Друг отца. Под запретом (СИ)

Клиентка тем временем продолжает рассказывать с жаром:
— Я же ему всё простила! Даже то, что он меня постоянно перед друзьями унижал. Всегда ходила с ним на эти дурацкие игры. Я идеальная жена! А он...
Я же продолжаю смотреть на её шею. Этот кулон с ракеткой… Где-то я его видела.
— Ну, вы понимаете, я не могла терпеть такое отношение! Это же унизительно!
Слушаю её вполуха, потому что вспоминаю! Кулон. И её лицо... Да! Это была она! Я даже на месте подпрыгиваю. Гордеев на меня странно поглядывает. А меня буквально распирает. Я её знаю! И знаю, что она врёт!!!
  
"Я её знаю!"
Мысль звучит так громко, что, кажется, будто Гордеев вот-вот её услышит. Я с трудом делаю вид, что всё в порядке, хотя хочется на месте подпрыгнуть и заорать, что она всё врёт!
"Давай дадим Гордееву официальный повод нас в дурку отвезти. Совсем уже? Сиди и свой фондан жуй!"
Клиентка продолжает тараторить, размахивая руками. На нас уже люди оборачиваться начинают, а этой пофиг. Жалуется. Тоже мне обиженка. Сама хороша.
— Это же унизительно! — срывается она в очередном эмоциональном всплеске. Но я почти не слушаю её. Всё моё внимание занято воспоминаниями.
"Теннисная ракетка. Цепочка. Её лицо… Да! Это было в "Парадайзе"!"
Я наклоняюсь к своему фондану и начинаю ковыряться в нём ложкой, одновременно погружаясь в свои мысли.
Мы с Иркой часто тусуемся в "Парадайзе". Ну, как часто… Учитывая, что у подруги там скидка двадцать пять процентов, довольно часто. Брат подруги Ирки там работает, и организовал ей такую лафу. Ресторан дорогой, еда шикарная, а главное — морепродукты! Ценность этого места чувствуете, а? И вот недели две назад, когда мы там сидели, я заметила её. Цепочка сразу привлекла моё внимание. Этот кулон в виде теннисной ракетки так блестел на солнце, что я даже засмотрелась на пару секунд. И обручальное кольцо. Такой булыжник на пальце сложно было не заметить. Ирка, конечно, заметила мой интерес и тут же начала комментировать.
— Спорим, её официант чпокает? — выпалила подруга, невозмутимо потягивая коктейль.
— С чего ты это взяла?
Но Ирка только ухмыльнулась.
— Смотри, как он косится. Видишь? Взглядом стреляет. Нервничает. Нога вот вся подрагивает.
Я скептически посмотрела в сторону столика, за которым сидела эта дама. Сначала я не заметила ничего странного. Но потом… Официант и правда вёл себя странно. Постоянно тёрся рядом, как будто случайно задевая её плечо или руку. Она, в свою очередь, не оставалась в долгу. Я видела, как её пальцы скользили по его ноге, когда он наклонялся за тарелкой. А потом был момент, который я точно не забуду. Она что-то бросила ему в карман так ловко, что никто бы не заметил, если бы не моя повышенная внимательность. Она мне, между прочим, должна сотню! Ирке я проиграла, потому что была уверена, что она не такая. Через пять минут клиентка встала из-за стола. Ну, знаете, так изящно, чтобы никто ничего не заподозрил. Надела очки на пол лица. Оглянулась и направилась к лифтам, слегка замедляя шаг. А ещё через пять минут я увидела того самого официанта. И знаете что? Он бежал. Прямо вверх по лестнице. Там, где номера находились.
— Ну, что я говорила? Успеют за пять минут? Или пробегут на пару кругов больше?
Я тогда просто рот открыла.
— С чего ты взяла? Может, у неё там какие-то дела?
— Конечно, дела. Только не рабочие.
Я закатила глаза, решив, что Ирка всё это выдумала. Ну не может приличная женщина, замужняя, вот так… с официантом. Но! Потом она вернулась. Через двадцать минут. Видок такой был, будто она пальцы в розетку совала. И через пару минут появился официант. Поправляя галстук. Помаду с шеи стирал.
Сейчас эта самая мадам с такой же наглой рожей рассказывает Гордееву о том, что она никому рога не наставляла. О брачном контракте и о том, какой её муж сволочь.
— А давно это всё произошло? Ну вот вся история с мужем. — Это, чтобы быть полностью уверенной, что я прошмандовкой не просто так про себя называю. Убедиться, так сказать.
— Месяц назад. Я ведь не сразу узнала, что он заявление подал, эта гнида...
Значит, всё правильно. Чпокалась она с официантом ещё до того, как муж на развод подал. А если я это видела... То это и полгорода видеть могло. Потому что конспиратор с неё плохенький.
Дожидаюсь, пока горе-клиентка нас с Гордеевым покинет. Сижу, загадочно в молочном коктейле трубочкой кручу.
— Мне даже интересно на каком моменте ты лопнешь. - Гордеев с прищуром произносит.
— А вы отсядьте, Артём Юрьевич, раз такой пугливый. - В ответ скалюсь, Гордеев лишь головой качает.
— Рассказывай.
— Что? - Ресницами хлопаю.
— По твоему лицу вижу, что есть что. Довольная слишком.
— А может я просто наелась, оттого и довольная.
— Ресторан опустошила?
— Вот вы такой скупердяй, Артём Юрьевич, как только женщины с вами на свидания ходят?
— Я свидания горизонтально провожу.
Кривлю носик.
"Козлина"
— Наша клиентка, кстати, тоже. - Вздыхаю.
— Это предположения, или...
— Она с официантом из "Парадайза" спит. Я видела её две недели назад. Она не особо скрывалась. Так что думаю свидетелей будет масса.
И вот тут я молочным коктейлем давлюсь. Потому что... Гордеев прищуривается и так на меня смотрит... Как будто не верит мне!
"Ах ты... Бросай в него коктейлем, он всё равно невкусный!"
  
Глава 8
 
Сижу в машине напротив "Парадайза", стараясь выглядеть максимально невозмутимой, хотя внутри всё искрит от нетерпения. Только одно выражения лица Гордеева чего стоит.
"Господи, он когда-то нас точно прихлопнет"
Чшшш. С каких пор мой внутренний голос стал таким боязливым?
Гордеев злится настолько незаметно, что даже воздух кажется заряженным.
— Не могу поверить, что ты меня на это уговорила, — рычит и ко мне оборачивается.
— Вы сами мне не поверили, Артём Юрьевич, — я широко улыбаюсь, зная, что это ещё больше его взбесит. — А я, между прочим, не люблю, когда меня считают балаболкой.
Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже лежала на асфальте, отпеваемая церковным хором. А нечего было во мне сомневаться! Сам виноват!
— И ты уверена, что сегодня здесь будут клиентка и официант? — вопросительно выгибает бровь.
— Конечно, уверена. У меня есть связи, — невозмутимо пожимаю плечами. — Он точно работает сегодня. А значит... и она может быть здесь.
— А если ты облажаешься?
Это что ещё? Он меня на что-то развести хочет? За то, что я просто делаю свою работу?!
"Ахренел так Ахренел"
— Я не облажаюсь, — уверенно заявляю я и выше нос задираю.
Гордеев раздражённо вздыхает, потирая виски. Кажется, я начинаю доставать его всё больше.
— Ой, а вот ещё... — говорю притворно милым голосом и достаю из кармана карточку от номера.
Он смотрит на неё, потом на меня, явно не понимая, что происходит.
— Что это?
— Карточка от номера. Я его на сутки забронировала.
— На кой хер она мне нужна? — его тон становится ниже и опаснее.
— Ну, чтобы не было подозрительно, что мы из ресторана пойдём в отель. Вдруг кто-нибудь спросит про номер, а у нас ничего нет? Я всё продумала, Артём Юрьевич, — заявляю я с максимально серьёзным видом. Нужно купить очки для имиджа помощницы. Сейчас было бы круто их на носу поправить.
Гордеев тяжело вздыхает.
— Терпение. Много терпения, — каждое слово выдавливается сквозь зубы.
— Я всё равно оплатила номер вашей картой, — спокойно пожимаю плечами. — Так что он ваш.
  
— Что ты сделала? — хрипит угрожающе.
— Ну, вы же дали мне карту, чтобы я забронировала ресторан. Вот я и забронировала номер, — ресницами хлопаю, улыбаюсь. Он совсем шпионские фильмы не смотрит? Нужно прокачать его в этом вопросе.