50 оттенков серого

Он хмурит брови, распахивает глаза, пару раз моргает.
– Я не хочу, чтобы ты меня шлепал, только не здесь и не сейчас. Пожалуйста, не надо.
Кристиан удивленно приоткрывает рот, и я с отчаянной храбростью осторожно веду пальцами по его щеке к колючему подбородку. Кристиан медленно закрывает глаза, подставляет лицо под мои прикосновения, и его дыхание учащается. Другой рукой я ерошу его волосы. Я люблю его волосы. Кристиан еле слышно стонет, открывает глаза, смотрит настороженно – он словно не понимает, что я делаю.
Встав почти вплотную к Кристиану, я осторожно тяну его за волосы, чтобы он наклонил голову, а потом впиваюсь в его губы поцелуем, просовываю ему в рот свой язык. Кристиан стонет, обнимает меня и прижимает к себе. Его руки вцепляются в мои волосы, и он грубо и властно отвечает на поцелуй. Наши языки соприкасаются, пробуют друг друга. У Кристиана божественный вкус.
Неожиданно он отступает назад, наше дыхание смешалось, мы оба задыхаемся. Я опускаю руки ему на плечи, а он гневно смотрит на меня.
– Что ты со мной делаешь? – шепчет он почти растерянно.
– Целую.
– Ты мне отказала.
– Что?
О чем это он?
– За столом, своими ногами.
А… вот оно что.
– Мы же сидели за столом с твоими родителями!
Я ошеломленно смотрю на него.
– Мне никто никогда не отказывал. И это так… заводит.
Его зрачки слегка расширяются, в глазах плещутся удивление и похоть. Пьянящая смесь. Я непроизвольно сглатываю. Руки Кристиана опускаются к моей заднице, он грубо притягивает меня к себе, и я чувствую его эрекцию.
Вот это да…
– Значит, ты злишься и возбужден потому, что я тебе отказала? – изумленно выдыхаю я.
– Я злюсь потому, что ты ничего не сказала мне про Джорджию. И еще потому, что ты пошла в бар с парнем, который пытался тебя соблазнить, когда ты была пьяна, и бросил в беспомощном состоянии с совершенно посторонним человеком. Разве друзья так поступают? Да, я злюсь и возбужден потому, что ты сдвинула ноги.
Его глаза опасно блестят, он медленно задирает подол моего платья.
– Я хочу тебя, прямо сейчас. Если не разрешишь себя отшлепать – а ты заслужила хорошую взбучку! – я трахну тебя на диване, быстро и только для своего удовольствия, не для твоего.
Платье едва прикрывает мой голый зад. Стремительным движением Кристиан просовывает руку между моих ног, его палец медленно входит в меня. Другой рукой он крепко удерживает меня за талию. Я едва сдерживаю стон.
– Это мое! – агрессивно шепчет он. – Только мое! Поняла?
Он вытаскивает палец и вновь засовывает его в мою вагину, пристально смотрит на меня, следит за моей реакцией горящими глазами.
– Да, твое, – выдыхаю я, чувствуя, как нарастает желание, горячее и тяжелое, несется по венам… и все во мне отзывается. Нервы звенят, дыхание учащается, сердце бешено колотится, пытаясь вырваться из груди, кровь грохочет в ушах.
Кристиан резко отстраняется и делает несколько вещей одновременно: убирает руку, оставляя меня с моим желанием, расстегивает ширинку, толкает меня на диван и наваливается сверху.
– Руки на голову! – приказывает он сквозь стиснутые зубы.
Он встает на колени, с силой раздвигает мои ноги и лезет во внутренний карман пиджака за презервативом, буравя меня мрачным взглядом. Дернув плечами, стряхивает пиджак на пол и раскатывает презерватив по своему внушительному члену.
Послушно поднимаю руки, понимая, что Кристиан не хочет, чтобы я его трогала. Я возбуждена. Мои бедра непроизвольно дергаются вверх, навстречу ему. Хочу, чтобы он вошел в меня вот так, грубо и жестко. О… сладкое предвкушение.
– У нас мало времени. Это будет быстро и только для моего удовольствия, не для твоего. Поняла? Не смей кончить, иначе я тебя накажу, – говорит Кристиан сквозь стиснутые зубы.
Ох, ни фига себе… как же я остановлюсь?
Он входит в меня одним быстрым толчком. У меня вырывается громкий гортанный стон, я наслаждаюсь тем, что полностью принадлежу ему. Кристиан кладет свои ладони на мои, локтями прижимает мои руки, его ноги крепко удерживают мои, не давая пошевелиться. Я словно в западне. Он везде, подавляет меня, почти душит, но мне хорошо. Чувствую свою силу – ведь это я так на него влияю! – и меня переполняет гедонистическое ощущение триумфа. Кристиан движется быстро и яростно, хрипло дышит мне в ухо, мое тело отвечает и словно тает под ним. Мне нельзя кончить. Нет. Но я двигаюсь с ним в одном ритме, толчок за толчком. Внезапно – слишком рано! – он вбивается в меня мощным ударом и с хриплым выдохом замирает, достигнув разрядки. Он сразу расслабляется, и я чувствую восхитительную тяжесть его тела. Я не готова его выпустить, мое тело жаждет оргазма, но Кристиан такой тяжелый, что я не могу пошевелиться. Внезапно он вытаскивает член, и я, неудовлетворенная, остаюсь ни с чем. Кристиан свирепо смотрит на меня.
– Не смей себя трогать. Хочу, чтобы ты помучилась. Изза того, что не рассказала и отказала в том, что принадлежит мне.
Его глаза пылают, он снова злится.
Я киваю, тяжело дыша. Кристиан встает, снимает презерватив, завязывает узлом и кладет в карман брюк. Я пялюсь на него, пытаясь восстановить дыхание, и непроизвольно стискиваю бедра, чтобы получить хоть какоето удовлетворение. Кристиан застегивает ширинку, рукой приглаживает волосы и наклоняется за пиджаком. Когда он вновь смотрит на меня, его взгляд теплеет.
– Нам нужно вернуться в дом.
Неуверенно сажусь, меня слегка потряхивает.
– Вот, можешь надеть.
Из внутреннего кармана пиджака он достает мои трусики. Беру их с серьезным лицом, но в глубине души знаю – хотя меня и трахнули в наказание, я одержала маленькую победу. Моя внутренняя богиня согласно кивает, на ее лице довольная усмешка: «Тебе не пришлось просить».
– Кристиан! – зовет с первого этажа Миа.
Он поворачивается и поднимает брови.
– Как раз вовремя. Господи, порой она такая назойливая!
Бросаю на него угрюмый взгляд, торопливо возвращаю трусы на их законное место и встаю со всем достоинством, которое только возможно после того, как тебя только что оттрахали. Быстро привожу в порядок волосы – насколько это возможно после того, как тебя только что оттрахали.
– Миа, мы наверху! – кричит Кристиан, поворачивается ко мне и тихо произносит: – Ну что же, мисс Стил, я чувствую себя гораздо лучше, но все равно хочу вас отшлепать.
– Думаю, я этого не заслужила, мистер Грей, особенно после того, как подверглась неспровоцированному нападению.
– Неспровоцированному? Ты меня поцеловала!
Кристиан изо всех сил старается принять оскорбленный вид. Я поджимаю губы.
– Исключительно с целью защитить себя.
– От кого?
– От тебя и твоей чешущейся ладони.
Он склоняет голову набок и улыбается. Слышно, как Миа, стуча каблуками, поднимается по лестнице.
– Но ты же вытерпела? – тихо спрашивает Кристиан.
Я краснею.
– С трудом, – шепчу я, но не могу скрыть самодовольной усмешки.
– А, вот вы где! – Миа широко улыбается.
– Я показывал Анастейше окрестности.
Кристиан подает мне руку, серые глаза смотрят серьезно. Я беру его руку, и он слегка сжимает мою ладонь.
– Кейт и Элиот уже уходят. Как вам эти двое? Оторваться друг от друга не могут. – Миа вздыхает с притворным осуждением и смотрит на нас с Кристианом. – А вы тут чем занимались?
Вот нахалка! Я заливаюсь густой краской.
– Я показывал Анастейше свои награды в гребле, – не моргнув глазом, отвечает Кристиан. Его лицо непроницаемо. – Пойдем, попрощаемся с Кейт и Элиотом.
Какие еще награды в гребле? Кристиан осторожно притягивает меня к себе и, когда Миа поворачивается к лестнице, шлепает по заду. Я ахаю от неожиданности.
– Я повторю это, Анастейша, и очень скоро, – тихо угрожает он в мое ухо, потом обнимает меня сзади и целует мои волосы.
Мы возвращаемся в дом, когда Кейт и Элиот прощаются с Грейс и мистером Греем. Кейт крепко меня обнимает.
– Нам нужно поговорить о Кристиане. Зачем ты его подначиваешь? – шиплю я в ее ухо.
– Чтобы ты увидела, что он собой представляет. Осторожнее, Ана, он так любит командовать! – шепчет она. – Увидимся позже.
«Я ЗНАЮ, ЧТО ОН СОБОЙ ПРЕДСТАВЛЯЕТ, А ТЫ – НЕТ!» – мысленно кричу я.
Понимаю, что поступки Кейт продиктованы добрыми побуждениями, но порой она переходит всякие границы, вот как сегодня – она практически уже в другом штате. Хмуро смотрю на нее, она показывает мне язык, и я невольно улыбаюсь. Игривая Кейт – это чтото новенькое, должно быть, влияние Элиота. Мы машем им на прощание, и Кристиан поворачивается ко мне.
– Нам тоже пора, у тебя завтра собеседования.
Прощаемся, и Миа дружески меня обнимает.
– Мы думали, он никогда никого не найдет! – вырывается у нее.
Я краснею, а Кристиан вновь закатывает глаза. Поджимаю губы. Почему это ему можно, а мне нет? Хочу тоже округлить глаза, но не осмеливаюсь, вспомнив его угрозу в эллинге.
– Ана, милая, береги себя, – ласково говорит Грейс.
Кристиан, смущенный или раздосадованный заботливым вниманием, которое оказывают мне оставшиеся члены его семейства, хватает меня за руку и притягивает к себе.
– Вы ее напугаете или избалуете своими нежностями, – ворчит он.
– Кристиан, перестань дурачиться, – снисходительно выговаривает ему Грейс, ее глаза светятся любовью к сыну.

Я почемуто уверена, что он не дурачится. Исподтишка наблюдаю за ними. Очевидно, что Грейс его обожает, любит безусловной любовью матери. Кристиан наклоняется и сдержанно ее целует.
– Мама, – говорит он, его голос скрывает какоето чувство, может, благоговение?
Когда прощание закончено, Кристиан ведет меня к машине, где ждет Тейлор. Неужели он прождал все это время? Тейлор открывает мне дверь, и я проскальзываю на заднее сиденье «Ауди».
Чувствую, как напряжение понемногу отступает. Ох, ну и денек! Я вымотана физически и морально. После короткого разговора с Тейлором Кристиан садится рядом со мной и поворачивается ко мне.
– Похоже, моей семье ты тоже понравилась, – бормочет он.
«Тоже?» В моем мозгу вновь возникает удручающая мысль о том, как меня пригласили. Тейлор заводит мотор и выезжает из круга света на подъездной дорожке в темноту шоссе. Пристально смотрю на Кристиана, он глядит на меня.
– В чем дело? – тихо спрашивает он.
Я сразу теряюсь. Нет, нужно ему сказать. Он вечно жалуется, что я с ним не разговариваю.
– Думаю, тебе ничего не оставалось, как пригласить меня к твоим родителям, – тихо и нерешительно говорю я. – Если бы Элиот не позвал Кейт, ты бы не позвал меня.
В темноте не видно его лица, но он изумленно наклоняет голову.
– Анастейша, я рад, что ты познакомилась с моими родителями! Откуда в тебе столько неуверенности? Меня это поражает. Ты – сильная, самодостаточная молодая женщина, но, похоже, не в ладу с собой. Если бы я не захотел, чтобы ты с ними встретилась, тебя бы здесь не было. Так, значит, все это время ты сомневалась?
Вот это да! Кристиан хотел, чтобы я поехала с ним! Судя по всему, он говорит искренне и ничего не скрывает. Кажется, он действительно рад, что я здесь… Я чувствую, как по венам разливается приятное тепло.
Кристиан качает головой и берет мою руку. Я нервно смотрю на Тейлора.
– Забудь про Тейлора. Поговори со мной.
Я пожимаю плечами.
– Да, сомневалась. И еще – я сказала про Джорджию потому, что Кейт говорила о Барбадосе. На самом деле я еще не решила.
– Так ты хочешь повидаться с мамой?
– Да.
Кристиан странно смотрит на меня и молчит, как будто борется с самим собой.
– Можно мне поехать с тобой? – спрашивает он наконец.
Что?!
– Эээ… Не думаю, что это хорошая идея.
– Почему?
– Я надеялась, что отдохну от… этой настойчивости, и спокойно обо всем подумаю.
Он ошеломленно смотрит на меня.
– Потвоему, я слишком настойчив?
Я не могу удержаться от смеха.
– Это еще мягко сказано!
В свете проносящихся мимо фонарей вижу, что у Кристиана кривятся губы.
– Вы смеетесь надо мной, мисс Стил?
– Я бы не посмела, мистер Грей, – отвечаю я с притворной серьезностью.
– А мне кажется, что посмели. Вы смеетесь надо мной, причем часто.
– Вы довольно забавный.
– Забавный?
– О да.
– Забавный в смысле смешной или в смысле с приветом?
– О… и то и другое, причем чегото намного больше.
– Чего именно?
– Догадайся сам.
– Боюсь, в отношении тебя ни одна догадка не будет верной, Анастейша, – язвительно замечает Кристиан, а потом тихо добавляет: – О чем ты хочешь подумать в Джорджии?
– О нас, – шепчу я.
Он бесстрастно смотрит на меня, потом говорит:
– Ты сказала, что попробуешь.
– Я знаю.
– Ты передумала?
– Возможно.
Кристиан ерзает, словно ему неудобно сидеть.
– Почему?
Вот дерьмо. Как случилось, что этот разговор вдруг стал таким серьезным и важным? Совершенно неожиданно, как экзамен, к которому я не готова. Что ему сказать? Кажется, я тебя люблю, а ты видишь во мне только игрушку? Потому, что не могу к тебе прикасаться и боюсь проявлять чувства – ты или закроешься, или отругаешь меня, или еще хуже – ударишь? Что сказать?
Отворачиваюсь к окну. Машина переезжает через мост. Мы с Кристианом погружены во тьму, которая скрывает наши мысли и чувства, хотя для этого нам не нужна ночь.
– Почему, Анастейша? – настаивает Кристиан.
Я пожимаю плечами. Своим вопросом он загнал меня в угол. Не хочу его терять, несмотря на все его требования, потребность все контролировать, пугающие наклонности. Я никогда не чувствовала себя такой живой, как сейчас. Мне нравится сидеть рядом с ним. Он такой непредсказуемый, сексуальный, умный и забавный. Вот только его причуды… да, и он хочет причинять мне боль. Он говорит, что учтет мои возражения, но я все равно боюсь. Что сказать? В глубине души я просто хочу большего, больше привязанности, больше веселого и игривого Кристиана… больше любви.
Он сжимает мою ладонь.
– Говори со мной, Анастейша. Я не хочу тебя потерять. Эта неделя… – Он замолкает.
Мы подъезжаем к концу моста, дорогу вновь заливает неоновый свет уличных фонарей, и лицо Кристиана то освещается, то исчезает во тьме. Подходящая к случаю метафора. Этот человек, которого я когдато считала романтическим героем, одновременно и храбрый белый рыцарь в сияющих доспехах, и, по его собственным словам, темный рыцарь. Кристиан – не герой, а человек с серьезными эмоциональными расстройствами, который тащит меня во тьму. Смогу ли я вывести его к свету?
– Я попрежнему хочу большего, – шепчу я.
– Знаю. Я попытаюсь.
Моргая, смотрю на него, он отпускает мою ладонь и осторожно тянет меня за подбородок, освобождая закушенную губу.
– Я попытаюсь, Анастейша, для тебя.
Он говорит так искренне, что я не выдерживаю. Расстегиваю ремень безопасности и забираюсь на колени к Кристиану, застав его врасплох. Обнимаю его за голову, крепко целую, и через какуюто долю секунды он отвечает на мой поцелуй.
– Останься со мной сегодня, – выдыхает он. – Если ты уедешь, мы целую неделю не увидимся. Пожалуйста.
– Хорошо, – уступаю я. – И я тоже попытаюсь. Я подпишу твой контракт.
Это спонтанное решение. Кристиан смотрит на меня.
– Подпишешь после Джорджии. Хорошенько все обдумай, детка.
– Обязательно.
Милю или две мы сидим молча.
– Тебе надо бы пристегнуться, – неодобрительно шепчет Кристиан в мои волосы, но не пытается снять меня со своих колен.
Я с закрытыми глазами прижимаюсь к нему, кладу голову ему на плечо и утыкаюсь носом в шею. Вдыхаю сексуальный аромат его тела, смешанный с пряным мускусным запахом геля для душа, и даю волю фантазии, представив, что Кристиан меня любит. Почти осязаемое ощущение и настолько реальное, что какаято часть моего злобного подсознания ведет себя в несвойственной ему манере и робко надеется. Даже не пытаюсь прикоснуться к груди Кристиана, зато уютно сворачиваюсь в его объятиях.
Вскоре меня вырывают из моих грез.
– Мы дома, – шепчет Кристиан.
Какая волнующая фраза, в ней таится столько возможностей!
Дома, с Кристианом. Правда, у него не дом, а картинная галерея.
Тейлор открывает дверь машины, и я застенчиво благодарю, понимая, что он слышал весь наш разговор, но он лишь невозмутимо улыбается. Выйдя из машины, Кристиан окидывает меня недовольным взглядом.
О нет… а сейчасто я что сделала?
– Почему ты без жакета? – сердито спрашивает он, снимает пиджак и накидывает мне на плечи.