Невидимка для космической лаборантки (СИ)

Бывают и другие дни, когда мне кажется, что мой профессор на самом деле пропадает вовсе не на работе. Я ведь не слежу за его передвижениями, а значит, не могу быть уверена, что он не направляется в кубрик службы безопасности сразу же, как двери за мной закрываются. Но от этих мыслей мне становится ещё более невыносимо. Так, словно бы я теряю единственного своего близкого человека. Именно поэтому я гоню от себя подобные мысли прочь.
  
Где-то в глубине души я начинаю осознавать, что Дэвид мне нравится не просто как руководитель и потрясающе интересный и талантливый человек, но и как мужчина. Я боюсь признаться себе в этом, потому что мне кажется, что меня непременно отвергнут.
В одиночестве я ужинаю в столовой, а после иду в свою каюту-комнату. Прислушиваюсь к тишине за стенкой. Значит, ещё не вернулся. В груди начинает ныть. Но я мысленно ругаю себя.
— Ты чего нос повесила, Лика?! — говорю сама себе. — Да ты же по нему вздыхаешь только потому, что он единственный мужик рядом с тобой. Давай, соберись! Если физиология требует от тебя удовлетворения потребностей, ты знаешь, что делать!
Чуть приободрившись, я иду в душ. Ничего не могу с собой поделать — в голову лезут фантазии про сумасшедшего секс-учёного, что всячески измывается над своей подопытной, заставляя её кончать снова и снова при помощи разных стимуляторов и гаджетов. Так увлекаюсь, что в какой-то момент мне приходится закрыть воду и вернуться в комнату. Растягиваюсь на кровати и касаюсь себя между ног. Ощущаю, как горячо и влажно стало там от одних только фантазий. Хочется поскорее получить желанный оргазм. Я провожу пальцами по губам и слегка забираюсь внутрь. Словно бы сама себя пытаюсь раздразнить ещё больше. Другой рукой зажимаю набухший сосок. Тело оказывается супер чувствительным. В висках пульсирует от возбуждения и волнения.
Уже не стесняясь, я представляю себе, как занимаюсь сексом со своим любимым профессором. Прокручиваю в голове снова и снова разные пикантные ситуации, каждая из которых заканчивается в кровати. Но мне ни капли не стыдно. По крайней мере, прямо сейчас. Я оказываюсь полностью увлечена своей фантазией.
В какой-то момент где-то рядом слышится звук открывающейся двери. Я замираю на секунду и прислушиваюсь. За стенкой всё так же тихо. Показалось? Чувствую, что нужно сменить позу, потому что конечности затекли. И пусть это немного неудобно, но я встаю в позу догги, опершись на одну руку. Так легче представлять, что тебя имеют сзади. Стон срывается с губ.
— Дэвид… — шепчу я, словно бы хочу, чтобы этот дурак за стенкой услышал, как я ласкаю себя, думая о нём.
Внезапно мне начинает казаться, что рядом кто-то есть. Я могла бы поклясться, что слышала тяжёлый вздох. Резко открываю глаза и оглядываюсь. В комнате пусто и тихо. Только пульс барабанит в висках. А ещё между ног всё пульсирует, желая оргазма. Я снова касаюсь своей киски, играюсь с ней. Завожусь ещё сильнее, представляя себе Дэвида сзади.
Неожиданно чьи-то невидимые руки сжимают мои бёдра. Касаются так нежно, ощупывают, поглаживают. Я снова замираю, не зная, как реагировать. Мои глаза открыты, но я не вижу за собой никого. Не вижу, но чувствую. Прямо как в том фильме. Только в отличие от экранного, мой невидимка — прямо сама деликатность. Сначала касается рукой, желая убедиться, что я достаточно влажная, и только потом неспешно вставляет. И пусть это дико и странно, но это оказывается так хорошо, что я решаю отложить выяснение обстоятельств на потом. Я слишком долго была одна. К тому же что бы это ни было, оно не причиняет вреда.
Потерянное в панике возбуждение возвращается. Я перестаю касаться себя и цепляюсь за простыню. Большой невидимый член проникает в меня сзади, заставляя забыть обо всём. Снова и снова он заполняет меня изнутри. Я даже перестаю сдерживать голос, хотя и понимаю, что Дэвид, скорее всего, уже вернулся. Дэвид… Я цепляюсь за его имя, его образ в своей голове.
— О да… — выдыхаю со стонами. — Да, вот так!
Кончаю внезапно. Судорога пробивает тело и лишает последних сил. Внутри всё сжимается и пульсирует. Волна наслаждения разливается по телу. Невидимка финиширует следом мне на спину. Я чувствую горячие брызги на коже. Мои колени дрожат от напряжения. Я вытягиваюсь на кровати, пытаясь осознать, что только что произошло.
— Эй, здесь кто-нибудь есть? — спрашиваю спустя минуту приподнимаясь.
Моя комната по-прежнему пуста, так что я ощущаю себя дурой. Это ведь было реально, правда? Мне же не привиделось?
Мне не привиделось. Чтобы убедиться, что не сошла с ума, я сохранила то единственное, что мне оставил мой внезапный любовник. Глядя в микроскоп на ещё живые сперматозоиды, я думаю, как мне относиться к тому, что случилось. На время мне приходится абстрагироваться от невидимости моего гостя. Я точно знаю, что это был человек, а не призрак и не представитель внеземной цивилизации. Вероятно, он воспользовался какой-то секретной разработкой учёных из «NASA» для военных целей. Я в курсе, что министерство обороны спонсирует многие исследовательские проекты, в том числе тут, на станции. Значит, один из тех, кто участвует в таких разработках или же охраняет их, решил воспользоваться служебным положением в личных целях и стал невидимым. А потом воспользовался мной. И хотя я была сильно возбуждена и фантазировала о том, чтобы заняться с кем-нибудь любовью, всё же то была фантазия. А в реальности я не давала согласия на секс.
И это тревожит меня. Я спрашиваю себя, почему это случилось со мной. Ведь если я кому-то понравилась, то можно было прийти ко мне и обсудить это. А сейчас я чувствую себя грязной. Пусть всё обошлось без насилия, но мне бы хотелось знать, с кем я трахаюсь, как-то влиять на процесс, контролировать его. Ведь это происходит с моим телом.
Я вздыхаю и закусываю губу до крови. Дэвид появляется в дверях и кивает мне угрюмо. Выглядит он не очень. Кажется, не выспался. Вот же чёрт! Я снова начинаю испытывать чувство вины потому, что не могу помочь ему.
— Ты как? — профессор вдруг ловит мой взгляд. — Нормально себя чувствуешь?
Отчего-то на лице его появляется смущение. Я тоже невольно заливаюсь краской. Медленно до меня доходит мысль: он слышал мои стоны вчера и наверняка всё понял. Думает, видимо, что у меня была весёлая ночка, а потому и задаёт подобные вопросы.
— Сэр, это не то, что вы подумали! — пытаюсь объясниться я. Во взгляде моего профессора отражается сочувствие.
— Прости, я не должен был… — начинает он и осекается. Пару секунд мы стоим друг напротив друга, опустив глаза.
— Я в порядке! — произношу наконец, собрав всю волю в кулак. — Бодра и свежа!
И правда, чего это я? Мне нечего стыдиться. Начнём с того, что я вообще — пострадавшая сторона. Но даже если бы это было не так, и вчера у меня случился бы секс по согласию, моего уважаемого профессора это не касается. Я не обязана отчитываться перед ним, как и с кем я провожу личное время. Он ведь не отчитывается передо мной!
И вообще, мне есть чем заняться кроме рефлексии на тему: «Почему я бесполезна для Дэвида». Я собираюсь выяснить, кто такой этот человек-невидимка. Сегодня после работы я собираюсь пойти в нелегальную пивнушку на втором этаже и расспросить её завсегдатаев, не присылали ли к нам недавно кого-то с другой части станции. Дело в том, что отдел секретных разработок расположен отдельно от основного корпуса. Он абсолютно автономен и независим. Время от времени наши специалисты отправляются туда в командировки, но для этого они используют отдельный летательный аппарат. Мне нужно только узнать, кто в последнее время бывал в секретном отделе. Это позволит сузить круг подозреваемых до нескольких человек.
  
Что буду делать, когда выясню правду, я ещё не решила. Порой мне думается, что правильнее было бы написать рапорт на имя капитана Донован и доверить расследование этого странного дела специально обученным людям. Но мне стыдно. А ещё я боюсь, что могу сломать жизнь другому человеку своими обвинениями. Да, он поступил плохо, но есть очень маленькая вероятность, что он не конченый подонок.