Контур забвения (СИ)

— Так где искать Эдем? — я даже усмехнулся, услышав, как это звучит.
— Вывожу карту с предположительным местоположением ближайшей станции Эдема, — проговорил Симба, и тут же передо мной возникла трехмерная проекция. Я хмыкнул и принялся ее разглядывать. Ну, удобненько, ничего не скажешь…
Судя по отметке, мы находились где-то в Южном Тушино. А наша цель располагалась… Примерно в районе сходненской гидроэлектростанции. Хм. Так тут недалеко… Стоп. А вот и еще что-то прояснилось. Ориентируюсь я в Москве, как минимум, неплохо. Еще одна зарубочка для памяти. Хорошо. Если так и дальше пойдет — глядишь, и правда вспоминать начну.
  
Ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления. А пока — нужно действовать. Чувствую я себя действительно хреновенько, да и жрать хочется… А Симба как раз таки настоятельно рекомендовал восполнить калории и все такое прочее. Значит, именно этим мы по пути к станции и займемся. Если в разрушенном городе вообще есть, чем подкрепиться.
— Симба, проложи маршрут к станции Эдема, — распорядился я. — Пойдем, поищем этот медицинский блок. Пока я ещё не превратился в чёртов жесткий диск с мясной начинкой…
  
Глава 4
 
Осмотрев улицу в окно и не заметив ничего подозрительного, я двинулся на выход. Уже спускаясь по лестнице, я вспомнил кое-что, что меня заинтресовало в логе, который вывел мне Симба.
— А что еще за боевые импланты и почему они заблокированы? Что за директива такая, запрещающая их использование?
— Вывожу список имплантов.
У меня перед глазами появилась полупрозрачная трехмерная фигура человека. Некоторые места на теле были подсвечены красным. Легкое мысленное усилие — и одна из выделенных областей приблизилась. Я увидел раскрытую правую ладонь с красной точкой под ней. Кожа стала прозрачной и я смог рассмотреть какой-то стержень. Перед глазами появилась информация:
«Боевой лазер. Экспериментальный образец. Предназначение: уничтожение живой силы и боевой техники противника, целеуказание. Эффективное применение на дистанции до пятидесяти метров. Внимание! Высокое энергопотребление».
Хм. Интересно. Так, а здесь что, во второй ладони?
«Генератор электромагнитного импульса. Предназначение: выведение из строя электронных систем вооружения противника, боевой техники, систем охраны. Эффективное применение на дистанции до десяти метров. Внимание! Высокое энергопотребление!».
И тут же — «Генератор ультразвуковых волн. Предназначение: выведение из строя живой силы противника. Два режима работы — точечный и веерный. Наиболее эффективен в замкнутых пространствах».
Во как.
Я задумался. По мере чтения информации мозг подбрасывал немалое количество сценариев использования моего «бортового вооружения». При правильном подходе можно много дел наворотить. Вот только даже будь импланты разблокированы, толку мне с них — ноль. Во всяком случае, от лазера и ЭМИ-генератора. Не зря же особо выделена информация о высоком энергопотреблении. В моем нынешнем состоянии не до перерасхода энергии. Перестараюсь — и рухну где-нибудь чушкой безжизненной.
М-да, вот и дополнительная мотивация найти блок Эдема. Хотя, что может мотивировать сильнее, чем угроза скорой смерти? Впрочем, если удастся разобраться с вирусом, вылечить лучевую болезнь и все прочее, то разблокировка имплантов станет приятным бонусом. Что-то мне подсказывает, что в дивном новом мире без оружия долго не живут, даже если в электронных мозгах не окопался вирус, стремящийся тебя убить. А я все же планировал пожить подольше, раз уж до сих пор не сдох.
Я уже практически «свернул» изображение, когда заметил еще две точки, краснеющие на кистях рук, на самом сгибе. Приблизив этот участок, я прочитал:
«Холодное оружие ближнего боя. Выдвижные клинки из титанового сплава. Предназначение: уничтожение живой силы противника».
Интересно.
— Слушай, а клинки тоже заблокированы? Это, вроде как не вундервафля какая-то, обычный холодняк. Не для массового уничтожения. Может, их оставили?
— Ответ отрицательный. Все боевые импланты заблокированы согласно директиве 4.1.
— Да что это за директива такая?
— «Для обеспечения безопасности научного персонала и гражданских лиц, боевые импланты дефектного изделия блокируются до устранения дефекта. Приоритет директивы — наивысший».
Дефектное изделие, значит… Интересно…
— Директива активирована сразу после поражения вирусом, — словно прочитав мои мысли, проговорил Симба. — Во избежание нанесения вреда имуществу и персонала Эдема.
— То есть, где-то есть выживший персонал? — вскинулся я.
— Информация отсутствует, — бесстрастно ответил Симба.
Ну да. Кто бы сомневался… Ладно. А если вот так?
— Ты можешь обойти ограничение? — напрямую спросил я Симбу.
Пауза. Ничего себе. Я смог задать вопрос, на который электронный эрудит не знает ответа? Или он сам никогда не задумывался над тем, чтобы хакнуть собственную прошивку? Интересно.
— Учитывая, что обход ограничения необходим для продолжения функционирования носителя, попытка изменения системных файлов признается оправданной. На работу потребуется около тридцати процентов системных ресурсов. Прогноз результата недоступен. Прогноз времени, необходимого для получения результата — недоступен. Требуется непосредственная команда носителя.
— Приказываю тебе снять ограничение на использование боевых имплантов. Разрешаю предпринимать любые действия, направленные на решение этой задачи. Для решений, которые могут повлечь серьезные изменения в функционировании носителя — запрашивать подтверждение.
— Принято. Начинаю работу.
Тьфу, блин. Сам как железяка говорить начинаю. Ладно. Ждать с моря погоды смысла нет. Нужно двигаться. Куда? Да черт его знает. Хотя бы к вон той громаде полуразрушенного торгово-развлекательного центра, что виднеется в окне. Такие штуки обычно строили в центре района. Доберусь, огляжусь, пойму, где именно я нахожусь — и оттуда уже плясать буду. Хорошо бы еще еды какой-нибудь отыскать… И воды. Хотя еда, все же, в приоритете. Пить хотелось, но не так, чтоб совсем уж жажда мучила, а вот от голода кишки уже подводить начинало. Неудивительно. Если вся эта электронная трахомудия черпает энергию непосредственно из меня — обмен веществ должен быть просто бешеный. Так что подзаправиться для меня теперь в отношении еды не просто фигура речи.
— Принято, — хрипло сказал я.
Я продолжил спуск по чудом уцелевшей лестнице. Выше пары пролетов не хватало, их обломки валялись у меня под ногами, но на нижних этажах выглядели надежными даже ржавые перила. Мистика прямо.
Над выходом из подъезда покачивалась стремная растительность черно-бурого цвета. С ней я уже познакомился, когда заходил сюда. Потому и не удивился, когда длинная лоза внезапно взметнулась хлыстом и рванулась ко мне. Тело среагровало будто само по себе, на голых инстинктах. Я пригнулся, и прыгнул вперед, стеляся над самой землей, приземлился на руки, перекатился, и, вскочив на ноги, обернулся. Промахнувшись, лоза будто уснула, снова повиснув плетью. Интересное кино. Подозреваю, что это не простая герань с окошка, и не дикий виноград, изменившийся до неузнаваемости. Непростая флора, голову готов дать на отсечение, что эта фигня — хищная. Неясно, чем именно она питается, но, учитывая, как растение на меня набросилось — лучше держаться от него подальше.
Я огляделся, прикидывая, как лучше двигаться.
Широкая улица была поделена на две части сквером, разделяющим полосы движения транспорта. Ну, точнее, сквером это было когда-то давно. А сейчас больше напоминало непроходимый лес того же черно-бурого цвета, что и растительность, затянувшая фасад дома у меня за спиной. Несмотря на отсутствие ветра, ветви этого самого леса периодически приходили в движение. Судя по будто высушенным вороньим трупикам, то здесь, то там валяющихся на растрескавшемся асфальте, лес был не дурак пожрать. Так. Туда я соваться не буду. Береженого бог бережет, как говорится. Лучше идти вдоль стен зданий, перебираясь через завалы и рискуя получить по башке обломком бетона, отвалившимся от какого-нибудь балкона, чем повторить участь этих птичек.