Ведьма из золы (ЛП)

Хариты скоро вернутся, готовые найти какой-нибудь новый недостаток в её усилиях.
Пусть так. А ей-то какое дело?
Кроме того, у неё было предчувствие, что Гермес не будет отсутствовать вечно.
На данный момент этого было достаточно.
Геката едва успела перевести дух, как пришёл вызов от царя Зевса. Она обнаружила, что стоит перед ним, а тронный зал вокруг неё огромен и внушителен. Король богов окинул её оценивающим взглядом, как и комнату, полную богов, восседающих на своих тронах.
  
— Мне нужно, чтобы ты произнесла заклинание определения местоположения, — приказал он. — Есть Титаны, которые всё ещё верны Кроносу, и я намерен их уничтожить.
Значит, Айрис была права. Геката вздохнула и скрестила руки на груди.
— Мне нужно что-нибудь из их вещей — посуда, предмет одежды, безделушка. Я даже могу использовать обрезки ногтей.
Зевс повернулся к Гермесу, что-то пробормотав. Несколько мгновений спустя Гермес вернулся, ведя за собой фигуру, которую Геката никак не ожидала увидеть.
— Матушка? — выдохнула она, бросаясь вперёд. — Как у тебя дела? С отцом всё в порядке?
Зевс поднял руку.
— У тебя будет время после заклинания. Твоя мать когда-то принадлежала твоему деду, Кою. Используй её.
Геката отшатнулась.
— Вы не можете использовать живое существо. Для произнесения заклинания нужно поджечь предмет.
— Попробуй, — приказал Зевс.
— Вы хотите, чтобы я сожгла собственную мать?
— Она бессмертна. Она выживет. Мы все должны приносить жертвы ради общего блага.
Астерия торжественно кивнула ей. Геката в ужасе повернулась к Гермесу.
— Мне нужна серебряная чаша с чистой водой, четыре синие свечи, благовония из ладана и мирры и самая свежая карта мира, какую только можно найти.
Гермес кивнул, прежде чем исчезнуть в порыве ветра. Геката изумлённо смотрела на мать, ожидая его возвращения. Её матушка выглядела стойкой, будто готовилась к тому, что должно было произойти. Геката не могла поверить, что Зевс, который должен был стать её защитником, просил её об этом… причинить вред её собственной матери. Словно прочитав мысли дочери, Астерия молча улыбнулась ей.
«Со мной всё будет в порядке», — казалось, говорила эта улыбка.
Гермес вернулся с необходимыми ей предметами, и Геката дрожащими руками совершила ритуал. Когда пламя поглотило платье её матери, а стоическое молчание матери перешло в крики, Геката заставила себя закончить. Наконец, она вытащила из воды оставшийся кусок обгоревшей карты и передала его Зевсу, прежде чем быстро потушить пламя на матери.
— Матушка, ты в порядке? Можешь дышать?
Её мать кивнула, из её глаз текли слёзы.
— Просто дай мне минутку.
Геката сквозь слёзы рассматривала ожоги матери, шепча заклинания, ускоряющие процесс заживления.
— Что это? — спросил Зевс у клочка бумаги, который она сунула ему в руки.
— Там вы сможете найти моего дедушку, — объяснила Геката.
Она даже не могла смотреть на Гермеса, когда он и Зевс отправились с другими богами на поиски последователей Кроноса. Оставшись наедине в тронном зале со своей рыдающей, дрожащей матерью, Геката приложила все усилия, чтобы ускорить выздоровление матери, но у них оставалось меньше часа, прежде чем другие боги вернутся с победой. По крайней мере, она узнала, что их дом на Делосе до сих пор не пострадал от войны, и что у её родителей всё в порядке. Геката поняла, что Зевс обманом заставил её родителей отправить её на гору Олимп. Её щеки запылали, и она сомневалась, что когда-нибудь сможет простить его.
После исцеления Астерию попросили уйти. По словам Зевса, ей нельзя было доверять.
Геката отказалась присоединиться к празднествам на горе Олимп даже после того, как Зевс пропел ей дифирамбы и сказал, что она помогла ему. Услышав, как Гермес назвал её Ведьмой из Золы, король Олимпийцев сделал то же самое, сославшись на дым, который оседал на её коже, когда она произносила заклинание. Гекате понравилось, что Гермес в шутку использовал это имя ранее в тот день, но Зевс его испортил. Когда она выходила из главного зала, чтобы вернуться в свои покои, то почувствовала на себе взгляд Гермеса. Слишком расстроенная, чтобы с кем-то разговаривать, она упала на свою кровать и заплакала. Только её животные могли утешить её сейчас.
Зевс приказал Гекате в течение следующих нескольких дней выполнить ещё два заклинания определения местоположения. К счастью, Гермесу удалось найти предметы, принадлежавшие сторонникам Титанов. Хотя это и облегчило её работу, она с нетерпением ждала окончания войны, чтобы вернуться домой. Её не волновало, что она никогда в жизни не увидит другого Олимпийца. Даже Гермеса.
В ту ночь он пришёл к ней в комнату, чтобы снова «проведать её».
Она вытерла глаза и направилась к двери. К счастью, хариты праздновали вместе с другими Олимпийцами, так что она была одна со своими спутниками-животными.
— Привет, Гермес. Чего ты хочешь?
Его улыбка погасла, а лоб нахмурился.
— Ты плакала, Ведьма из Золы?
— Не называй меня так. Это не моё имя.
— Я думал, оно тебе понравилось, — вставил он с мягким смешком.
— Сначала да.
Она отвернулась от двери. Он последовал за ней внутрь.
— Ты героиня нашего дела, — отметил он. — Почему ты так расстроена?
— Ты видел, что пришлось вынести моей матери.
— Мы все приносим жертвы. Если ты ещё не слышала, то сейчас идёт война.
— Это мой народ, мой дедушка. Неужели ты не понимаешь?
Гермес скрестил руки на груди и нахмурился.
— Кронос — мой дедушка. Так что, да, я понимаю. Он проглотил всех моих тётушек и дядюшек, как только они родились, потому что больше заботился о власти, чем о собственных детях. Вот на стороне какого правителя был твой дед. У нас обоих были злые деды, и мы должны обуздать их и изменить мир. Разве ты не понимаешь?
Геката встретилась с ним взглядом. Её губы дрожали, когда она сдерживала слёзы. Она подумала, что он прав.
— Как ты это делаешь?
— Тебе придётся быть более конкретной, — сказал он с мягким смешком. — Я много чем занимаюсь.
— Ведёшь себя храбро.
Он усмехнулся.
— Я как раз собирался задать тебе тот же вопрос.
Она рассмеялась. Из её глаз выкатилось несколько слезинок, и он вытер их большими пальцами.
Он посмотрел на её губы и, казалось, собирался поцеловать её, когда внезапно вошли Хариты. Гермес остановился и отстранился, когда Геката неловко откашлялась.
— Прощай Ведьма из Золы, — сказал он мягко.
Она улыбнулась, ей снова понравилось это имя.
— Прощай, Гермес.
6. Прощание
Война подходила к концу, и Геката всё больше надеялась вернуться домой, на Делос. Даже ехидные замечания соседок по покоям не смогли испортить её приподнятого настроения.
Однажды она решила устроить особый обед в их покоях, чтобы поблагодарить хозяек за то, что они разделили с ней их. Пока Хариты Афродиты были в отъезде, она выпустила зябликов из их золотой клетки, и они вместе с её фамильярами принялись за приготовления, напевая и танцуя во время работы.
Чего не знали Хариты, так это того, что Геката приготовила специальное зелье, которое должно было сделать их более дружелюбными по отношению к ней. Оно действовало только до тех пор, пока росток фасоли висел в корзине возле её кровати. Как только растение погибнет, чары рассеются. Но пройдёт ещё много времени после того, как она счастливо вернётся на Делос.
— Я должна была сделать это несколько недель назад, — призналась она Кьюби, которая была посвящена в её секрет. — Но я всё время думала, что они передумают.
  
Главный зал резиденции Харитов мерцал в золотистом свете, отбрасываемом десятками парящих в воздухе свечей. Геката стояла во главе огромного дубового стола, внося последние коррективы в свой тщательно спланированный обед. Она разгладила тёмно-фиолетовую скатерть, ткань которой была расшита серебряными звёздами и полумесяцами — дань уважения её владениям. Аромат инжира в меду, жареного ягнёнка и граната с пряностями наполнял воздух, смешиваясь со сладким ароматом свежесрезанных роз и лаванды, расставленных в позолоченных вазах.