Не подарок на 8 марта (СИ)

— Ты переигрываешь…
Однако судя по кислому выражению лица Синицыной, старания Романа всё же не прошли даром.
— Ой… Ну… Мы, пожалуй, пойдём, — сконфуженно произнесла она, поднимаясь на ноги. — Пора уже дочь с детской площадки забирать, Стёпик нас ещё в парк обещал сегодня сводить, да, любимый?
Уткин удивлённо посмотрел на жену и кивнул, тоже вставая.
— Ну, приятно было познакомиться. Умарова, тебе очень повезло! — с неискренней улыбкой заявила бывшая подруга.
— О да! — охотно согласилась я, мысленно поражаясь происходящему бреду.
— Кораблёва, вообще-то, — недовольно бросил мой «муженёк», продолжая бессовестно меня лапать.
— О, да ещё и фамилия какая красивая… — пробурчала Синицына, не скрывая досады в голосе.
Приободрившийся было Уткин снова поник.
— Рад, что у тебя всё хорошо, Оксана. Правда. Очень рад, — как-то слишком грустно посмотрел он на меня.
— Спасибо, Стёпа, — поблагодарила я. — Надеюсь, у тебя тоже всё будет хорошо.
Олька надменно хмыкнула, взяла мужа под руку и демонстративно к нему прижалась своей роскошной фигурой.
— У нас уже всё замечательно! — заверила она меня, высоко задрав подбородок. — Всего доброго вам, Кораблёвы.
— И вам не хворать, — отсалютовал им Роман.
Как только чета Уткиных скрылась из вида, я растолкала локтями объятия Ромы и поскорее слезла с его колен, отсев на максимально возможно расстояние.
— Это что вообще было, а?! Ты… Ты… — возмущенно смотрела я на него, не в силах подобрать подходящие слова.
— Что? — будто совершенно искренне удивился он. — Мне не нужно было тебе подыгрывать?
— Нужно! Но не так же яростно!
Рома развёл руками:
— Прости, опыта у меня в таких делах маловато. Но я старался, как мог. Хоть бы спасибо сказала.
— Спасибо, — огрызнулась я.
Кораблёв вдруг изменился в лице, из милашки в мгновение ока превратившись обратно в того неприятного типа, которого я встречала в аэропорту.
— Ты зачем Ляську на детскую площадку отпустила? — строго поинтересовался он. — Я ведь запретил.
От его тона почувствовала себя бестолковой школьницей под строгим взглядом учителя.
— Так она попросила на пять минут всего!
— Да что ты говоришь. Вот иди тогда и сама теперь забирай её оттуда.
  
8. Нарываешься, жёнушка
 
Обернулась и с тоской посмотрела на кишащий детьми лабиринт. Меньше всего на свете хотелось туда лезть, но что поделаешь.
Бросила едкий взгляд на своего ненавистного гостя и резко встала из-за стола. Обреченно потащилась к территории детских развлечений.
Заставили снять обувь.
Потерянно побродила внутри ограждения среди взрывающей мои барабанные перепонки толпы маленьких чудовищ, но Лясю нигде не могла найти. Пришлось обратиться к девушке-аниматору, что следила за сорванцами с бодрой улыбкой на губах. И как им только удаётся оставаться такими весёлыми, слушая весь день стоящий до потолка гвалт? Удивительные люди.
Назвала ей имя и описала одежду Ляськи, после чего милая девушка услужливо указала мне пальчиком на самый верхний этаж обтянутого крупной сеткой разноцветного лабиринта.
— И как же мне её оттуда доставать? — ужаснулась я.
— Поднимитесь туда сами, да и всё, — доброжелательно улыбнулась мне девушка. — Вон там вход.
— А-а-а… Разве взрослым можно? Эта… хм… конструкция не рухнет от моего веса?
Девушка мило рассмеялась:
— От вашего уж точно не рухнет! Не переживайте, конструкция самая надёжная. Взрослым можно.
Бросив на неё ещё один недоверчивый взгляд, потопала к входу в лабиринт.
За что мне эти мучения? Вроде весь год вела себя хорошо, была примерной девочкой… Работала на совесть…
Лезть в лабиринт оказалось увлекательно и не так страшно, как я представляла. Хотя на определенных участках чувствовала себя гусеницей, и в такие моменты легкой паникой напоминала о себе моя клаустрофобия. Благо по большей части ходы были просторными даже для взрослых.
В какой-то момент я отбросила свои упаднические настроения и немного порадовалась за современных деток. Вот в мои юные годы подобных развлечений не было. Даже страшно представить, сколько бы восторга я испытала, если бы попала в такое место в детстве. Да я бы, наверное, визжала от счастья и прыгала до потолка!
 
Однако всё моё воодушевление улетучилось, стоило найти Светкину дочь. Маленькая вредина наотрез отказалась возвращаться за стол, и никакие доводы о необходимости нормально поесть её не убедили.
— Нет! Я хочу ещё поиграть! Ну пожалуйста, Шумахер! — капризно кричала она, но как только наткнулась на мой непреклонный взгляд, развернулась и побежала по проходу в неизвестном направлении.
Мне ничего не осталось, как ползти за ней. Однако силы уж точно были неравны, учитывая разницу в наших габаритах.
— Ляся, стой! Твой дядя нас обеих убьет, слышишь? Ляся! Ты обещала пять минут! — кричала я ей вдогонку, пробираясь сквозь какие-то крутящиеся огромные валы, чувствуя себя вермишелью.
— Пять минут ещё не прошло! — кричало это невыносимое создание, ловко улепетывая от меня, причём не прилагая к этому больших усилий. — Не пойду никуда, хочу ещё поиграть! Отстань от меня, Шумахер!
— Меня зовут Оксана! — гремела я, не сдаваясь, в надежде всё же её поймать.
Отважно ползла вниз сквозь огромную паутину хаотично натянутых рядами веревок. Потом карабкалась по длиннющей трубе.
Вспотела вся, устала и, в конце концов, выдохлась, растянувшись на мягких подушках в форме звезды.
Бросила беспомощный взгляд сквозь натянутую на лабиринт сетку в сторону нашего столика. И увидела Романа, беспечно сидящего на диванчике и залипающего в свой телефон.
И такая злость меня разобрала. Сидит там, прохлаждается, пока я тут… потею!
В конце концов, чья это племянница? Почему я должна лазать по лабиринтам, а он сидеть себе там, уткнувшись в свой телефон?
Собралась с силами, воинственно сдула прядь со лба и мужественно поползла на первый этаж лабиринта в сторону выхода.
Обувшись, подошла к нашему столику, на котором так и стояли сиротливо мои пророщенные бобы и аппетитные брокколи в кляре. Облизнулась и вперила руки в бока, глядя на Романа исподлобья.
— Не хочет она оттуда уходить. Не знаю я, что делать. И ещё она обзывает меня Шумахером! Всё из-за тебя.
Рома гаденько усмехнулся.
— Ну присядь, поешь, выпей кофе. То есть не кофе, а что ты там себе взяла. — Кораблев брезгливо посмотрел на мой стакан. — Что-то адское…
— Это морковный сок!
— Ну, я и говорю…
— А как же Ляся? — сдулась я, усаживаясь на диван. — Она же голодная?
— Ну вот поешь и пойдёшь снова её вытаскивать. Может, со второй попытки получится. Или с третьей. Или с четвертой.
Я в ужасе округлила глаза.
— Ну уж нет! Я больше туда не пойду. Сам иди!
— Ты её туда отпустила, ты и иди. Я причем?
— Ты мог и предупредить меня! Что нельзя ни в коем случае отпускать! Она так просила жалобно, я не смогла устоять!
— Ладно, ешь. Вместе пойдём. Покажу тебе мастер-класс.
— О, благодарю вас, мастер, — картинно поклонилась я. — Вы так добры!
И накинулась на салат.
Рома, подперев кулаком щеку, принялся наблюдать за мной с дурацкой ухмылочкой на губах. Ну как, с дурацкой. С очень даже сексуальной. Но это еще больше раздражало. У меня еда не хотела проглатываться под его пристальным взглядом.
— Что? — с набитым ртом поинтересовалась я, зло глянув из-под бровей.
— Вкусно? — поинтересовался мой собеседник, едва сдерживая смешок.
— Очень вкусно. И полезно. Но вам, одноклеточным, этого не понять.
Рома изумленно вскинул брови, а я ужаснулась тому, что ляпнула. Кажется, перегибаю.
Но просто достал уже насмехаться надо мной!
— Ай, как некрасиво, жёнушка, — поцокал он языком. — Оскорбляешь любимого мужа… Придётся мне, наверное, заняться твоим воспитанием.
— Остынь, Рома, эта игра уже закончилась, зрительный зал пуст, — развела руками я.