Гаст (ЛП)

- Так что вам лучше поскорее вернуться на железную дорогу, мистер Полтрок. И вот... знак моей признательности за вашу работу.
Полтрок взял у него небольшой кожаный чемодан.
- Спасибо, сэр.
Гаст посмотрел на звезды.
- Хорошие события будут происходить с нами и впредь, мистер Полтрок. Я чувствую это до самых корней своей души. Я вижу это в звездах...
"Может, он выпил", - подумал Полтрок.
  
Голос у него был дикий, даже безумный. Но, если подумать, Полтрок ни разу не видел, чтобы господин Гаст принимал алкоголь.
- Сегодня как раз подходящая ночь, я могу сказать, - продолжал Гаст свою туманную беседу. Он снова посмотрел на Полтрока. - Да! - прошептал он. - Сегодня ночью!
Гаст повернул лошадь и пустился рысью прочь.
Полтрок покачал головой вслед за ним.
"Ну разве это не самое странное..."
Он поднял кожаный чемодан.
Когда он заглянул внутрь, то не смог даже говорить.
В чемодане было пять крепких сигар, чернильная ручка, усыпанная бриллиантами, и 1000 долларов золотом.
"Боже мой..."
Это было целое состояние, да еще в придачу к той огромной зарплате, которую ему уже платили.
"Когда все это закончится, я стану очень богатым человеком, и всем этим я обязан... мистеру Гасту".
Он снова взобрался на лошадь и отправился на место.
"Сегодня как раз подходящая ночь", - вспомнились ему слова Гаста.
Через милю или около того лошадь без всякой причины остановилась.
- В чем дело?Давай, мне нужно успеть на поезд, - но тут он понял, где именно находится.
Он смотрел налево, на небольшую полянку в боковом кустарнике.
Именно туда Моррис отвел девушку-индианку...
Что-то заставило его сойти с дороги, но он даже не подумал, что это могло быть. В следующий момент он вышел на поляну с поднятым масляным фонарем.
Моррис, должно быть, уже ушел: Полтрок ничего не слышал внутри. Когда он вошел дальше, то остановился и уставился на него.
Сначала он не был уверен, что видит. Он понял, что это девушка, но...
что-то было не так.
Девушка лежала обнаженная. Он мог видеть заднюю часть ее ног, подошвы босых ступней, а также ягодицы, которые так волновали Морриса.
Но... Полтрок мог видеть и ее грудь...
Он подошел ближе. Его сознание отключилось, когда он наклонился, чтобы посмотреть, что получилось. Действительно, хорошо раздетая индианка лежала на животе. Достаточно было приподнять ее плечо, чтобы понять, для чего Моррис использовал этот причудливый штык.
С нее содрали кожу от ключиц до лобка, и это была сложная работа. Моррису удалось снять кожу с ее грудей и живота одной чистой простыней, после чего он перевернул ее и положил простыню ей на спину.
"Так он мог трахать ее в задницу и одновременно сосать ее сиськи..."
Полтрок смотрел на странный труп целую вечность, а когда поднял фонарь повыше, заметил на поляне еще несколько мертвых индианок.
Он не мог думать из-за громкого гула в голове, который вдруг стал угрожать раздвинуть его череп изнутри.
"Боже мой..."
Он смотрел на ноги мертвой девушки, на ее ягодицы и заднюю поверхность бедер, на заднюю поверхность икр, на нижнюю часть ступней... и все в том же видении - на большие пухлые груди.
"Боже мой, - снова подумал он. - Что я..."
Рев в голове Полтрока стал стихать, когда он понял, что расстегивает ремень и спускает брюки.
* * *
Заходя в вагон поезда, Полтрок заметил Морриса, сидящего на первом сиденье, с пояса которого свисал длинный нож с латунной рукояткой и ножнами.
- Мистер Полтрок! Теперь мы знаем, почему сегодня не было доставлено виски!
- Да...
- Говорят, мы вернемся в город завтра к полудню, - Моррис подмигнул Полтроку, когда тот проходил мимо.
Он ничего не сказал ни о том, что нашел на поляне, ни о том, что делал потом. Он предпочитал фантазировать, что все это было дурным сном - конечно, так оно и было. С того самого момента, как он подписал контракт с мистером Гастом, его жизнь превратилась в дурной сон.
Он прошел по проходу к последнему блоку мест, которые были зарезервированы для мистера Гаста и для него самого.
Кости скрипнули, когда он сел. Да, это была тяжелая неделя; более того, это были тяжелые четыре года. Полтрок подозревал, что, как только они вернутся к Гасту, он проведет большую часть передышки, отсыпаясь, пока все остальные будут предаваться веселью. Он со вздохом опустился на причудливо обтянутое подушками сиденье и подставку для ног и позволил себе опуститься.
"Плохой сон..."
Через окно он видел, как вдоль машин идут Костоломы с фонарями; лишь несколько человек оставались позади, чтобы охранять стройплощадку и груды строительных материалов. Фонари отбрасывали в темноту желтые круги неправильной формы. Полтрок прищурился. Когда один из Костоломов поднял на него взгляд, его глаза были тошнотворно желтыми.
Полтрок опустил занавеску.
Затем он посмотрел через проход и увидел, что мистер Гаст крепко спит на своем месте. Через несколько минут прозвучал свисток, и поезд тронулся. Отойдя на достаточное расстояние, он снова открыл занавеску и уставился в проносящийся мимо ночной пейзаж. Продолговатая луна следовала за ним, окрашивая сельскую местность. Он внимательно вгляделся в свое отражение в стекле...
Неужели его собственные глаза выглядят желтыми?
Поезд мягко стучал по недавно проложенному пути; Полтрок чувствовал его скорость. Он слышал, как негры поют из последних вагонов, а белые мужчины в остальных вагонах сидели в напряженном молчании. Полтрок спал с перерывами, каждый раз пробуждаясь от невероятно резкого образа: его собственные губы отчаянно сосут соски пары отрезанных грудей. Каждый раз, открывая глаза, он с ужасом смотрел по сторонам, ожидая увидеть индианку в коже, сидящую рядом с ним и держащую его за руку, как любовника.
Позже ему необъяснимо приснилась огромная доменная печь...
Поезд мчался дальше, в глубокую ночь. Многие позади него уже тоже спали.
"Может, я один не сплю", - подумал он.
- Да!
Глаза Полтрока метнулись вправо.
Это был господин Гаст. Он тоже спал и прошептал это слово во сне.
- Да! - снова пробормотал господин Гаст. - Сегодня ночью!
Когда Полтрок сошел с поезда на следующий день в полдень, все узнали, что два дня назад форт Самтер был осажден войсками Конфедерации в Южной Каролине. Командир форта сдался прошлой ночью.
Наконец-то война началась.
 ГЛАВА 9 
Колльер вырубился в своей постели сразу после возвращения в гостиницу, и, когда в шесть часов прозвенел будильник, его мозг был похож на комок мусора.
"Фуууууууууууух", - подумал он.
Одно дело - плохие суждения, но теперь он действительно начал подозревать, что может быть серьезным алкоголиком.
"Я надрался в гей-баре, - вспомнил он. - А у меня сегодня свидание..."
Душ заставил его проснуться. Он все еще был полупьян и полупохмелен, когда с трудом влез в одежду. Нахлынули воспоминания...
Джифф, выделывающий такие трюки в баре, и...
Две маленькие девочки с собакой...
Мэри и Крикет, он помнил их имена. Почистив зубы и прополоскав рот, он попытался убедить себя, что все это было сном, который он видел, когда потерял сознание, но знал, что обманывает только себя. Несомненно, это были две сестры из бедной семьи.
Они должны были быть такими.
Колльер сплюнул пену в унитаз, еще несколько полосканий не смогли избавить его от похмельного привкуса. Тогда он сунул рот прямо под кран и наполнил водой живот.
  
И тут он вспомнил ту маленькую собачку - вздорную шавку - и то, что, как ему показалось, она делала, когда он уходил...
Колльер выкинул эту мысль из головы и вышел из комнаты, но не успел сделать и первого шага по коридору, как остановился.