Порочная невинность

Хотя София с детства присутствовала в моей жизни, прежде я не замечал… ничего такого. Она – лучшая подруга моей младшей сестры, не больше. Я всегда думал о ней с братской нежностью, но, черт возьми, шелковая майка, облегающая соски… и ложбинка между грудей под кружевами…
В конце концов, я здоровый молодой мужчина. Любой, перед кем она предстала бы в таком виде, отреагировал бы так же. Нет, я определенно не испытывал братских чувств, когда мне в голову пришла мысль снять с нее эти шелковые шортики. Читая ей неприличный отрывок из книги, я только и думал о том, чтобы залезть пальцем под кружево шорт, сунуть палец в щелку и попробовать ее на вкус. Черт! Я обещан другой.
  
Не говоря уже о том, что София – милейшее, невиннейшее существо. Она, лучшая подруга Миры, для меня недоступна. Узнав, о чем я думаю, сестра меня убила бы. София происходит из уважаемой семьи и в свое время выйдет замуж за кого-нибудь из членов своего клана, родит ему детей и станет идеальной женой итальянского мафиози. Ни капли не сомневаюсь.
Чтобы выбросить из головы Софию, я включаю холодный душ. Я не позволяю своей руке сжимать член: если я это сделаю, то буду думать только о ней, и это превратится в привычку.
Черт, как отчаянно хочется! Член в боевой готовности, яйца ноют. Я выключаю свет и ложусь в постель. Бесполезно, сна ни в одном глазу.
Переворачиваюсь на бок и закрываю глаза, стараясь забыть Софию в шелковой пижаме. Не получается. Я переворачиваюсь на спину и пялюсь в темноте в потолок, размышляя, как получилось, что знакомая с детства пигалица стала для меня объектом вожделения.
Я издаю недовольный стон, поняв, что не усну, пока не сниму напряжение. Тем не менее отказываюсь поддаваться основному инстинкту и ворочаюсь на кровати еще с полчаса, после чего моя рука тянется под одеяло. Поскольку я обычно сплю голым, ничто не мешает мне расслабиться.
Пока я не думаю о Софии, все в порядке. Что здесь такого? Я занимался этим сотни раз и никогда о ней не думал. По крайней мере, так я говорю себе, ритмично сжимая в кулаке основание твердого, как камень, члена. Другой рукой я откидываю одеяло и пытаюсь вспомнить встречи с женщинами или порно, которое смотрел. Сначала получается, и я продолжаю.
Перед глазами вновь встает София. С чертовой книгой. Она лежит в постели, держа в одной руке книгу, а другая скользит под пояс шелковых шортиков. Я сжимаю член сильнее. Я представляю, как она стонет, трогая кончиками пальцев свой набухший клитор, и извивается на кровати. Она доводит себя до исступления, пока не оказывается на грани оргазма.
Я сжимаю бедра. Струйки спермы ударяют в грудь. Я облегченно вздыхаю, и образ Софии изглаживается из сознания, остается только уверенность в том, что я не последний раз кончаю с ее именем на устах.
На следующий вечер, направляясь в столовую на ужин, я замечаю впереди на дорожке Марчелло, Миру и Софию. У нас с Софией нет общих занятий, она на два курса младше, так что я вижу ее впервые с тех пор, как уступил своему воображению.
Решительно напоминаю себе, что я не мечтательный подросток, и мне нужно поговорить с сестрой.
– Мирабелла!
Все трое одновременно поворачиваются. Я бросаю взгляд на Софию, та отводит глаза. Она смущена – видимо, из-за книги. Наверное, не стоило так шутить. Я быстро отворачиваюсь, как только встречаю взгляд ее больших карих глаз, и вновь ум затмевает видение: она лежит на кровати в шелковых шортиках…
– Что случилось? – спрашивает Мира.
– Нам нужно поговорить.
Сестра щурится от моего тона, понимая, что сейчас начнется лекция. Всем известно, что Мира не большая поборница дисциплины.
– О чем?
Она скрещивает руки на груди и напрягается. Ага. Догадывается, о чем пойдет речь. Марчелло покровительственно обнимает ее за плечи и смотрит мне прямо в глаза. Это не прямая угроза, а намек, что он не даст в обиду свою невесту.
Черт с ним, она моя сестра.
– Будь повежливее с Авророй.
София отворачивается и с преувеличенным вниманием рассматривает пейзаж. Мира хохочет.
– Нашел кого защищать. Она та еще стерва!
Марчелло качает головой. Если он и согласен со мной, то никогда не признается, будет стоять за Миру до последней капли крови.
– Может быть, но она моя будущая жена. А я в свое время стану главой семьи, и она заслуживает определенного уважения.
– Уважение должно быть взаимным, потому что Мира моя будущая жена, а я дон, – заявляет Марчелло.
– Согласен, – киваю я. – И если надо будет, я поставлю ее на место.
Моя сестра хмурится:
– Она прибегала жаловаться? Боже, какая дрянь!
Мира смотрит на Софию, которая сжала губы и блуждает взглядом по сторонам, будто не слышит.
– Не сомневайся, я знаю, что представляет собой Аврора, но забудь наконец о школе. Мы теперь взрослые.
Мира опускает руки, сжатые в кулаки, и закусывает губы. А потом произносит едва слышно:
– Ладно.
Я киваю – большего от нее не добиться.
– А если Аврора перейдет границы, обязательно скажи мне.
– Спасибо, обойдусь без твоей помощи, – язвительно отвечает Мира.
Она наверняка мечтает, чтобы Аврора поскорей сказала или сделала какую-нибудь глупость, и они с Марчелло получили карт-бланш.
– Есть минутка? – спрашивает Марчелло. – Хотел кое о чем с тобой поговорить.
Мира бросает на него вопросительный взгляд: видно, не знает, о чем будет разговор. С ней Марчелло разберется позже.
– Да, – отвечаю я.
Он наклоняется к Мире и целомудренно чмокает в щеку.
– Встретимся в обеденном зале.
Она хихикает, потом страстно впивается ему в губы. Марчелло довольно улыбается. Боже, смотреть противно! Когда Мира отворачивается, Марчелло хлопает ее по заднице.
– Не забудь, я сегодня сижу за столом Софии, – напоминает она жениху и берет Софию под руку. – Прости, что оставила тебя одну вчера вечером.
– Ничего страшного, – отвечает София, бросив быстрый взгляд на меня.
– Я заходил к вам вчера вечером, где вас носило? – спрашиваю я.
Моя сестра смотрит на жениха влюбленным взглядом.
– Мы гуляли.
Судя по выражению лиц, они прятались в своей любимой беседке у большого пруда. Вечно там сидят.
– В такой холод? – спрашивает София, дрожа всем телом. Тоже прочла между строк, чем они там занимались.
Марчелло коротко усмехается и подмигивает.
– Нам было тепло.
– Марчелло меня согревал, – хихикает моя сестра.
Меня сейчас вырвет…
– Ладно, идите, – с ухмылкой говорит Марчелло, вновь хлопнув Миру по заднице, – мы вас догоним.
Девчонки уходят, держась за руки. Как только они скрываются за поворотом, мы замедляем шаг.
– Что случилось? – спрашиваю я, оглянувшись по сторонам.
– Хотел тебя кое о чем предупредить. Может, ерунда, но мало ли.
Я засовываю руки в карманы. Я согласен с Софией. По меркам большинства, здесь не так уж и холодно, но если ты всю жизнь прожил в Саут-Бич, то температуру меньше двадцати градусов невольно воспринимаешь как холод.
– Говори.
– Не так давно у нас возникли трения с русскими – вмешиваются в некоторые наши поставки оружия. Мы нашли источник, который передавал информацию с нашей стороны, и разобрались с ним.
Я киваю:
– У нас аналогичная проблема с некоторыми вашими отправлениями.
У каждой из четырех семей есть своя ниша – у нас фальшивые деньги и мошеннические схемы, а клан Коста в основном торгует оружием. Это одна из причин, по которой мой отец решил выдать Миру за Марчелло.
– Как раз перед каникулами я узнал от одного из наших парней в доках о поставке, которая держалась в большом секрете. Моим ребятам удалось перехватить груз – партию оружия.
  
Я резко останавливаюсь, он следует моему примеру.
– А мы тут при чем?
– Несколько месяцев назад мы отправили это оружие вам.
Все кусочки мозаики встают на свои места. Кто-то из наших, видимо, перепродает оружие. Даже не спрашивая, я знаю, что мой отец этого не одобрял, хотя надо проверить.