайся. Открытие через пятнадцать минут. После этого я не смогу с тобой нянчиться.
— Разай. У тебя будет тридцать минут, понял?
Он подмигнул и показал ей большой палец вверх. Как мог один высокий воинственный мужчина проявить столько нахальства?
Бесстрастное выражение лица Дарби говорило о том, что она не поверила.
— Я уже жалею об этом. — затем закрыла дверь.
Разай рухнул в пластиковое кресло.
— Что ж, пора действовать. — он жестом указал на сумку.
— Убирайся к чертовой матери.
— О, но я хотел помочь тебе застегнуть пуговицы. Или застегнуть молнию. Или завязать ленточку… нет, это прозвучало неправильно. Но ведь так и было? Зависит от того, что тебе нравится.
— Разай, я ударю тебя стулом, если ты не уйдешь в ближайшие десять секунд.
Он смирился.
— Не приходи ко мне плакать, если запутаешься.
Как только он ушел, я оделась. Выбор Дарби в основном подошел мне. Кружевное белье было немного тесновато, но не вызывало дискомфорта. К счастью, к нему прилагалась тюлевая юбка, прикрывающая мою почти голую попку. Она была немного прозрачной, но я ценила любое прикрытие. На туфлях Pleaser были нацарапаны ее инициалы. Они были великоваты на полразмера, но толстые носки и шнуровка позволили легко их отрегулировать.
Закончив, я посмотрела в зеркало.
— Что ж, я выгляжу соответствующе.
Разай постучал.
— Собери свою одежду и принеси ее.
— О, хорошая мысль. — в конце концов, нам нужно будет быстро уйти.
Собрав свои вещи и пройдя за Разаем и Дарби через весь клуб, мы нашли нашу комнату. Она была небольшой. Всего пять мест на мягких диванчиках и одна платформа с шестом, на которой я могла танцевать. Дарби без лишних слов закрыла дверь, а Разай нашел алкоголь.
Он открыл бутылку шампанского, стоявшую на столе, наполнил целый бокал и выпил его одним глотком.
— Я думала, ты сегодня будешь трезвым, — сказала я, переминаясь с ноги на ногу. Я ведь не стеснялась, правда? Это была работа, и я должна сосредоточиться на ней. Единственной проблемой было отсутствие опыта.
Неоновое сияние окрасило волосы Разая в темно-вишнево цвет. Музыка звучала в такт. Он повернулся и одарил меня озорной улыбкой.
— Если мы ставим сценку, то она должна быть реалистичной. Или ты не профессионал?
Я ухватилась за шест и повернулась, проверяя собственный вес.
— А я-то думала, что любитель. Спасибо за повышение, босс.
Когда я сделала полный круг, Разай остановил меня, протянув бокал с пузырящимся шампанским.
— Держи.
Я осторожно сделала глоток. Это помогло бы справиться с нервами, но не расшифровать его странное выражение лица. Где был нахальный профессор? Или высокомерный воин? На какую сторону Разая я смотрела? О чем он думал?
Я поставила бокал на пол и медленно покачалась вокруг шеста, прикидывая, что к чему. Импровизировать танец будет несложно, если только никто не ждет от меня каких-то сложных движений. Если кто-то заподозрит что-то неладное, я просто скажу, что новенькая.
Я закрыла глаза, мое внимание ослабло и сосредоточилось на задаче. Моя роль. Ключевым моментом было расслабление мышц. Скованность бросалась в глаза. Эти засранцы должны посчитать меня фоновым шумом, а я была чертовски хороша в этой роли, не так ли?
  
Я должна чувствовать себя как дома.
Я двигалась, танцевала и кружилась, а мои мышцы расслаблялись с каждым мгновением. Но когда я сделала еще один круг, Разай поймал меня за талию. Он прижал меня к шесту, выражение его лица было мрачным и серьезным.