Гаст (ЛП)

Полтрок был не в настроении, но глаза его все равно забегали. Индианка прижалась к спине Морриса, раздвинув стройные ноги, гладкая кожа без шрамов виднелась в широких швах леггинсов. Грудь ее переливалась в ярме из оленьей кожи.
- Она просто красавица, не так ли, сэр? - Моррис вел себя как собака, приносящая хозяину кость. Он быстро спустился с лошади, побрякивая длинным ножом на бедре, затем опустил девушку на землю. - Я имею в виду, сэр, вам действительно нужно увидеть ее сиськи, - и затем он расстегнул ярмо.
  
Он повернул ее как экспонат. Казалось, что под пятнистой кожей светится молодость. Голые груди бушевали, большие, как детские головки, но упругие, крупные соски налились темной гусиной плотью.
Моррис покачал рукой одну грудь.
- Разве это не нечто, сэр? Вы когда-нибудь видели такие сиськи? О, а это еще лучше... - Моррис покрутил ее вокруг себя, спустил штаны, обнажив задницу. Моррис присвистнул. - Черт! Вы только посмотрите на это!
Девушка знала, что происходит; она наклонилась вперед, чтобы усилить демонстрацию. Ее крестец был большим и выдающимся.
- Ради всего святого, мистер Полтрок, я не могу сказать, что лучше - ее сиськи или ее задница!
Полтрок почувствовал себя сбитым с толку.
- Мистер Моррис, неужели вы притащили эту женщину почти за две мили по железнодорожному полотну только для того, чтобы показать мне ее грудь и задницу?
- Ну, я имею в виду, что сам планирую трахнуть ее не один раз, но поскольку вы мой босс, я решил предложить вам первому.
"Потрясающе..."
- Я ценю вашу профессиональную вежливость, - ответил Полтрок. - Это весьма предусмотрительно, - затем его взгляд переместился со свежей груди индианки на ее лицо.
Широкие, блестящие глаза на грязном лице. Распутство отразилось в улыбке, которую можно было назвать лишь поддельной.
- Нет, нет, спасибо, мистер Моррис, - сказал Полтрок. - Это не мое. Надо закончить пересчитывать рельсы.
- О, вы уверены, мистер Полтрок? - Моррис провел руками по плюшевому крестцу. - Это лучший материал. Черт, большинство индийских шлюх настолько уродливы, что мужчине даже трудно заставить свой член напрячься. Но эта?
- Она довольно красивая девушка, мистер Моррис, но все же я вынужден отказаться. Идите и развлекайтесь.
Моррис пожал плечами, ошеломленный отказом своего начальника.
- Как скажете, сэр, - он посмотрел в сторону и заметил поляну в высоком кустарнике. - Я трахну ее прямо здесь, говорю я... На прошлой неделе я трахал другую индианку в этом же месте, - Моррис толкнул девушку к поляне, привязав лошадь к тонкому дереву.
Полтрок только покачал головой, когда они скрылись за кустарником.
"Вот уж кто деградирующая личность", - подумал он, затем осторожно пришпорил лошадь.
Он продолжил путь по тропе и возобновил подсчеты.
Цифры все еще не сходились. Он строил железные дороги по всей стране и прекрасно знал, что определенное количество людей может уложить за определенный промежуток времени. Он знал, что скоро должна появиться отметка начала недели...
Лошадь вздрогнула; Полтрок поднял голову от внезапной дрожи. Далекий, нарастающий рев, затем колебания рельсов и, наконец, звук паровозного свистка.
Полтрок понял, что приближается поезд. Он направил свою лошадь в сторону от рельсов, а затем остановил ее у линии деревьев.
- Тише, тише, - пытался он успокоить животное, а сам все время думал: "Грузовой поезд еще в конце линии. Что это за поезд?"
Земля задрожала; Полтрок только и мог, что удерживать лошадь от рывков. Через несколько мгновений мимо пронесся очень быстрый поезд. Он шел задним ходом; другими словами, паровоз толкал вагоны, а не тянул их. Полтроку хватило нескольких секунд, чтобы сосчитать один угольный вагон, пять пассажирских вагонов и паровоз впереди. Через несколько мгновений паровоз исчез в огромном потоке пыли и сотрясений, а еще через минуту он снова услышал свисток паровоза, который затормозил, чтобы остановиться на рабочей площадке.
"Что, черт возьми, происходит?"
Он не мог понять, зачем Гасту приводить еще один поезд, если их собственный транспорт все еще стоит на стоянке.
Он полагал, что в свое время выяснит это. Он дал своей лошади успокоиться еще несколько минут, а затем продолжил считать последние рельсы за неделю работы.
Солнце только-только закатилось за гору, когда Полтрок добрался до колышка с красным флажком, который он воткнул ровно неделю назад. Теперь ему нужно было сосредоточиться на цифрах, поэтому он расседлал и привязал лошадь. Он зажег взятый с собой масляный фонарь и сел на первый кусок рельса, вбитый в прошлую пятницу.
"Господи", - подумал он, глядя в свой блокнот.
Это была простая математика, и к этому моменту он просмотрел цифры за неделю по меньшей мере пять раз. Каждый кусок рельса был длиной ровно 22 фута и 6 дюймов. Никаких отклонений быть не могло.
Он не замечал нависшей над ним фигуры.
- Работаете при свете фонаря, - проинформировал голос. - Признак усердия, надо сказать.
Сердце Полтрока заколотилось. Он потрясенно поднял глаза.
Это был мистер Гаст, смотревший на него со своего огромного белого коня.
- Остальные готовятся к празднику, а вы, господин Полтрок, работаете здесь до сумерек. Я не забываю людей, которые делают для меня самую лучшую работу.
- Спасибо, господин Гаст, - произнес Полтрок.
- Я чувствую, что сегодня все будет замечательно.
Низкая луна всходила прямо за головой Гаста, очерчивая его черты острой чернотой. Конь стоял неподвижно, как статуя.
- У вас уже есть счет за неделю, или я вас отвлек?
Полтрок встал и отряхнулся.
- Нет, сэр, на самом деле вы пришли как раз вовремя. Я действительно закончил свой отчет о работе за эту неделю, и...
- И?
Полтрок вздохнул.
- Не знаю, как сказать, мистер Гаст, но если только рельсы, которые вы покупаете, не короче, чем должны быть, мы проложили на этой неделе 3,1 мили пути.
Пауза. Высокий силуэт Гаста не шелохнулся. - Это выдающийся результат.
- Это либо выдающееся, либо просто невозможное, - продолжал Полтрок. - Последние два года бригада укладывала минимум четверть мили в неделю, а в некоторые недели и больше, например, полмили или шесть десятых. На прошлой неделе мы уложили на целую милю больше квоты, а на этой... - Полтрок уставился на цифры в своей книге. - На одну-две мили больше. Всего за одну неделю.
Голос Гаста был похож на низкую пульсацию. - Что это значит, мистер Полтрок?
- Это означает несколько вещей, сэр. Во-первых, это значит, что каждый человек, работающий на вас, выполняет работу двоих. И если все это сложить, то с момента старта мы опережаем график на пятьдесят или шестьдесят миль.
Снова молчание. Молчанием Харвуд Гаст выказывал свое ликование. Он только и сказал:
- Спасибо, сэр.
Полтрок положил книгу обратно в седельную сумку.
- Мистер Гаст, что это за поезд, который я недавно видел пролетающим мимо? Мы не планируем никаких поставок в ближайшее время, и, кроме того, он выглядел как пассажирский поезд.
- Так и есть. Я только что купил его на верфях в Питтсбурге. Говорят, он может двигаться со скоростью тридцать миль в час.
- Я верю в это, сэр. Значит, сегодня вечером вы вернетесь домой, чтобы проверить его?
- Да, и мы все тоже. Я решил дать мужчинам еще одну передышку. Они заслуживают этого... как вы только что убедились, рассказав о своих успехах.
"Что ж..."
Полтроку не помешает отдых.
- Это очень великодушно с вашей стороны, мистер Гаст. Мы все удивлялись, почему отменили обычные пятничные посиделки.
  
- Поезд отправляется через час, мистер Полтрок, и он отвезет нас всех в Гаст на неделю отдыха. Я уже несколько месяцев не видел свою жену и детей. И как быстро едет этот новый паровоз? Мы вернемся домой еще до полудня завтрашнего дня.
- Это отличная новость, мистер Гаст. Мужчины будут вне себя от радости.