"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Сатвелеон!.. — устало выдохнул барон, мгновенно представив масштаб трагедии. — Получается, мы еще легко отделались.
Я вспомнил дни и ночи, проведенные в Трещине. Особенно первую. И не сказал бы, что это было легко. Но это только с моей точки зрения. Для оу Трей Капауло все обернулось лишь легкой прогулкой, и он даже никого из людей не потерял. Несколько незначительных ранений не в счет.
  
А то что мы с Энн и Леуштилатом находились на волоске от смерти… Хотя нет. Даже если бы и умерли. Из прочитанных в прежней жизни книг я прекрасно знал, что истинные правители вынуждены мыслить другими категориям. Они не берут в расчет личные трагедии отдельных людей, они думают о безопасности и благополучии вверенных им городов, регионов, а то и целых стран.
Так что, скорей всего, встань перед Александэлом выбор, и он пожертвовал бы нами во благо всего Дальнего Крутолуга.
Неприятно. Но я его за это не винил. Такая у него работа. И хорошо, если мне никогда не придется выбирать между личным и общественным.
— Некромантия, некромантия, некромантия… — барон вновь принялся выбивать из столешницы дробный ритм. — Клятая магия смерти! Вот бы она досталась Алауму, а нам обычный Огненный шар. — он глубоко вдохнул, приводя мысли в порядок. — Ладно. Хорошо. Плевать. Будем работать с тем, что имеем. Чагаш, у нас есть, кто-нибудь из кого можно сделать мага?
— Ты решил вырастить мага смерти? — возможно мне показалось, но в голосе Инструктора скользнуло удивление.
— Да, демон побери! Если у тебя остались одни пешки, значит ты или сдаешься, или играешь одними пешками. Сдаваться я не намерен.
— И надеешься, что пешки станут ферзями.
— Именно. — подтвердил хозяин особняка. — Так что на счет кандидатов?
Угрюмый Чагаш ненадолго задумался.
— Твой сын. — предложил он.
— Максимилиан? Он уже осваивает первую стадию второй ступени. По пути воина. Из него поздно делать мага.
— Ты думал, я этого не знаю? — скривил губу Чагаш. — Магбар! Я же его и тренирую. Я о другом сыне.
На лицо Александэла набежала туча, а сам он будто мигом постарел лет эдак на десять. Я и не думал, что сепарация с Леушем далась ему так тяжело. Или же барон наоборот стыдится того, что в его семью закралось «Демоническое отродье»? Жену-то из-под стражи он так и не выпустил.
— У меня только один сын. — бесцветным голосом произнес оу Трей Капалоу.
— Но ты не можешь отрицать таланта второго. — стоял на своем Инструктор. — Без всякого наставника он уже почти достиг Освоившего. И это в восемь лет.
— У меня. Только. Один. Сын. — с нажимом повторил Александэл, и я почувствовал, как вокруг него собирается сила.
Мне даже сосредотачиваться не пришлось, чтобы понять, что это начала конденсироваться послушная воле Осознавшего Межмировая Энергия. Они драться здесь собрались что ли?
— Хорошо. — неожиданно пошел на попятную Чагаш. — Тогда тот другой мальчик. Сын Жакера.
Я⁈
Вот такого поворота я точно не ожидал. Они что, задумали вылепить из меня мага смерти? Спасибо, увольте. Обойдусь без такого «счастья».
А если договорятся? Мне же даже спрятаться негде. Я в прямом смысле под колпаком. То есть под Куполом. Черт побери, что за подстава?
— Ребенок без умения… — барон серьезно задумался и принялся тереть подбородок, будто хотел отполировать тот до блеска. — Он умен ее по годам. Иногда мне даже кажется, что в некоторых вопросах он знает больше меня. Из него вполне мог бы получиться маг. Но… — Александэл покачал головой. — Я не могу потратить на него кучу денег и ресурсов, чтобы потом выяснилось, что это какое-нибудь божественное проклятие, и он вообще не может развиваться.
Спасибо и на том.
— Он может. — вставил Чагаш.
Заткнись! Заткнись, черт побери! Кто тебя за язык тянет, рожа перекошенная?
— Нет. — окончательно решил хозяин особняка. — Не годится. Кто еще?
— А у тебя тут очереди талантов за забором нет, знаешь ли. — насмешливо хмыкнул Инструктор, махнув рукой в сторону окна. — Это тебе не стольный Свет Зарницы, где Энергия бьет фонтанами, а Освоившими чуть ли не рождаются. Скажи спасибо, что я вообще вожусь с твоими бездарями.
— Ты бы иначе тут сдох от скуки. — буркнул барон.
— Или эти двое, или можешь засунуть этот токин себе в…
— Что ж, тем проще. — перебил его Александэл, не дав Чагашу перейти опасную черту. — Тогда я продам токин, а на вырученные средства… Ну применение им точно найдется. Лишних денег не бывает.
— Только продавать придется не через Алаума. — уточнил Инструктор.
— Я что — похож на идиота? — оу Трей Капауло убрал заклинание в мешочек, мешочек в черную лакированную шкатулку, а шкатулку в сейф, спрятанный за картиной с изображением какого-то сердитого мужика. — Придется ждать другого Каравана. Или отправить кого-то с важной миссией.
— На меня не смотри. Я…
Внезапно я понял, что разговор приближается к своему логическому завершению, а я до сих пор торчу в пыльном закутке Нигдейки, в то время как уже давно должен был доставить бумаги барону и вернуться назад.
Черт побери!
Я бросился бежать обратно, на ходу подумав, что токин — забавное название для добытой с Трещины финтифлюшки. Видимо тому, кто его придумал, эти штучки тоже казались похожими на фигурки из сёги. Кажется, в этой игре так называли превращенную пешку. Но это не точно. Мне всегда больше нравились шахматы. Хотя и у их японского аналога имелись свои плюсы.
К двери баронского кабинета я подскочил как раз в тот момент, когда из нее выходил Сэр Чагаш. Он смерил меня изучающим взглядом, но не сказал ни слова и ушел по своим делам. Неужели почувствовал мое присутствие за стеной? Хотелось бы думать, что нет. Все-таки не на тренировке. Не может же он вечно поддерживать в активном состоянии свое восприятие.
— Эй, ты куда, пацан? — крикнул мне один из пришедших к Александэлу спорщиков. — Тут вообще-то очередь!
— Я только спросить. — пискнул я, мышонком юркнул в кабинет и захлопнул за собой дверь.
Действенный метод. Всегда срабатывает.
С принесенными мной бумагами барон разобрался довольно быстро, однако потом попросил меня остаться и подшить вместе кое-какие документы. И надо понимать, что просьбой это было лишь номинально. Хозяину особняка и правителю всех окрестных земель не отказывают. Но зато у меня появилось вполне достойное оправдание относительно столь долгого отсутствия.
Впрочем, никто у меня его и не спрашивал.
Стоило мне вернуться в канцелярию, как меня подозвала мама, приласкала и спросила:
— Помнишь где живут Вас и Мила? Мы заходили к ним после твоей Це… — она осеклась. — В день твоего семилетия.
— Конечно помню, мам. — с улыбкой отозвался я. — Тетя Мила тогда так кричала, что я думал, она дядю Васа целиком проглотит. А еще у них флюгер скрипучий и крыльцо некрашеное.
Пара работавших неподалеку женщин прыснули и тут же принялись протирать от слюней столы и бумаги.
— Ты ж мое золотко! — мама потрепала меня по щекам. — Все-то ты подмечаешь. Осталось только научиться иногда молчать.
Так это я еще не сказал о спешно спрятанных при нашем появлении кожаных панталонах с дыркой в интересном месте. Мила с Васом развлекались определенно не только в темноте под одеялом, но и активно придумывали другие способы получения удовольствия.
— Леон, сходи, пожалуйста, к Старому Антопу. — наконец озвучила свою просьбу мама. — Он живет на три дома дальше по улице от Васа. Возле колодца. И у него еще на заборе…
— … нацарапано плохое слово. Я знаю где живет дедушка Антоп.
Мама умильно всплеснула руками:
  
— Все никак не привыкну, что ты у меня уже такой большой. В общем, напомни Антопу, что он уже два дня как должен был закончить надевать наконечники стрел на древки и сообщить об этом нам. А если не успевает, пусть тоже так и скажет. Вот, на. — она пихнула мне в руки три медных гульдена. — Купишь себе что-нибудь по дороге. И обратно можешь не торопиться. На сегодня для тебя дел больше нет.