Его Сиятельство Бессмертный (СИ)

Проигрыш предполагает полное кабальное служение, которое не предусматривает возможность увольнения или завершения срока контракта.
Илья согласился на такие условия. И проиграл более старшему и опытному противнику.
— Сволочь Завойский, — под конец своего увлекательного рассказа прорычал Иван Бессмертный и до белых пальцев вцепился в руль «Каблучка». — Он относился к моей дочери как к красивой вещи, считая, что её можно купить, посулив деньги! А в итоге… в итоге он сделал вещь из моего сына! Мерзавец!
  
Иван Бессмертный скрипнул зубами и вдавил так называемую педаль газа. Машина с рёвом рванула вперёд на светофоре, но её тут же обогнали другие автомобили.
— Ну ничего… ничего… — приговаривал себе под нос Иван. — Мы со всем разберёмся. Я договорюсь, и мы выкупим свободу Илюши. Всё будет нормально… С тобой, я уверен, смогу справиться со всеми обязательствами!
Он яростно смотрел перед собой и до скрипа сжимал зубы.
Я обречённо покачал головой.
— Твой сын — идиот, — изрёк я.
— Что? — изумлённо выпалил Иван, повернувшись в мою сторону.
— Идиот, раз так глупо потерял свою свободную жизнь, — продолжил я и, когда Иван гневно раскрыл рот, чтобы возразить мне, я выдал: — Но идиот очень гордый, добрый и честный. Готовый рискнуть всем ради чести рода. Такой идиотизм даже романтичен. Подходит роду Бессмертных. — Я рассмеялся.
Интересно, а что у меня была за Великая Цель, ради которой я шёл до конца по пути эволюции заклинателя смерти?
Вот бы поскорее вспомнить.
— Тебе весело? — хмуро спросил Иван.
— Весело. Твой сын очень похож на тебя. В общем. Но сильно отличается в частностях. Скажи мне честно, Иван. — Мой голос стал холоден. — Ты в самом деле так по-идиотски миролюбив?
— Что ты хочешь этим сказать? — Он нахмурился ещё сильнее. — Говори прямо, Костя.
— Как врач ты должен понимать, что не всё можно вылечить. Иногда приходится отрезать, а не лечить. Тоже самое с людьми, Иван. Вот и скажи, ты готов платить деньги за свободу сына после всех выслушанных оскорблений, потому что… что? Потому что ты трусливый миролюбивый идиот? Или же…
— Мне не нравится твой тон, Константин, — скрипнул зубами граф Бессмертный.
— А мне не нравится твой подход к делу, — в тон ему парировал я. — Ну же, брат мой, ответь на мой простой вопрос?
— Гр-р-р! — аж зарычал граф Бессмертный. — Ты, Костя, даже после перерождения умудряешься выводить меня из себя! Конечно, я хочу наказать обидчиков, а не платить им! Конечно, я хочу показать всем, что мой род силён, и с нами нужно считаться! Что бы ты ни думал, Костя, у меня есть гордость! Не только врачебная, но и гордость мужчины и воителя! Мой предок получил фамилию и титул, потому что в одиночку защищал князя от полчища монстров до прихода подкрепления! Он был великим воином, единственным выжившим из огромной дружины, который бился несмотря на бесчисленные раны. За это его и прозвали «Бессмертным». Понимаешь?
— Понимаю, — кивнул я, одобрительно улыбаясь под своей маской.
— Да ничего ты не понимаешь, Костя! — в сердцах крикнул Иван. — Не только представления о морали и осознание ценности человеческой жизни сдерживают меня. Я прекрасно знаю, что есть люди, которым лучше бы не переводить воздух и не занимать ограниченное место за стенами крепости, Костя. Но я целитель. И, что важнее — я глава рода. Законы, отсутствие денег и дружины ограничивают меня в выборах средств достижения цели. Жизнь членов моего рода, Костя, для меня важнее собственной гордости. Именно поэтому я лично сижу за рулём этого старого непрезентабельного драндулета и еду договариваться с какими-то зазнавшимися баронишками. Мне плевать, что они про меня скажут. Но я не позволю им сгубить мою семью.
Иван замолчал. А я не сдержался и громко засмеялся:
— Браво! Отлично сказано! Было много лишних слов, но главное я услышал. Я уж начал бояться, что ты чересчур добренький, Ваня, и будешь подставлять щёки под удары, пока тебе не выбьют все зубы. Но раз ты тоже хочешь бить в ответ, так уж и быть, я стану твоим мечом. Ты хоть и говоришь, что веришь в меня, но, похоже, всё ещё сомневаешься. А зря.
— Я… верю тебе, — выпятил он грудь вперёд, ударившись об руль. — Клянусь.
— Ну раз веришь, доверь проведение переговоров с Завойскими мне и не встревай.
Я припечатал его тяжёлым взглядом. Иван выдержал его и проговорил:
— Костя… я — глава рода. И ответственность лежит на мне.
— Дай мне полный карт-бланш, братишка. Будь уверен, ты прочувствуешь свою ответственность и значимость по максимуму.
Он прищурился, а затем кивнул.
— Хорошо, — тихо, но решительно произнёс Иван. — Покажи мне, как может вести дела граф Константин Бессмертный.
Я снова засмеялся.
Проклятье! Как давно я так много смеялся за один день, а⁈ Эти людские дрязги и переделки заставляют меня чувствовать себя по-настоящему живым. И, что забавно, моё тело умертвия охотно откликается на мои эмоции и поддерживает их.
— Разбуди меня, когда будем подъезжать, — велел я и, прикрыв глаза, погрузился в экстренную медитацию.
* * *
— Костя, слышишь меня? Впереди ворота имения Завойских, — услышал я голос брата.
Я приоткрыл левый глаз. Красивые ворота, кованые, ажурные.
— Поддай газу, — лениво велел я.
— Что? — опешил брат.
— Делай, что говорю, и не спорь. Мы договаривались.
— Но… но… — начал было он, однако замолчал. Машина загудела и начала ускоряться.
На лице Ивана Бессмертного появилась безумная улыбка.
Ворота были всё ближе и ближе. Из будки КПП рядом с ними выбежали изумлённые охранники.
Я высунул руку в открытое окно и спустил с пальцев заранее подготовленное заклинание.
Огромный светящийся шар, появившийся над моей ладонью, мгновенно поднялся в небо и запульсировал. А через миг лопнул, залив всю округу ослепительно ярким светом.
— Глаза защищай, — велел я брату.
— Раньше нужно было предупреждать! — выкрикнул он, жмурясь и направляя целебную силу себе в глаза.
Порождённые моим заклинанием огненно-световые мечи врезались в петли ворот. Раздался грохот, когда ажурные створки рухнули на брусчатку.
Я создал над ними каменный помост, чтобы не повредить колёса, и едва машина, громыхая и похрюкивая, пронеслась по помосту, я развеял его, не оставляя улик.
— Что это⁈ — кричали ослеплённые охранники.
— Нападение?
— Террористы⁈
— Млять, их колымага, должно быть, заминирована!
Что ещё кричали эти умники, я не слышал — мы, вырулив за угол, уже неслись по дороге прямо к главному входу в особняк Завойских.
Мы остановились точнёхонько перед огромной лестницей. Со всех сторон к нам бежали вооружённые охранники.
— Сука, дверь заклинило, — выругался я, пытаясь открыть дверку «Каблучка». Покрыв кулак каменной перчаткой, я врезал по двери, выбив часть металла вместе с замком. — Оп, открыто.
Я вышел из машины. Десяток дружинников вокруг нас концентрировали энергию, чтобы атаковать в любой момент.
— Ребятушки, успокойтесь, — проговорил я, оглядывая их и раскручивая своё ядро. — Мы всего лишь купцы из тёплых стран. Видите повозку? — кивнул я на «Каблучок». — Фруктов вам целый кузов привезли. Яблоки там. Помидоры…
— Костя… — обречённо выдохнул Иван. — Помидоры — это не фрукт, а ягода.
— Ясно… — протянул я.
И, не дожидаясь реакции напряжённых охранников, выпустил ослепляющий шар. Бойцы тут же атаковали нас с Иваном. Однако я успел перемахнуть через машину и оказаться рядом с братом. Он держал защиту на высоком уровне, как и я. Но я решил, что не стоит принимать на себя удары, заблокировав летящий в нас огненный шар и ледяное копьё каменным щитом.
Схватив брата, я рванул вперёд, одним махом перескочив через все ступеньки крыльца. Вояки до сих пор пытались справиться с ослеплением. Но быстро у них это не выйдет. Я смешал не только «свет» и «огонь». В это заклинание я смог вплести ещё и крупицы «тьмы» и «смерти».