"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Хорошо, мам.
Я крепко обнял ее. Она ответила тем же. Меня окутал запах чернил с легким флером фирменного ежевичного пирога, испеченного сегодня утром. Мама просила дать тому остыть, но мы с папой и Анной не удержались и сходу умяли чуть ли не половину, запивая вчерашним молоком. Угостили и Фила. От молока он категорически отказался и весь вымазался ягодным соком, так что его еще и пришлось отмывать.
  
На этом процессе мы и спалились. Но мама не стала нас ругать, а лишь рассмеялась и пообещала вечером испечь еще один пирог. Вдвое больше и втрое вкуснее.
Как же мне все-таки повезло с новой семьей!
— Ну все, сынок, беги. — мама нежно чмокнула меня в макушку и подтолкнула к выходу. — Допоздна не задерживайся. А то Энн снова съест все самое вкусное. Мне с ней уже не справиться.
Поцеловав маму в ответ, я ушел, забрав с собой частичку ее тепла. Впрочем она теперь всегда была при мне. Прямо в сердце. Отчего то билось особенно радостно, заставляя весь мир вокруг играть яркими красками и улыбаться мне счастливой улыбкой, увидеть которую способен далеко не каждый.
Из особняка я вышел без особых проблем. После происшествия в Трещине, а потом и моей неудачной Церемонии пробуждения, меня знали все стражники. Да и не стражники тоже. Относились ко мне по-разному, но уж покидать усадьбу мне точно не воспрещалось.
С утра прошел небольшой дождик. Не тот ливень, после которого дорога в город превращалась в раскисшую жижу, а Стременная вплотную подбиралась к берегам, так и норовя выплеснуться наружу. Нет. Всего лишь мелкая морось, немного прибившая пыль, взбодрившая разомлевших пташек и освежившая пейзаж, будто его протерли влажной тряпкой.
Дышалось легко, на душе порхали бабочки, и я чуть ли не в припрыжку шагал в Крутолуг, чтобы навестить Старика Антопа.
Раньше Антоп был столяром, но с возрастом практически потерял зрение и передал мастерскую своему сыну, тем более что отпрыск еще и унаследовал отцовское умение. Однако горожане не бросили Антопа чахнуть и время от времени подкидывали ему посильную работенку. Не столько ради прибыли, а скорее чтобы не дать деду почувствовать себя одиноким и ненужным.
Весьма благородно с их стороны. И со стороны барона, который следил даже за такими мелочами.
По дороге я поздоровался с Верой. Она жесткой щеткой чистила шкуру своего осла, вполголоса напевая одну из тех любовных песен, которые так любят женщины. Немного посмотрел, как освобожденный сегодня от стражи Точ играл со своими детьми. Чуть не надорвал живот, глядя за сражением маленького мальчика с грозным гусем. Я даже подумывал ему помочь, но малыша спасла старшая сестра, с трудом отогнавшая злобно шипевшую птицу.
Понаблюдал немного за работой кузнеца — меня всегда восхищала мощь и точность его ударов. Задержался возле пекарни, но свежей выпечки, несмотря на чарующий аромат, так и не дождался. Проводил взглядом незнакомую девушку в пыльной накидке. На мгновение мне показалось, что у нее раздвоенный, как рыбий хвост, большой палец, но, наверное, это была всего лишь игра света. Погладил кроликов Стаза, плюхнулся с разбега в кучу соломы, сделал вид, что пытаюсь стащить полоску подготовленной к дублению кожи, и получил ее в подарок, уклонился от предложения поиграть в войнушку коровьими лепешками.
В общем, душевно провел время, а улыбка не сходила с моего лица всю дорогу.
Наконец, добравшись до Старика Антопа, я обнаружил того мирно спящим в обнимку с готовой к отправке вязанкой стрел. Деда я будить не стал, тем более, что на плече у него уютно примостилась большущая и очень красивая бабочка. Пускай спят. А мне еще нужно было встретиться с Леушем. Он как раз затеял очередную тренировку в этой части Крутолуга.
  
Глава 16
 
На один из выданных мне мамой гульденов я купил небольшую, но румяную и ароматную печеную тыкву с куском сливочного масла. А на оставшиеся два приобрел пару яблок в карамели. И с этим богатством явился к Леуштилату.
Сегодня Леуш тренировался в дальней части Крутолуга, так что с поручением меня отправили весьма удачно. Не пришлось бродить туда-сюда по всей территории. Я застал парня стоящим по пояс в воде, с закрытыми глазами и сосредоточенным выражением лица. Он отчаянно боролся с течением пытавшейся его опрокинуть Стременной, одновременно с этим впитывая в себя крупицы Межмировой Энергии.
Причем не только из воздуха, но и из воды, крутого вала обрывистого берега и даже из ветвей плакучей ивы, свесившей над ним свои нечесанные космы. Крохотные фиолетовые искорки роем надоедливой мошкары вились вокруг Леуштилата, то садясь на поверхность его кожи, то снова взлетая, а иногда и вовсе исчезая внутри.
Опальный баронский сын все лучше контролировал разлитую вокруг силу. Становление Освоившим определенно было уже не за горами.
Не желая мешать другу, я разлегся на мягкой перине прибрежного луга, закинул руки за голову и подставил лицо теплым лучам ласкового солнца. Тихо стрекотали сверчки и кузнечики, из соседнего подлеска доносился щебет беззаботных пташек, шелестел травой бродяга-ветер. И даже жужжание наглой мухи, которая никак не могла решить сесть ли на меня или лететь по другим делам, не нарушало идиллию очередного счастливого денька, а лишь дополняло ее.
Я открыл сердце счастью, и теперь оно полноводным, незнающим границ океаном плескалось у меня в груди. После целой жизни страданий, бесконечной борьбы за свое место под солнцем, унижения, стыда, а иногда и колючего тянущего голода я наконец получил детство, которое необходимо иметь каждому ребенку.
Любящие беззаветной и безусловной любовью родители, готовые поддержать в трудные минуты и способные встать на твою сторону, даже если против тебя ополчится весь мир. Верный друг, идущий с тобой бок о бок несмотря на разницу во взглядах, статусе или материальном благополучии. Доброжелательные соседи и сограждане. Справедливый и не оторванный от народа правитель. Четко очерченные перспективы как ближайшего так и дальнего будущего.
Именно в такой среде должны рождаться дети. В такой и только в такой. Вне зависимости от расы, пола, времени или эпохи. Дети ведь не просят, чтобы их принесли в этот мир. Решение принимают взрослые. Ответственные самодостаточные люди. Люди, которые хотят поделиться своей радостью с новой маленькой жизнью.
К сожалению, так происходит далеко не всегда. И я знаю, о чем говорю, так как мне довелось познать это на собственном опыте.
Вспоминая о свей прежней жизни, я невольно нахмурился и попытался отогнать начавшую раздражать муху. Та же наоборот пристала ко мне, как к луже меда. Хотелось бы надеяться, что меда, а не чего-то другого и дурнопахнущего. Настроение стремительно портилось.
В отличие от многих, прежняя семья у меня была полноценной. Двое живущих под одной крышей родителей. Хотя уже тогда у меня с трудом поворачивался язык, чтобы так их называть, а теперь они и вовсе казались мне чужими людьми.
Понятия не имею зачем им пришло в голову завести ребенка, ведь во главе их жизни всегда стояла бутылка самогона. Ну или того, что могло его заменить. Батареи пустой тары громоздились повсюду и лишь изредка сдавались, чтобы на вырученные деньги тут же купить новую порцию спиртного. Из еды же в доме имелись лишь нехитрые закуски, часть которых мне иногда удавалось стянуть.
  
В лучшие дни на меня просто не обращали внимания, и я был предоставлен самому себе, а в худшие мне принимались читать пьяные нотации, суть которых сводилась к тому, что я самим фактом своего существования обязан им по гроб жизни. А еще что я слишком много жру. Да и вообще раздражаю. Особенно когда смею поднять глаза от пола, за что мне порой прилетало рукой, веником или чем подвернется.
И тем не менее, вот эти вот люди заделали еще одного ребенка.
Мария. Маша. Мари. Крошка Мари…