Мальн. Духи и Жертвы

– Я слышал, что летописцы Хадингарда уже нарекли короля Финна Великим, – театрально добавил он, и его короткие волосы слегка взъерошил прохладный ветерок.
Гелиен понуро молчал, не говоря о том, как бы ему хотелось принимать участие в жизни каждого из них. Но прошлого не вернуть, он мог либо продолжать тонуть в печали, либо попытаться наверстать то, что еще возможно.
Кристан взял его за руку, и их вновь окутали тени.
Теперь все вокруг купалось в красках и зелени. Гелиен едва не чихнул, вдохнув пыльцу от цветущих неподалеку яблонь.
– Где мы?
– В дворцовом саду, – ответил Кристан, отпуская его руку. – Не врываться же прямо в королевские покои.
– Зная, кто принимал активное участие в твоем воспитании, сомневаюсь, что для тебя это стало бы проблемой, – хмыкнул Гелиен и, сунув руки в карманы, прошелся по ковру из белых и розовых лепестков.
В прошлом он не единожды посещал дворец Финна, но каждый его визит был связан с трагическими обстоятельствами. А о последнем таком визите, после которого он уснул на восемнадцать лет, Гелиен вообще старался не думать.
Очевидно, они находились в зимнем саду. Об этом говорил стеклянный потолок над головой и ноябрьское небо за такими же стеклянными стенами. Неподалеку прогуливались придворные, которые в замешательстве поглядывали на мальнов.
– Ничего, сейчас они мигом доложат королю, что в его садах объявились мальны. – Указав головой на людей, Кристан весело подмигнул.
Он оказался прав. Всего через несколько минут раздался радостный голос:
– Кристан!
Но это был не Финн и не Эрик.
Хотя Гелиену не потребовались подсказки, чтобы понять, что перед ними предстал сын хадингардского короля. Он унаследовал от отца аккуратный прямой нос, темно-каштановые волосы и, конечно, золотистые глаза династии Деарсенов. Гелиен не мог сказать, были ли в парне какие-то черты от матери, поскольку никогда не видел супругу Финна.
Принц Хадингарда приветливо улыбнулся.
– Эд! – Кристан поспешил к нему навстречу, и они обнялись.
Эд. Эймунд.
Друзья упоминали, что старшего наследника престола Финн назвал в честь своего покойного отца.
– Опять ваши мальнийские штучки? Почему не сообщил, что собираешься навестить нас?
– Это незапланированный визит, – ответил Кристан, расцепив крепкие дружеские объятия. – Я сопровождаю короля Мальнборна.
Внимание Эймунда мгновенно обратилось на Гелиена. Принц подался вперед, и выражение его лица стало серьезным. Он учтиво поклонился.
– Ваше Величество.
– Ваше Высочество, – отозвался Гелиен.
– Во дворец уже наверняка доложили, – сообщил Эд. – Полагаю, все с минуты на минуту будут здесь.
Гелиен молча кивнул в ответ.
Кристан продолжал улыбаться во весь рот.
– Тогда не будем мешать твоей с друзьями встрече, отец.
– Отец? – воскликнул Эймунд, резко повернувшись к нему.
– Я все объясню. – Кристан хлопнул того по плечу. – Найдем остальных.
Эймунд оторопело поплелся за другом. Кристан на миг оглянулся на него, после чего они скрылись за живой изгородью.
Гелиен с минуту улыбался. Одна только мысль, что твой ребенок и дети лучших друзей-людей поладили, приятно согревала душу. Но когда послышался звук приближающихся шагов, который становился все отчетливее, окружающий мир словно померк. Исчезли все краски, но тут же вспыхнули ярче прежнего.
– Здравствуй, Финн, – едва слышно произнес Гелиен.
Финн стремительно подлетел к нему и стиснул в крепких объятиях, но не успел король Хадингарда расцепить руки и вымолвить хоть слово в ответ, как из-за его спины показался Эрик. Слезы хлынули из глаз Гелиена сами собой, обжигая кожу. Финн тут же отпрянул и сделал несколько шагов назад, глядя на своего застывшего неподалеку главного советника.
Гелиен попытался сглотнуть, но в горле пересохло.
Слезы текли и по щекам Эрика, но он не двигался с места. Наконец он вытер лицо тыльной стороной ладони и хрипло сказал:
– Я ненавижу тебя.
– Знаю.
– Я был уверен, что больше никогда тебя не увижу, уж точно не в этой жизни.
– И это знаю. Но я король, и не мог думать только о своих желаниях, – единственное, что удалось произнести Гелиену. Он не представлял, как передать словами все то, что творилось у него на душе, что он чувствовал, глядя на друга детства, названого брата, и видя его живым.
  
– Ты не король, а дурак, – угрюмо буркнул Эрик.
Гелиен приподнял брови. Эрик, снова вытерев лицо, бросился к нему и заключил в объятия.
– Я так скучал! И не вздумай говорить, что и это ты тоже знаешь!
– Все остришь, – хмыкнул Гелиен. От накатившего волнения речь звучала отрывисто. – Есть вещи, которые даже возраст не в силах изменить.
Эрик нехотя разомкнул объятия и чуть отстранился, всматриваясь в его лицо.
– Не верится, ты не постарел ни на день! Конечно, ты мальн, и я знал, что так и будет, но все равно странно.
– А вы не сильно-то изменились. – Гелиен мельком взглянул на Финна, а затем снова обратил внимание на Эрика.
Тот громко фыркнул.
– Я не девушка, можешь мне не льстить.
Гелиен не лукавил. Да, друзья повзрослели, и теперь это были не молодые парни, а настоящие мужчины. Их тела стали крепче – видимо, благодаря постоянным тренировкам, – лица обоих затенила щетина, которая придавала мужественности, а на седые волосы пока не было ни намека. Лишь залегшая глубокая морщина на лбу выдавала их возраст.
– А вот Кае обязательно так скажи, – добавил Эрик. – Жена считает, что я лукавлю, когда говорю, что она стала еще краше. Кстати, вот и она!
В волнении долгожданной встречи они даже не заметили, как за их спинами появилась Кая. Она уже несколько минут наблюдала за их разговором и тихо плакала.
– Муж прав, Кая, ты стала еще красивее, – мягко улыбнулся Гелиен.
На по-прежнему миловидном веснушчатом лице только начали проступать возрастные признаки. Даже своим обостренным зрением Гелиен с трудом разглядел морщинки возле глаз и рта. Ее длинные волосы насыщенного каштанового оттенка тоже не были тронуты сединой.
Кая вытерла слезы рукавом платья и рассмеялась.
– Ты никогда не умел врать, Кит. – Она подбежала к нему и крепко обняла.
Гелиену почему-то вспомнилось их объятие у Черных гор, но тут же забылось. Тогда он ощущал себя неловко и хотел, чтобы она скорее отпустила его, понимая: то было далеко не дружеское объятие. Сейчас в ее прикосновении чувствовались только тепло и забота. Она обнимала его, как сестра обнимает брата. Как всегда и должно было быть.
Кая отстранилась, продолжая улыбаться. Ее улыбка лучилась искренней радостью, особенно когда она смотрела на мужа, выражение лица которого озарялось какой-то смесью восторга и облегчения. Эрик подошел ближе и, положив руку ей на талию, чмокнул в висок. Щеки Каи вспыхнули.
Они все расселись на бархатных диванчиках в саду. Сидения были нагреты солнечными лучами, проникающими через стеклянный потолок. Кая убежала и через несколько минут вернулась, после чего в саду появились слуги: накрыли для господ стол и разлили вино.
– Я видела Кристана. Он общался с детьми. Вы приехали вдвоем? – спросила Кая, потянувшись за бокалом.
– Да. – Гелиен посмотрел в сторону Западных гор Деароса, купавшихся в солнечном свете.
Друзья переглянулись между собой.
– Вы знаете! – не спрашивал, а утверждал Гелиен.
– Да, Алвис все рассказал. Они даже подумывали спрятать ребенка здесь, но Арэя не позволила, – ответил Финн, стряхнув с плеч розовые лепестки, которые сыпались с фруктовых деревьев.
Гелиен снова взглянул в сторону гор.
– Кому еще известно?
– Только нам, – сказал Эрик удивительно тихим голосом. – Ты как?
Гелиен потер грудь, словно внутри него что-то саднило, словно он по-прежнему ощущал его присутствие.
– Как я? – Он почувствовал, как вспыхнули его глаза и как внутри загремела сила. Руки почернели, а серебристые молнии, потрескивая, обвивали запястья. – Очнуться спустя восемнадцать лет и узнать, что у тебя есть взрослый сын, который вдобавок тебя ненавидит, а еще что его хотят принести в жертву, как…