Друг отца. Под запретом (СИ)

— Боюсь, нет, — вежливо мне улыбается. — У нас мясной ресторан, мэм.
Мысленно фыркаю. Поднимаю глаза на Гордеева. Этот точно знал, куда меня притащить. Гордеев же в глаза мне смотрит. Не улыбается губами. Но глаза довольно блестят. И кто у нас здесь хитрюга?
"Жлобяра, понял, что мы разорим его на морепродуктах" - внутренний голос негодует.
Специально меня в мясной ресторан привёл. Окей, Артём Юрьевич, будет вам мясной заказ.
  
— Тогда мне… — я демонстративно раскрываю меню на странице с самыми большими порциями, — томагавк стейк, вот эти вот картофельные дольки и салат с авокадо и орехами. И ещё… — взгляд скользит по списку блюд, — шоколадный фондан.
Официант в замешательстве смотрит на меня, явно пытаясь понять, где я столько еды собираюсь разместить. Я же ослепительно улыбаюсь. Всегда веселит реакция людей на мой аппетит. Одна моя кардиотренировка сжигает столько калорий, что ему и не снилось. Не зря же дома папуля теннисный корт распорядился соорудить.
"А это Гордеев нас ещё с ракеткой не видел и в короткой юбке"
Тс-с-с. Это будет последний гвоздь в крышку его гроба. Не все козыри сразу.
— Это всё? — осторожно переспрашивает официант, словно в надежде, что я передумаю.
— Нет, — Гордеев внимание на себя перетягивает, — это заказ девушки. — Легко кивает на меня, и официант явно не понимает, то ли он шутит, то ли и вправду я буду всё это есть.
Я улыбаюсь, как сама невинность. Это я ещё над вторым десертом раздумываю.
— Мне филе миньон, прожарка медиум, и всё, — спокойно произносит он, даже не глядя в меню.
Завершив наш сногсшибательный заказ, официант удаляется, оставляя нас в компании друг друга.
Я чувствую на себе слегка скептический взгляд Гордеева, но с невинной улыбкой просто откидываюсь на спинку стула.
— Ты всё это точно осилишь? — он вопросительно выгибает бровь.
— Не волнуйтесь, Артём Юрьевич, у меня очень хороший обмен веществ. - Довольно скалюсь.
— Я уже заметил.
— Кстати, — достаю из сумочки телефон, — вы бы не могли сказать, когда мы закончим? Егор волнуется, во сколько меня забирать.
Гордеев прищуривается, несколько секунд меня рассматривает. Я же продолжаю очень широко улыбаться.
— В десять.
"Вот же козёл!"
— Поняла, океюшки. - Сквозь зубы выдаю. Это что получается, он меня любой личной жизни лишить решил?
Слегка кривлюсь, потому что чувствую на себе чей-то слишком настойчивый взгляд. Поднимаю глаза от телефона и вижу женщину. В дорогом платье и идеальной укладкой. Смотрит на меня так, будто я ей что-то должна. Взгляд — как ножом, буквально впивается. Это ещё что за новости?
Прежде чем успеваю задуматься, женщина, не сводя с меня глаз, решительно направляется к нашему столу.
"А вот и клиентка"
Гордеев кивает в знак приветствия. Не встаёт, чтобы отодвинуть ей стул. Боже, где манеры этого мужчины? Хотя... этой можно и не пододвигать. Не нравится она мне. А ещё... Ещё эта женщина кажется мне очень знакомой. Я её видела... Только не могу пока что вспомнить где.
— Артём Юрьевич, — её голос с оттенком лёгкого разочарования, — я думала, встреча будет... личной. - Её взгляд скользит по мне, и снова на Гордеева, а в глазах явный намёк. Кажется, она рассчитывала, что Гордеев будет один. Вот же...
"У нас есть вилка. Ею можно очень удачненько пырнуть" - ревниво шипит внутренний голос. Я же прикручиваю громкость. Я не ревную, понятно?! Просто она мне не нравится... Смотрит она на меня косо! Вот! И я совсем не замечаю, как она незаметно ближе стул к Гордееву пододвигает. Как перекидывает волосы на правое плечо, чтобы открыть Артёму вид на её нескромное декольте.
"У нас всё ещё вилка..."
Уплетаю своё второе блюдо с аппетитом, который только ленивый не прокомментировал. Гордеев молчит, но я чувствую, как его взгляд иногда скользит по мне. Да, я съем всё. Ещё и второй десерт закажу. Так сказать, мощный удар по кошельку. Ну а что? У меня обмен веществ хороший. Грех этим не воспользоваться.
"Главное потом в его машине не лопнуть. Хотя..."
Клиентка, между тем, продолжает говорить, активно жестикулируя. Каждое её слово сопровождается то наклоном головы, то кокетливой улыбкой в сторону Гордеева. Вот же... Подбешивает.
— У нас с ним был брачный контракт, — говорит она, делая вид, что обращается к обоим, но взгляд при этом прилипает к Артёму, как к магниту. — В контракте прописано, что я при разводе не получу ничего, если изменю.
"Ну, судя по всему, не справилась"
— Но я не изменяла! — с жаром продолжает мадам. — А он всё своё талдычит, что я останусь без шиша. Представляете?!
Мысленно фыркаю. Я-то представляю. Наверное, он на неё не просто так зуб точит. Она вот Гордеева взглядом пожирает. Могла уже бы завалила его на стол. Достаточно пару минут рядом с ней провести, чтобы понять, что в верность этой дамы с трудом поверит даже самый наивный романтик.
— Адвоката крутого нанял какого-то. Короче, вот я к вам и пришла. А он, между прочим, на измене замечен был! Так что я могу ещё и подать на вознаграждение за моральный ущерб!
Отложив вилку, смотрю на неё более пристально. Интересная она персона.
— У вас есть доказательства его измен? — хмурится Гордеев, не поддаваясь её игривому тону.
Она откидывает волосы с плеча и горячо отвечает:
— Конечно! Я трусы в его машине нашла! Красные такие, с кружевом!
Весьма... Но на доказательство в суде это не потянет. Скажет, что секретарша ненормальная. Хотела его с женой развести и втихаря трусы подкинула.
"Кстати, а что с нашими трусиками? Мы же их у босса дома забыли..."
Я тут же на Гордеева смотрю. Он как чувствует. Взгляд на меня бросает. Смотрит. Жалит взглядом.
"Сто пудов себе оставил. Извращуга"
— Этими же трусами его и отходила! — гордо заявляет клиентка. — А этот придурок упал и руку сломал! На развод подал!
Я не сдерживаю смех. Это надо слышать. Гордеев бросает на меня предупреждающий взгляд, но я тут же извиняюсь:
— Простите, продолжайте, это правда... интересно.
Он возвращает внимание к клиентке, которая явно уверена, что её действия были оправданными:
— То, что вы его били, кто-то видел? — голос у Гордеева нейтральный, но мне кажется, что он еле сдерживает смех.
— Нет, конечно! Я же не дура!
Тут уж я не выдерживаю и поднимаю бровь.
— То есть прислуги у вас дома нет? Камер наблюдения за территорией тоже? — задаю вопрос с невинным видом, но с лёгкой издёвкой.
Её лицо на мгновение краснеет. Она недовольно смотрит на меня, но отвечает:
— Камер нет! А прислуга в это время убиралась на цокольном этаже. Там окон нет. Так что никаких свидетелей.
Перекидываюсь взглядом с Гордеевым, и он едва заметно усмехается. Мне становится ещё веселее, особенно когда вспоминаю, что у нас дома камеры есть на улице. Папа за всем движем наблюдает. Уверена, в таком доме, как у неё, они тоже есть. А вот знает ли она об этом? Это вопрос.
— Дальше вашего мужа скорая помощь забрала? - Гордеев продолжает допрос пристрастием.
Я понимаю, к чему он ведёт. А вот клиента дупля не режет.
— Ну конечно, я же говорю - этот идиот руку сломал! Не подорожником же его лечить!
— Я просто уточню, — Гордеев скалится, я не могу взгляд оторвать от происходящего, — приехала скорая помощь, зафиксировала падение. Он при этом орал, что это вы его толкнули?
— Да! Ну я ещё раз попробовала его навернуть. Ну скотина же! - Она это выдаёт с такой гордостью.
Господи, а свидетелей происходящего для неё по-прежнему нет.
  
— Это дохрена свидетелей! - Гордеев рявкает, а она на месте подпрыгивает.
"Это не нормально, что нас подобное возбуждает"
Тише ты! На внутренний голос цыкаю. Смотреть никто не запрещал.
Клиентка назад откидывается, её волосы с правого плеча слетают. Открывая вид на тонкую золотую цепочку. На цепочке висит маленький кулончик в форме теннисной ракетки. Теннисная ракетка... Я щурюсь. На кулон этот внимательно смотрю. Где я видела эту цепочку? Где-то точно видела.