Последняя (СИ)

Стиснув кулаки, я направилась в центр площади, попутно разглядывая других невест. Была бы настоящим барсом, от вида некоторых вздыбился бы загривок, но чего нет, того нет, тем более, княжне пристало вести себя достойно – держать лицо и неторопливо идти, краем глаза скользя аж по трем сотням соперниц за лучшую жизнь.
Все равно, не сумев скрыть любопытства, во все глаза разглядывала красивых тонкокостных девиц с белоснежными крыльями и густыми светлыми волосами – ирлингов с Идара. Рядом с ними ругались между собой, вспыхивая от злости, четыре рыжие красотки, тоже крылатые. Да уж, вспыльчивость фениксов известна всем мирам, причем, как в прямом, так и переносном смысле. Впрочем, как и злобный, мстительный характер третьих крыланов – горгулий с кожистыми крыльями, черными, как их нрав.
  
Дальше отметила жителей Элевеи: зеленоволосых дриад; прекрасных альв; страшненьких серокожих болотниц с рожками, словно им в волосы пару коряг засунули, и вообще, от них ощутимо несло тиной. Друиды из этого же мира, едва заметно шевелили пальцами, похоже, примерялись к магическим потокам Ранивира, заодно и подпитывались от них. Ведь и сама ощущала, насколько здешний воздух пропитан энергией, казалось, она наполняла мою кровь радостными пузырьками, отчего хотелось улыбаться и дышать полной грудью.
Особое внимание привлекла яркая группа девушек в мужских костюмах, с частично покрытыми синей чешуей лицами, непривычно большими, серыми круглыми глазами; впрочем, у них и уши необычные, словно в трубочку свернутые и задранные воронкой вверх. Ага, василиски… Я невольно сменила направление, чтобы обойти их по широкой дуге. Страшно же.
Высокие, статные красавицы-драконицы, глядя на меня, морщились и отворачивались, явно не считая достойной соперницей. Мимо их группы я прошла без проблем – стремилась на другую сторону площади, уж больно хотелось взглянуть на море и пирс.
Обошла заносчивых дракониц и оказалась в шумной, галдящей толпе денеек из Рашхарана. В незапамятные времена Рашхаран населяло несколько видов демонов, но после Звездной бури и Темных времен в том мире остались только денеи, как это не удивительно, самые слабые и мелкие демоны. Да только по сравнению со мной эти хвостатые и рогатые девушки разных расцветок, в самой откровенной одежде, какую можно представить приличной шаграйке, были все равно крупнее и выше.
Окружающие бросали на меня взгляды, цинично оценивая как соперницу. Большинство претенденток сразу теряло ко мне интерес. Слишком щуплая, похожая на подростка, разве способна такая привлечь сильного дракона? Тем более изначального? Я и сама осознавала, что нет. Однако надеялась на другое: научиться у изначальных чему-то новому, хотя бы развить свою капельку магии, возможно – до двух капелек. А может, чудеса же случаются, встретить того, кто полюбит ущербную оборотницу со спящим зверем…
На противоположной стороне площади я восхищенно осмотрелась. Море, какое же оно безбрежное и прекрасное, не передать словами! Его скрытая штилем несокрушимая мощь вызывала трепет. У горизонта зеленоватая гладь плавно сливалась с бирюзовым небом, и я неожиданно заметила темные точки, приближающиеся к нам.
Тем временем в толпе невест набирал обороты скандал. С сожалением оторвавшись от морских просторов, я обратила короткий раздраженный взгляд на спорщиц – девушек сразу трех рас. Бросая слова, словно камни в воду, скалила тонкие клыки-иглы болотница с Элевеи, ее темно-зеленые волосы шевелились, как водоросли в воде, будто тоже ругались вместе с хозяйкой. Полуодетая красотка денейка выкрикивала оскорбления, взбешенно колотя красным, как ее волосы, хвостом по голым голеням, задирая пятой конечностью подол широкой короткой юбки и сжимая когтистые пальцы в кулаки. Злобно шипела брюнетка нага с Шакара, то свивая свой длинный чешуйчатый хвост в плотные кольца, то поднимаясь на нем, чтобы грозно нависнуть над соперницами. Фу-фу-фу, и это дочери великих домов?.. Точно не базарные торговки?
Однако не красивший их спор-ругань был мне не настолько интересен, как приближавшиеся точки, которые увеличились настолько, чтобы можно было разглядеть ящеров.
– Драконы!.. – с восхищением, едва слышно выдохнула я.
Даки, сопровождавшие меня сюда, ни на Шаграе, ни по возвращении на Ранивир не оборачивались. Вторую ипостась драконов я видела лишь на картинках в учебниках, да на иллюстрации в «Легендах о Темных временах». И вот сейчас, в отличие от своих сородичей, увижу изначальных в живую. Тех, кто защищает мой мир от Хаоса, дает тепло и свет, саму жизнь…
К острову приближались сразу девять драконов, громадных, покрытых чешуей, с острыми гребнями на спинах. Жуткие и великолепные чудовища размеренно махали мощными широкими крыльями, поджав к брюху четыре мускулистые и когтистые лапы. Как же они прекрасны, сильны и опасны, эти стражи Колыбели Жизни! Только такие и могут хранить мир.
Они летели группами по трое. Тройка в центре – наиболее яркая: багровый, как кровь, черный, как самая безлунная ночь в году, и третий, похожий на лунный камень, его чешуя переливалась от белого, до голубовато-серебристого.
Вторая тройка: рыжий, как солнышко Шаграя, гигант, наверное, самый большой, молочного окраса дракон с чуть более вытянутой, чем у сородичей, зубастой мордой и темно-синий красавец.
Третья тройка: белоснежный дракон, чернильно-черный и алый, словно пламя.
По площади понеслось:
– Драконы…
Одновременно дурацкая склока, видимо, достигнув пика, дошла до рыка, сменилась испуганным визгом, а затем выплеснулась воплем страха:
– Ой!..
От удара в плечо я беспомощно полетела в сторону, затем меня будто в огонь окунули, вырвав крик боли. Хвала Великому Ранивиру, чудовищная боль продлилась мгновения, не больше, мое сознание просто отключилось…
Будто из густого, вязкого тумана послышались мужские голоса:
– …Шей, лови ее душу, уйдет же за грань…
– …Сейлиш, это ты, светлый, будешь меня учить азам некромантии? – возразил странно завораживающий, вкрадчивый голос.
Меня затрясло от лютого холода.
– Меньше болтовни, отбор еще не начался, а жертвы уже есть… – третий голос, грудной, с едва слышимой, словно простуженной хрипотцой, настолько холодный, будто потрескивал от мороза лед.
– Ерунда, смотри, какая живучая, цепляется за жизнь как клещ… Аш, согрей ее, а то, похоже, до костей за гранью промерзла… Только не спали девчонку окончательно, а то моя тьма шепчет, что ты давно по грани ходишь, горишь желанием ее зачистить…
– Давно пора бы мне спустить пар, да все случая не было… – прозвучал очень мужественный бас с раскатистым «р», пробравший меня до основания.
Следом за ним я снова окунулась в огонь, который, распирая меня изнутри, грозил сжечь каждую клеточку. Я выгнулась дугой, не в силах закричать.
– Аш, остановись, ты наполнил ее до краев, с ума сошел, она же сгорит…
Огонь сменился лютым холодом, отчего захотелось свернуться в клубочек.
– Хаос подери… прости, Шей, увлекся…
– Смотрю, вы оба – знатные живодеры! Один чуть не спалил огнем, второй светом чуть не заморозил. Сей, легче, все, она цела и невредима… отпускай! – рыкнул вкрадчивый на холодного и рыкающего, а я наконец расслабилась, ведь боль ушла, оставляя за собой опустошение и состояние варенья, пролившегося из бочонка густой липкой массой.
– Весело отбор начинается! Страшно представить, что будет дальше, – усмехнулся рыкающий.
Открыв глаза, я увидела склонившегося ко мне мужчину с пронзительными глазами грозового, темно-серого цвета. Его белоснежные, короткие, немного взъерошенные волосы контрастировали со смуглой кожей и открывали чуть заостренные уши и овальное лицо с идеальными чертами: прямым носом, высокими скулами, красивыми губами, слегка квадратным, мужественным подбородком. Светлые дуги бровей озабоченно сошлись к переносице и заложили хмурую морщинку.
  
Над его лохматой, искрящейся белизной макушкой словно солнечный диск завис, окружая ореолом света. И я, завороженная нереальной красотой мужчины, потрясенно выдохнула: