Тренировочный день 6 (СИ)

— А? — девушка подняла взгляд от бумаг на своем столе и сосредоточила взгляд на его лице: — секундочку.
Девушка поднялась со своего места, и Виктор с удовлетворением отметил, что его догадка оказалась верна — внизу девушку украшала строгая черная миди юбка и черные же туфли без каблуков. Ростом она оказалась Виктору ниже плеча, но прямая спина и развернутые плечи как будто делали ее выше. Она обошла свой стол и остановилась перед Виктором, внимательно оглядела его с головы до ног. Под этим серьезным взглядом ему стало слегка неловко за свой мятый спортивный костюм и за то, что волосы на макушке торчали во все стороны, надо бы в парикмахерскую зайти, да все недосуг было. Но времени переодеться не было, вчера был матч, а вечером отмечали, а потом к Лиле на квартиру поехали… в общем к себе домой он так и не зашел. В таком же виде он с утра и в школе отметился, уверил комсорга Риточку что обязательно выйдет на работу с завтрашнего дня, хотя та уже откуда-то все знала, поздравила их с победой и никаких вопросов задавать не стала. Кто бы мог подумать, что Маргарита Артуровна, председатель комсомольской ячейки школы — знает за спортивные достижения области по волейболу? Они даже поболтали немного на тему кого куда нужно ставить и что «Синицына в последнем сезоне на взлете, а Бергштейн ровненько идет, а других кроме этих двоих и Кондрашевой у 'Соколов» нет и быть не может, потому что… и вот как раз на перечислении факторов их и прервала Альбина Николаевна, которая сделала им замечание что они слишком уж эмоционально и громко спорят, какой пример подрастающему поколению показывают… и тут Виктор взглянул на часы и быстро распрощавшись, рысцой побежал в спорткомплекс, где Валерий Сергеевич направил его к руководству, дескать вызывают.
  
— Хм. — тем временем сказала девушка-секретарь и аккуратно сняла с его плеча какую-то белую нитку и откуда она там взялась? Не теряя времени, девушка извлекла откуда-то расческу и прозрачную бутылку с распылителем, таким брызгают на растения ну или используют в парикмахерских. Попшикав ему на голову она встала на цыпочки и стремительно уложила волосы, действуя как заправский парикмахер. Белым носовым платком протерла ему лицо и, отступив на шаг — оглядела его с головы до ног еще раз. Что-то буркнула про то, что уж костюм-то надо иметь нормальный и что Соломон Рудольфович опять расстроится, а у нее времени нет. Покачав головой, она с недовольным видом указала ему на дверь с красной табличкой.
— Соломон Рудольфович очень занятый человек. — сказала она: — говорить только по делу, глазами по сторонам не бегать, время не отнимать. Не мяться, говорить громко, четко и с уважением. Все понятно?
— Как у вас тут строго. — улыбнулся Виктор: — прямо как к Его Величеству на прием пришел.
— Королевство Таволора размером в пять квадратных километров, а его население составляет одиннадцать человек. — не моргнув глазом ответила девушка-секретарь: — тем не менее там есть король. Комбинат занимает площадь сто двадцать тысяч гектаров, а работают на нем свыше двадцати тысяч человек. Его Величество и в подметки Соломону Рудольфовичу не годится. Убедительная просьба не отнимать у Соломона Рудольфовича время дольше необходимого. Он очень занятой человек.
— Это понятно. — Виктор потянулся было почесать затылок, но был остановлен недовольным взглядом девушки, и мгновенно сообразил, что чесать затылок, когда она только что уложила ему волосы было бы не комильфо.
— Директор Гневин царствует, но не правит. — дополняет девушка, глядя Виктору прямо в глаза: — а пока он в Москве все вопросы решает Соломон Рудольфович.
— Понятно. Значит он кардинал Ришелье при Людовике. — кивает Виктор: — понимаю.
— Вот и отлично. — фея-хранительница начальственного кабинета шагнула к стону и нажала на кнопку селектора, наклонилась над ним и быстро облизнула губы.
— Соломон Рудольфович. — сказала она в селектор, и Виктор поразился трансформации, которая произошла с ее голосом. Только что она говорила с ним сухим, строгим голосом и тут же изменила его на мягкий и тягучий, одновременно понизив на две октавы. От такого голоса у диабетиков сахар в крови подниматься должен — настолько он сладок, словно цветочный мед из колоды пасечника.
— Соломон Рудольфович, к вам пришел Полищук. — девушка продолжила изливать тягучий мед своего голоса в селектор: — он в приемной ждет. Хорошо, я поняла. — она отжала кнопку и повернулась к Виктору и уже совсем другим, сухим и официальным голосом произнесла: — вас ожидают, входите.
— Спасибо. — Виктор кивает девушке, которая умеет менять свой голос столь удивительным способом: — вы меня поражаете. Удивительные таланты. — девушка тем временем открыла дверь и сделала нетерпеливый жест рукой из разряда «ну же!», не отреагировав на комплимент Виктора совершенно никак. Что же… нет пророка в своем отечестве. Виктор прошел в двери и мысленно кивнул себе. Именно такого он и ожидал. Огромный кабинет с высоким потолком, на одной стене окна, уходящие в пол, на другой — карта страны. Стол, тоже размером со средний авианесущий крейсер HMS «Queen Elizabeth», отросток к столу для конференций с тремя креслами с каждой стороны. Огромный же шкаф за столом и креслом… но хозяин кабинета не сидел на своем месте на своем огромном троне из качественной черной кожи. Он примостился на диване, вместе с еще одним гостем этого кабинета. Второго посетителя кабинета Виктор тоже знал в лицо. Это был Гектор Петрович, директор гормолзавода.
— О, а вот и наш герой! — Соломон Рудольфович поднялся с дивана и сделал один шаг навстречу Виктору, протягивая ему ладонь для рукопожатия: — герой, герой! Это Гектор Петрович, он директор молокозавода. Так сказать, предводитель «Красных Соколов», будете знакомы теперь. Гектор Петрович, а это у нас Виктор. Новый тренер.
— Да? — Гектор Петрович в свою очередь протягивает Виктору руку и Виктор пожимает и ее. Рукопожатие у директора молокозавода крепкое, несмотря на его телосложение. Выглядит Гектор Петрович как приятный пухлячок, но Виктор знает, что люди именно такой комплекции обычно и поднимают под пятьсот кило в пауэлифтинге. Судя по всему — бывший штангист, тяжелоатлет, таких сразу видно. Проклятие профессионального спорта — быстрый набор веса после завершения спортивной карьеры.
— А я думал у вас Валентин на тренерстве. Кстати, я ж его на матче не видел… — они обменялись рукопожатиями, и хозяин кабинета жестом пригласил всех к столу. Виктор подождал пока сядут старшие, про себя отметил, что Соломон Рудольфович не сел за свой стол, на свой черный кожаный трон, а уселся как и все на обычные кресла вокруг стола для конференций. Этот небольшой жест говорил о хозяине кабинета многое. Например то, что он прекрасно понимал как действует на человека окружение и если бы он сел на свое место, то поневоле выделился бы. Подчеркнул бы что они — не равны. Этот кабинет был сделан так, чтобы сидящий на черном кожаном троне — подавлял всех остальных. Однако Соломон Рудольфович демонстративно проигнорировал свое кресло во главе стола и уселся как все — за столом для конференций. Виктор был уверен в том, что Соломон Рудольфович не со всеми вот так садится. Значит он хочет подчеркнуть, что делает шаг навстречу и что он уважает собеседников. При этом Виктор был готов поставить на кон свой тренировочный костюм (единственную его ценность!) на то, что Соломон Рудольфович делает это не для него. Кто ему молодой тренер, пусть даже неплохо показавший себя на товарищеском матче? А вот директор гормолзавода, хозяин команды-конкурента… большой человек. Это не просто встреча, это встреча на высшем уровне для провинциального сибирского города. Как шутят жители соседних областей, «население Колокамска составляет на пятьдесят процентов военные, на пятьдесят процентов работники Комбината». Конечно же они не правы, Колокамск давно уже не является рабочим поселком при Комбинате, однако Комбинат все же имеет огромное значение для города. Руководство Комбината в городе имеет такую негласную власть, что никакому Ришелье и не снилось. Однако… все и военные и гражданские служащие, будь то работники Комбината или нет, абсолютно все — пьют молоко.