Бек (ЛП)

— Привет, Мэд. — Я улыбаюсь и отступаю в сторону, пропуская его внутрь.
— Привет. — Он оглядывает меня, его губы едва заметно подергиваются, прежде чем он направляется в сторону кухни.
— Я пошла одеваться, хорошо? — Кричу я вслед его удаляющейся фигуре.
— Ага.
Я качаю головой и запираю дверь, прежде чем подняться обратно наверх.
На сборы у меня уходит больше времени, чем обычно. Что надеть на обед, зная, что вот-вот разобьешь сердце своей лучшей подруги на кусочки? Я останавливаюсь на джинсах-скинни, блузке бирюзового цвета и моих любимых бирюзовых туфлях на четырехдюймовых каблуках. Легкий макияж и несколько вдохновляющих слов — и я готова начать день с чистого листа.
— Иззи уже в пути. — говорю я Мэддоксу, когда захожу на кухню. Он стоит у плиты и доедает бекон, оставшийся с завтрака. — Хочешь тарелку? Может, я приготовлю тебе что-нибудь свежее?
— Я знаю, и нет.
— Э-э, хорошо? Ты же знаешь, что тебе не обязательно здесь находиться, верно? Я справлюсь сама. — Я улыбаюсь, давая ему понять, что со мной действительно все будет в порядке, но он не двигается.
Он просто смотрит на меня своими страшными глазами, доедает последние два кусочка и моет руки.
— Ты можешь думать, что тебе хорошо быть одной, но я все равно буду здесь. Вы с Иззи занимайтесь своими делами, и, если я понадоблюсь, когда вы закончите, пока Бек не вернется домой, я буду здесь. Если нет, то я все еще буду здесь. — С этими словами он поворачивается и идет через весь дом. Я слышу, как он устраивается в гостиной, включается телевизор, и тихие звуки какой-то спортивной хрени наполняют воздух.
Что ж… тогда ладно.
Я принялась за уборку кухни, пытаясь сохранить ясность в мыслях. Примерно через час Иззи, подпрыгивая, заходит в дом с вертящимся Нейтом на бедре и, похоже, целым домом в сумке, висящей у нее на плече.
— Привет! — Она бросает сумку и ставит Нейта на ноги, прежде чем подойти и обнять меня. — Я скучала по тебе! Кажется, Бек хочет оставить тебя только для себя.
Я пытаюсь улыбнуться, но бабочки у меня в животе начинают сходить с ума. Она замечает это и слабо улыбается мне. Я отворачиваюсь от нее, когда слышу, как Нейт поднимает маленькие ножки и визжит.
О, ничего себе.
— О, ничего себе, — повторяет она мои мысли. Мы оба стоим здесь, уставившись на Мэддокса, который поднимает Нейта в воздух, и на его лице сияет самая широкая улыбка, которую я когда-либо видела. Все его поведение меняется прямо у нас на глазах. Жесткий, неприступный вид, который он обычно носит, исчез, и на смену ему пришел мужчина, который выглядит слишком привлекательно для себя же.
— Я понимаю, почему Эмми так на нем зациклилась, — шепчет она в мою сторону.
— Аналогично.
Мы обе смеемся, и Мэддокс кивает головой в нашу сторону. Беззаботная улыбка, которая была на его лице всего несколько секунд назад, уже давно исчезла. Он выглядит почти взбешенным из-за того, что вообще позволил этому появиться.
— Я заберу Нейта, пока вы будете заниматься своими девчачьими делами. — Он уходит, держа на руках хихикающего Нейта. Я слышу, как вдалеке щелкает дверь, и понимаю, что он, должно быть, спустился в подвал, где Бек хранит все свое оборудование для тренировок.
— Итак, я полагаю, что на самом деле мы не едим, да? — Она издает нервный смешок, но замолкает, когда я смотрю на нее и качаю головой. — Я так и думала. Я просто почему-то знала, что ты не захочешь наверстывать упущенное.
— Да ладно, сегодня прекрасный день, так почему бы нам не посидеть на солнечной террасе?
Она достает бутылку с водой из пакета для подгузников и следует за мной.
— Просто выкладывай, Ди. Это убивает меня. Всю ночь я беспокоилась о том, о чем ты хотела поговорить. По тону твоего голоса я поняла, что что-то происходит, но, хоть убей, не могу понять, что именно. — Ее зеленые глаза кажутся такими темными, когда она волнуется. Она кусает губу и нервно теребит свои руки.
Я начинаю с самого начала и рассказываю ей о своих родителях, парнях, с которыми я встречалась, и о том, как все эти отношения закончились. Я рассказываю ей о том, что у меня не было настоящих друзей до того дня, как я встретила ее. Она все это понимает, кивая головой то тут, то там, давая мне понять, что слушает. Я вижу, что она расстроилась, когда я упомянула о том, как плохо складывались отношения с моими родителями в детстве, но она промолчала.
  
Затем я рассказываю ей все, о чем говорила только с доктором Максвеллом и Мэддоксом. Наконец-то я раскрываю секреты о ее бывшем муже, которые так долго скрывала. Она лишь несколько раз потрясенно ахает, протягивая руку, чтобы взять меня за руку, когда я рассказываю, как он вломился в мой кабинет и избил меня.
— Я должна была сделать больше, чтобы вытащить тебя, Иззи. Я просто так боялась того, что он мог сделать. Я видела это в его глазах. Не знаю, откуда я знала, но я просто знала. Я сидела рядом и позволяла ему причинять тебе боль, Иззи. — Когда я встречаюсь с ее встревоженным взглядом и вижу слезы в ее глазах, это разбивает мне сердце, и слезы, которые я сдерживал, начинают литься рекой.
— Ты все это время корила себя, не так ли? — Я киваю, но прежде, чем успеваю открыть рот, она перебивает меня. — Брэндон был больным, Ди. Ты не представляешь, как мне больно осознавать, что он наложил на тебя свои грязные лапы, но ты не виновата ни в чем, что произошло за время нашего брака. — Она пытается сдержать свои эмоции, но дрожь в голосе выдает ее.
Я замолкаю на секунду, собираясь с духом, чтобы закончить свой рассказ, и смотрю на красиво озелененный задний двор. Должно быть, я молчала какое-то время, потому что ее вопрос, заданный шепотом, заставляет меня подпрыгнуть.
— Что ты от меня скрываешь, Ди? Я знаю тебя. Это еще не все, не так ли? — Ее голос умоляет меня доказать, что она не права.
— Да, это еще не все. — Я делаю еще один вдох и оглядываюсь, чтобы увидеть, как ее лицо искажается болью. — Когда он, наконец, закончил размахивать кулаками, он сказал мне, что, если я попытаюсь связаться с тобой каким-либо образом, он убьет тебя, — шепчу я, всхлипывая. У нее быстро текут слезы, и я знаю, что должна выплеснуть все остальное, пока она не расплакалась по-настоящему. — А потом… потом он забрал у меня единственное, что еще можно было забрать.
Она начинает качать головой, умоляя меня заткнуться.
— Мне жаль, так жаль, что меня не было рядом, когда я была тебе нужна, но он сказал, что убьет тебя! Я пыталась не спускать с тебя глаз, но я была так напугана, что, если бы я хотя бы попыталась предупредить тебя, он бы отнял тебя у меня навсегда.
Ее тело сотрясается от рыданий, и трудно сказать, кто из них плачет громче. Она хватает меня и сжимает в крепких, причиняющих боль объятиях. Мы сидим так, покачиваясь вместе, некоторое время, прежде чем она отстраняется.
— Он изнасиловал тебя, не так ли? — спрашивает она несколько минут спустя, ее голос спокоен несмотря на то, что ее руки сильно дрожат.
— Да.
Если бы она слегка не подпрыгнула, я бы и не подумала, что она меня услышала, ведь я говорила так непринужденно.
— Я пытаюсь это переварить. Я правда пытаюсь.… У меня даже в голове не укладывается все это, Ди! Почему ты не сказала мне много лет назад? Даже после того, как он ушел? Ты думала, я буду винить тебя? Боже, никогда! Я расстроена, потому что тебе пришлось пройти через это в одиночку. — Она вытирает глаза футболкой и пытается успокоиться. — Ты мне как сестра, Ди. Почему ты не могла мне сказать?
— Потому что не знала как. Сейчас, оглядываясь назад, это кажется таким простым, но тогда я видела только другого мужчину, превратившегося в монстра. Дело было даже не в изнасиловании, Иззи. Это было ужасно, но я пережила это. Я беспокоилась о тебе и о том, что случится, если я не найду способ спасти тебя.
Она хватает меня за руку и крепко сжимает ее.
— Ты действительно спасла меня. В ту ночь, когда я позвонила тебе, ты спасла мне жизнь в тот день и каждый последующий день. Жаль, что ты не рассказала мне об этом много лет назад, но спасибо, что рассказала сейчас. За то, что доверилась мне.