Миша (ЛП)

– Нет, – Джеймс поднес ее руку ко рту и лизнул запястье. – Вы ничего не почувствуете. Обещаю.
Все произошло быстро. Его зубы глубоко погрузились в ее кожу, и он отстранился почти сразу же, как сделал это. В течение нескольких секунд, казалось меньше, у Хан был шрам на руке, который выглядел, как на плече, который дал ей Миша. И тот, что она дала ему на шее. Через несколько минут волчья стая ушла, а его семья сидела вокруг, уставившись на нее.
  
– Я не урод, – Картер рассмеялся, а потом и все остальные присоединились, когда она со-рвалась. Его мама встала и обняла ее перед тем, как объявить, что им всем пора уходить. Каж-дый из братьев обнял ее, и Райдер поцеловал в щеку, а когда подошла его очередь, отступил назад.
– Добро пожаловать в семью, Хан. Я очень рад, что ты собираешься приручить моего бра-та, – Хан взглянула на Мишу, и он увидел ее замешательство. Ему действительно нужно пого-ворить о ней с семьей. Они не помогали ему.
Когда они ушли, Джексон сказал, что ужин будет готов через два часа. Он предложил Хан выйти с ним во двор и показать, где сломан забор. Они приближались к лесу, когда она повернулась к нему.
– Ты был там. Так почему он избавляется от нас? –Миша засмеялся и повел ее вглубь леса. – Я не понимаю, что только что произошло. Тот маленький мальчик был ранен, ты сделал бы то же самое.
– Я бы так и сделал. Но знал, что он маленький мальчик, а ты нет,–она ничего не сказала, переступая через поваленные бревна. Он хотел поднять ее и нести, но вместо этого смотрел, как она идет впереди него.
– Джеймс сказал, что его смущает, что я лишь отчасти человек. Я не знаю, что он имел в виду,–Миша начал было объяснять, но она опередила его.– Ты укусил меня той ночью, и я уку-сила тебя. Доктор сказал, что я поправляюсь быстрее. Теперь эта история с волком. Ты превра-щаешь меня в того, кто ты есть?
– Честно говоря, не знаю,–она остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на него. Он поймал себя на том, что пялится на ее задницу, и покраснел, когда она посмотрела на него. – Ты не можешь винить меня за то, что я смотрю. По-моему, у тебя самая красивая попка, которую я когда-либо видел.
– Тебе не следует думать о таких вещах. Сейчас день,–он посмотрел на небо, потом снова на нее, когда она снова начала двигаться. Он положил руку ей на плечо и повернул к себе. Она не могла верить в то, что сексом можно заниматься только ночью. Скорее всего, и в спальне тоже.
– Я хочу тебя прямо сейчас,–она покачала головой и отступила на шаг. Он догнал ее, ко-гда она начала идти. – Больше всего на свете мне хочется раздеть тебя и съесть твою киску, по-ка ты опираешься на дерево. Тогда я хотел бы склонить тебя над ним и взять сзади.
– Нет. Ты не можешь этого хотеть. Это не...я не хочу этого,–она солгала, и они оба это знали. Раздувая ноздри, чтобы уловить ее запах, он придвинул ее ближе к дереву. – Ты действительно собираешься это сделать? Сейчас?
– Да. Да, собираюсь,–он услышал, как у нее участилось сердцебиение, а дыхание стало тяжелым. – Ты тоже этого хочешь. Ты кончишь мне в рот, если я упаду на колени и буду сосать твой клитор, пока ты будешь кататься на моих пальцах. Я бы выпил тебя, проглотил так же бы-стро, как ты затопила мой рот.
– Не думаю, что это подходящее место,–он стянул с нее рубашку через голову и не сводил глаз с ее лица. Она тоже смотрела на него, когда ее пальцы обхватили его покрытый тканью член, и прижалась к нему. – Ты заставляешь меня хотеть того, чего я никогда не хотела раньше. Я этого не понимаю.
– Я тоже,–затем с нее слетел лифчик, и он приподнял ее груди, играя большими пальцами с ее сосками. – Можно я тебя съем, Ханна? Могу я попировать твоей киской, а потом трахнуть тебя?
– Я хочу этого, но... Да,–он опустился на колени, стягивая с нее брюки, и провел губами по ее обнаженному животу. – Пожалуйста. Я хочу...ты можешь поторопиться, пожалуйста?
Ее трусики промокли насквозь. Миша лизнул дорожку от правого бедра к левому, прежде чем раздеть ее. Глядя на нее снизу вверх, она вытянула руки и ухватилась за ветку над головой. Подняв ее ногу, он положил ее себе на плечо и зарылся лицом в ее жар.
Она истекала соками. Они побежали вниз по ее кремовым бедрам, и он слизывал столько, сколько мог, прежде чем засосать ее клитор в рот. Когда она закричала, ее освобождение дало ему так много от нее, что он знал, что его член проскользнет в нее без всякого труда. Миша раздвинул ее шире, и трахал языком.
Ханна кончила четыре раза, прежде чем начала умолять его отпустить ее. Миша встал и вытащил член. Когда она потянулась к нему, обхватила горячими руками, он застонал. Она со-биралась заставить его кончить, если она продолжит, и он сказал ей об этом.
– Я никогда раньше не пробовала мужчину,–его кошка зарычала под кожей, и она отпря-нула. – Я ему не нравлюсь, да?
– Наоборот, он любит тебя так же сильно, как и я. И он тоже хочет тебя,–она отступила назад, и кот зарычал на него. – Он хочет пометить тебя. Попробовать тебя, но он должен поме-тить тебя. Он чувствует запах волка на тебе.
– Как попробовать?
Он пошевелился. Миша знал, что он ее немного напугал, но она не убежала, чему он радовался и грустил. Когда его кот двинулся к ее бедру, он подумал, что просто укусит ее и покончит с этим, но он зарылся мордой в ее киску и укусил.
Ханна закричала, но не от боли, а от оргазма, который вырвался из нее. Когда она кончила во второй раз, кошка глубоко укусила ее в бедро, и она снова закричала. Когда она упала на землю, он не отпустил ее, даже когда Миша умолял его об этом. В какой-то момент он понял, что Ханна упала в обморок, а кот все еще держит ее в своих мощных челюстях.
Миша не мог заставить его отступить, не мог контролировать кошку, и как он ни старался, он не переставал кусать ее. Затем, так же внезапно, как укусил, он отпустил ее и себя. Миша подвинулся и взял ее на руки. Господи, она была холодна как лед. Таща ее к дому, он думал только о том, что убил ее. Потом, когда он уложил ее в постель, он с трудом сдержался, чтобы не запаниковать. Позвать маму было единственным, что пришло ему в голову, и она рассмеялась.
–Он изменил ее. Через десять часов она будет в порядке. А пока, на твоем месте, я бы придумала, что ей подарить. Ханна не будет счастлива ни с одним из вас.
Господи, она действительно разозлится.
  
Глава 11
 
Белла устала жить в доме, который нашла. Начнем с того, что здесь не было зеркал, а ее одежда становилась грязной от всей этой мерзости, которая плавала в воздухе. Она посмотрела на кровать, которую сделала для себя и задавалась вопросом, почему она чешется все время. Она была уверена, что там были блохи, и они причина чесотки.И она была голодна.
Последний раз она нормально ела три дня назад. И это было не так уж хорошо. Но муж-чина, с которым она трахалась в переулке, не сказал, что угостит ее ужином со стейком, а толь-ко покормит. Она съела холодный бургер с картошкой, когда он уезжал. Этот ублюдок даже не дал ей салфетку.
Белла должна найти кого-то, с кем можно трахаться. Не то чтобы она хотела секса, вовсе нет, но мужчины платят кучу денег, чтобы трахнуть такую, как она. Она знала это и пыталась найти способ извлечь из этого выгоду, когда заметила свою фотографию в одной из украденных газет. Вытащив ее, она попыталась прочесть, что там написано, и смогла разобрать только пять слов в статье, когда поняла, что ей нужна помощь.
Прихватив с собой газету, она спустилась на нижний этаж, где, как она знала, жили двое бездомных. Она изо всех сил старалась избегать их, но сегодня ей нужна была их помощь. Как только она вошла в то, что они называли своей собственностью, тот из них, что был повыше, встал.
  
– У тебя нет причин приходить сюда и разглагольствовать о своих правилах. Мы ничего твоего не трогали,–молодой человек хихикнул, и она сердито посмотрела на него. – Иди отсю-да. У тебя своя квартира.
– Мне нужна помощь, чтобы прочитать это,–она показала им газету со своей фотографи-ей. – Я где-то забыла очки и не вижу, что здесь обо мне говорится. Кто-нибудь из вас это ви-дит?