Бек (ЛП)

— Я не вправе говорить об этом, и мне кажется, что я предаю Ди, даже открывая рот. — Борьба, весь этот гнев проходят за секунды, и я просто чувствую… одиночество.
— Конечно, было бы намного проще, если бы мы понимали, что, черт возьми, все это значит, — разочарованно говорит Аксель.
— Мне не нравится, когда сомневаются в моей лояльности, Бек. И мне чертовски не нравится, когда меня бьют по лицу. Мелисса надерет тебе задницу, беременна она или нет.
— Честно говоря, ты заслужил это и даже больше, Грег. Я держал рот на замке из уважения к Ди, но главным образом потому, что у меня все было под контролем. Я был рядом, когда она нуждалась во мне, и я буду продолжать помогать ей. — Я перевожу взгляд на Акселя и делаю глубокий вдох, прежде чем обратиться к нему. — Во-первых, я не хотел бы проявить неуважение к тому, что я собираюсь сказать, Акс, так что пойми это и держи себя в руках. — Он сдержанно кивает мне. Оглядываясь на Грега, я продолжаю. — Как раз перед тем, как в старом таунхаусе Иззи и Ди произошло это дерьмо, мы с Ди начали встречаться. Это было что-то новое, настолько новое, что мы даже не успели никому об этом сообщить, пока все не началось. Потом Грег был в больнице, почти умирал и все такое, и это было не самое лучшее время. Иззи был нужен Аксель, а Грег выздоравливал. Итак, Ди была одна.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что она была одна? Она жила в моем проклятом доме! Там была Иззи. Я был там. Она была не одна! — Рычание Акселя в значительной степени подтверждает мои мысли. Конечно, он защищается.
— Я сказал тебе, что не хотел проявить неуважение, Аксель, и я серьезно. Но несмотря на то, что она была прямо у тебя под носом, ты был так занят Иззи, что ничего не заметил. Вспомни, и я имею в виду, действительно подумай. Сколько раз она сидела в том маленьком уголке в твоем кабинете, который ты предоставил ей для работы? Сколько раз по вечерам ты заставал ее бродящей внизу? Подумай о том, чего ты не мог видеть, потому что все твое внимание было сосредоточено на Иззи. Я не виню тебя за это, потому что Иззи нуждалась в тебе, но Ди тоже был нужен кто-то. — Я опускаю глаза и собираюсь с мыслями. Я ненавижу вспоминать те месяцы. — Она звонила мне каждую ночь, и я слушал, как она плачет перед сном. Каждый звук в твоем доме приводил ее в ужас. Потом я, наконец, уговорил ее снять квартиру в комплексе Мэддокса, думая, что там ей будет лучше. Я провел еще несколько месяцев рядом с ней. — Я должен остановиться и проглотить комок в горле. Господи, это оказалось труднее, чем я думал.
— В первый раз, когда она чуть не покончила с собой, она сначала позвонила мне. Это дало мне достаточно времени, чтобы добраться туда, и мне потребовалась почти неделя, чтобы успокоить ее настолько, чтобы она смогла обратиться за помощью. После этого она попыталась только один раз, но я был рядом с ней. Это случилось за месяц до того, как она оттолкнула меня. Она начала посещать психотерапевта, и я внимательно наблюдал за ней. Мне потребовался почти год, чтобы увидеть, как к ней возвращаются признаки жизни. Она скрывала это, но если бы вы все внимательно посмотрели на нее, то увидели бы, какой разбитой она была. — Я поднимаю глаза, чтобы встретиться с ними взглядом.
На лице Купа написано понимание, и это наводит меня на мысль, что он не был таким уж невежественным, как я думал. На лице Акселя нет эмоций, но я вижу шок в его глазах. Когда я, наконец, встречаюсь взглядом с Грегом, меня шокирует неприкрытая боль, отразившаяся на его лице.
— Я понятия не имел. — Его голос звучит ровно.
— Да, я знаю. — Я слегка улыбаюсь ему, но без понимания. Эти люди должны были это видеть, и осознание того, что они думали, что она играет в игры, просто разбивает мне сердце. — Эти игры, в которые, как ты думаешь, она играла, парни, с которыми она встречалась, все это. Это был ее способ показать, что с ней все в порядке, чтобы вы не задавали вопросов. Она не хотела, чтобы вы знали, и я до сих пор не понимаю, почему она была так решительно настроена на то, чтобы вы все оставались в неведении.
  
— Что мы можем сделать? — Аксель держится молодцом, но, похоже, он вот-вот начнет что-то ломать. Ему не нравится, что его семья страдает, и он должен понимать, что, когда Иззи узнает об этом, ей будет тяжело осознать, ведь она была такой же слепой, как и все остальные.
— Вы трое ни черта не делаете. Она доверяет Мэддоксу. Я знаю, что она уже говорила с ним об этом, но не знаю, как много она ему рассказала. К тому же, поскольку он в курсе всего, что происходит, ей легче с ним разговаривать. Сегодня она встречается с Иззи за ланчем, так что, Аксель, я не удивлюсь, если ты понадобишься вскоре после этого. Прямо сейчас Ди моя, и я продолжу делать то, что делал. Мы выясним, кто этот ублюдок, и я смогу с ним справиться. А потом мы будем жить дальше, как семья, которой мы и являемся.
Они понимающе кивают, но Грег отодвигается от стола. Он открывает дверь, выходит и захлопывает ее за собой.
— Дайте ему секунду, чтобы осмыслить это. Ты не можешь ожидать, что он просто отмахнется от того факта, что он, по сути, игнорировал Ди, когда она в нем нуждалась. — Аксель прав. На данный момент вопрос в том, кто лучше справится с этим, Грег или Иззи.
Проходит почти полчаса, прежде чем Грег возвращается. Он подходит к тому месту, где я стою у окна, и заключает меня в объятия. Я несколько раз хлопаю его по спине и позволяю ему обнимать меня. Как бы я ни был расстроен из-за него, я знаю, насколько серьезно он относится к своим отношениям с женщинами в своей жизни. Я знал, что ему будет нелегко осознать, что он кому-то нужен, а он этого не замечал.
— Не кори себя, Грег. Сейчас она по другую сторону баррикад. Даже после того дерьма в офисе, в ней есть сила, которая дает мне понять, что с ней все будет в порядке.
Он отстраняется и смотрит на меня с явной болью в глазах.
— Спасибо, что был рядом с ней, когда меня не было.
Я киваю, и мы возвращаемся к столу. Я знаю, что это еще не конец. Ди придется покончить с этим и простить его, прежде чем они смогут двигаться дальше. И, судя по выражению его лица, он тоже это понимает.
Остаток утра мы проводим, обдумывая то, что нам известно о нападении на нее. По сути, почти ничего нет. Адам Харрис не выходил на работу с пятницы, предшествовавшей нападению. В его квартире все по-прежнему, только все разгромлено, как будто ему пришлось уезжать в спешке. Его семья не имеет ни малейшего представления о том, где он может быть. Нападавший на Ди припарковался достаточно далеко от ее офиса, чтобы его машина не попала ни на одну запись с камер наблюдения, и он никогда не снимал маску, находясь в зоне действия камер.
У нас ничего нет. И все, что я вынес из этой встречи, — это глубокое чувство, что все будет только хуже, прежде чем станет лучше.
Глава 15
Я нервничаю перед обедом с Иззи больше, чем предполагала. Я знаю, что веселья точно не будет, мы не сможем просто поболтать и посплетничать. Она будет в отчаянии, когда я расскажу ей все, что скрывала.
Бек ушел этим утром, беспокоясь за меня, потому что знал, что произойдет сегодня. Но он также ушел, зная, что мне нужно сделать это в одиночку, и не задал ни одного вопроса.
Я могу только надеяться, что когда он вернется домой, и я скажу ему то, что должна был сказать Иззи, он все еще будет готов поддержать меня.
Пришло время освободиться от всей этой боли.
***
Я только что вышла из душа, когда услышала стук в дверь. Я подумываю о том, чтобы запереться в ванной и спрятаться, но через несколько секунд, успокоив дыхание, мне удается побороть панику.
Быстро надев спортивные штаны и футболку, которые Бек оставил утром на полу, я направляюсь к двери, ощущая лишь легкую дрожь в конечностях. Как можно тише я подкрадываюсь к двери и смотрю в глазок. Когда вижу, как Мэддокс впивается взглядом в массивную деревянную дверь, я слегка улыбаюсь, делаю глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, и открываю дверь.