Миша (ЛП)

Самый большой волк направился к ней. Щенок встал перед ней, и она снова заключила его в объятия. Он пытался убежать от нее, но она ни за что не позволит им причинить вред ма-ленькому парню.
– Отойдите. Если вы попытаетесь причинить ему вред, я найду пистолет и застрелю вас всех. Отойдите, – большой волк подошел достаточно близко, чтобы она могла дотронуться до него, и она ударила его по носу. – Я сказала, чтобы вы убирались к черту. Я не собираюсь по-вторять.
  
Волк чихнул, но не отступил. Остальные стояли у него за спиной, и Хан поняла, что она по уши в дерьме. Эти парни выглядели больше любого волка, которого она когда-либо видела. Она просто знала, что будет десертом после большого человека, которого они убили.
– Мисс Ханна? – Она посмотрела на Джексона, который ворвался в лес, где они были. Когда она крикнула ему остановиться, она посмотрела на большого волка.
– Вы тоже не причините ему вреда. Он не имеет никакого отношения к тому, что здесь происходит. Вы должны кому-то навредить, вы... вы можете навредить мне. Но оставь его в покое, – волк посмотрел на Джексона, потом снова на нее, лежа на животе. Щенок,наконец, вырвался и подошел к большому волку. Он кувыркался на нем, и она поняла, что они знают друг друга. – Он ранен и нуждается в помощи. Просто позвольте мне перевязать его, прежде чем вы заберете его. Он может заразиться.
– Мисс Ханна, это мистер Джеймс Луна. Он альфа стаи, который иногда проходит сюда, – она посмотрела на Джексона, потом снова на волка. – Этот щенок – его сын. Они оборотни, как я и Лэннинги.
– Малыш ранен, – Джексон двинулся к ней, и большой волк встал и подошел к ней. Он низко зарычал на Джексона, заставляя его остановиться. – Что он делает?
– Защищает тебя от меня, – она посмотрела на большого волка, который был так близко, что она могла видеть его зеленые глаза. Положив руку ему на шею, она почувствовала, как под ее пальцами дрожат его мышцы. 
– Он мой друг, мистер Луна, – он повернулся и посмотрел на нее, и она увидела человека, который держал волка. Когда он сел на ее обутую ногу, она посмотрела на Джексона. – Пола-гаю, он не сдвинется.
– Миша уже едет. Они это знают. Они не оставят тебя до тех пор. Они могут учуять его на тебе, – Хан покраснела, понимая, что это значит, но ничего не сказала, когда Джексон сел. – Теперь я его слышу. Не думаю, что он будет счастлив, когда приедет сюда. Его братья тоже с ним.
Это было преуменьшение. Как только он бросился на нее через лес, она поняла истинное значение слова «огромный и злой». Миша двинулся к ней, и она поняла, просто поняла, что он собирается разорвать ей горло. Но как только он оказался достаточно близко, чтобы дотронуть-ся до нее, большой волк отодвинулся, но не далеко, и Миша потерся своим телом о ее. Она ни-когда не видела более прекрасного зрелища, чем он в облике леопарда.
***
Миша не мог оторваться от нее. Он знал, что раздражает ее, но она была почти ранена и отнята у него, и он боялся больше, чем чего-либо в своей жизни. И теперь, когда все закончи-лось, и она была в доме, все, чего он хотел, это снова пометить ее. Но компания требовала, что-бы он подождал. 
– Ты должен знать, что он ее укусил, – Миша кивнул Джеймсу. Он тоже видел метку. – Мне очень жаль. Джимми, однако, считает, что это самое лучшее в мире, что у него есть связь с парой большого леопарда.
– Она могла причинить ему боль, – Джеймс кивнул и посмотрел на Хан, которая разгова-ривала с другими детьми из стаи. Они подошли, как только перекинулись, чтобы поблагодарить маленького человека. 
– Я никогда не видел женщину, тем более человека, так отчаянно желающую защитить кого-то, кого она не знала. Клянусь тебе, Миша, я был уверен, что она встанет и разорвет мне горло, когда я пытался проверить, все ли в порядке с моим сыном. Хотел бы я иметь еще дюжи-ну таких же, как она, чтобы привить их в мою стаю.
Миша тихо зарычал, и Джеймс рассмеялся. 
– Держись подальше от моей женщины. И для протокола, я никогда... это было самое страшное, что я когда-либо чувствовал в своей жизни, когда чувствовал ее страх. И, честно го-воря, это было больше за щенка, чем за нее саму.
Джеймс кивнул и взял предложенное Джексоном пиво. Но, потянувшись за одним из них, он отодвинулся от Миши. Недоумевая, что происходит, он посмотрел на Филиппа, когда тот сел рядом с ним с бутылкой воды и протянул ее ему. 
– Ты знаешь, что Хан ненавидит пиво? Не выносит запах, не то что вкус, – он кивнул на воду. – Пей, старший брат. Я только что спас твою задницу.
Он удивился, как Филипп узнал, но понял, что было много такого, чего он не знал о своей паре. Миша посмотрел на Джеймса. У его самки скоро будет второй ребенок, и он смотрел на нее с такой любовью, что Миша смутился.
– Это придет к тебе, – он спросил Джеймса, что тот имеет в виду, и повернулся к нему. – Любовь. Я вижу, что ты влюблен в нее, но все, что я вижу от нее – это... непонимание. Она не уверена в вас двоих, не так ли?
– Нет, – Миша смотрел, как она играет с детьми, и улыбалась, когда кто-нибудь из них ее смешил. – До сих пор я не был ей хорошей парой. Я даже не знаю, что мне нужно сделать, что-бы сделать ее счастливой. И я понимаю, что действительно хочу этого.
– Как я уже сказал, это придет к тебе, – он встал и посмотрел на него. – Мне нужно сде-лать подарок твоей паре. Она дала мне величайший подарок, который кто-либо мог дать чело-веку или оборотню.
– Я уверен, что она так не считает, – Джеймс посмотрел на нее, потом снова на него. – Я даю тебе разрешение, если ты этого ждешь, но тебе оно не нужно. Если она примет все, что ты ей дашь, то и я тоже.
– Это, мой дорогой сэр, хорошее начало, – он подошел к своей паре и помог ей встать. Миша тоже встал и смотрел, как они приближаются. Маленький Джимми стоял прямо перед отцом. Миша посмотрел на братьев и мать, которые тоже наблюдали за парой.
– Ханна Оливер Лэннинг, – Ханна посмотрела на Мишу, и он кивнул ей. – Я вожак стаи Луна, стаи из шестисот с лишним волков. Вы в одном самоотверженном действии унижали меня и чтили меня так, как никто.
– Я ничего не сделала, только помогла маленькому парню, – она испуганно посмотрела на Мишу, и он подошел к ней сзади. – Любой сделал бы то же самое.
– Возможно, но вы сделали это для меня. Даже ценой окровавленного носа, – он прило-жил руку к носу и рассмеялся. – Если когда-нибудь захотите побороться со мной, только не бейте меня по носу. Думаю, это моя лучшая черта.
Пара Джеймса мягко похлопала его по руке и прижала к себе Ханну. 
– Вы вернули нам нашего сына. Он бы умер, если бы у вас не хватило смелости спасти его. А потом напасть на этого человека, когда он был одержим... – она повернулась лицом в грудь Джеймса и зарыдала, прежде чем продолжила. – Он был бы трофеем на стене, если бы вы не сражались так храбро, чтобы защитить его для нас.
Джимми посмотрел на Мишу, который кивнул и увидел, как мальчик бросился на Ханну. Он держал ее так крепко, что никто в комнате не мог не видеть, как он счастлив. Джимми спустился и встал рядом, когда отец поднял ее руку и посмотрел на отметину, которая все еще была там.
– Я хочу добавить свою метку к метке моего сына. Так что, всякий раз, когда вы будете нуждаться во мне или моей стае, вам стоит только подумать обо мне, и мы бросим все и придем к вам, – Миша положил руки Ханне на плечи, когда она начала пятиться. – Я никогда не причиню вам вреда, и пока я жив, с вами ничего не случится.
– Вы хотите укусить меня? – Она говорила так спокойно, что Миша гордился ею. Он один мог чувствовать смятение, которое танцевало в ее напряженном теле. – И мы, вы и я, сможем разговаривать, как мистер Лэннинг...
  
– Да. Не на одном уровне с вами двумя, но близко. Вы сможете поговорить и с моей парой Руби, – Джеймс положил руку на ее раздутый живот. – И с нашим еще не родившимся ребенком.
– Я не хочу раздувать из мухи слона, – Джеймс кивнул и взял ее за руку. – Я тоже не... бу-дет больно?