Трофей темного короля (СИ)
— Надо объяснить ей, что ревность беспочвенна, — меланхолично ответила я, отрываясь от пейзажа.
— Из служанок алэр только с ней спит. Не знаю почему. Во дворце много других прехорошеньких есть. Может… — Фрида похихикала, — вытворяет чего удивительного.
— Мне не интересно.
— Чудачка ты, лирэя. Вот скажи, разве наш алэр совсем-совсем несимпатичный?
Затянувшаяся пауза заставила поднять взгляд. Фрида стояла, опершись на черенок швабры, и прожигала меня ехидным взором карих глаз.
— Совсем! — заторможено ответила я, возвращаясь к идеально чистому подоконнику. Судорожно протерла еще раз.
Разве может нравиться такой, как Аристид Рэвиаль? Дикий, беспринципный, циничный наглец.
— Зря ты так… Наш алэр…
Дальше я не слушала, потому что перешла к уборке на поверхности рабочего стола. Провела тряпкой по краю, аккуратно обвела раскрытый журнал, не касаясь, чтобы не намочить желтые страницы, отставила перо и чернила, протерла, а потом застыла над папкой, из которой выглядывал уголок карты с названием королевства лесов — Энделисэйм.
— … ещё наш алэр рассказывал, что… — Фрида стояла спиной и была слишком увлечена рассказом.
Затаив дыхание, я аккуратно потянула карту за уголок. Дальше. Больше. Сердце забилось чаще — и карта оказалась у меня в руках. Внутри находились еще документы. Их достала тоже, на этот раз быстрее и смелее.
Находкой оказался план нападения на два города Энделисэйма в следующем месяце со всеми передвижениями драконов мертвых земель, пометками и уточнениями.
— Ты что вытворяешь? — с ужасом окрикнула Фрида и в мгновении ока оказалась рядом, забирая бумаги и складывая обратно в папку. — С ума сошла⁈
— Это… это…
— Я же поясняла: мы убираем в кабинете везде, кроме шкафов, тумб, ящиков и рабочего стола! Ничего трогать нельзя!
— Но…
— Уф-ф-ф! Лирэя!
— Но…
— Будем молиться, чтобы алэр не заметил!
Я медленно выдохнула.
— Забылась, — солгала, с тяжестью на душе понимая, что ужасная находка у старшей служанки не вызовет осуждения. Драконы мертвых земель систематично нападают на земли людей. Здесь это в порядке вещей.
— Ладно. Ничего. Это моя вина. Не переживай, лирэя. Нужно было лучше следить за тобой.
— Прошу прощения.
— Не волнуйся. Если алэр заметит, скажу не выдержала вида слоя пыли и вытерла. Прикрою. Меня-то простит, а тебя… Ладно. Иди. Я сама закончу.
Уйти без получения новых заданий показалось отличной возможностью. Я кивнула, оставила тряпку и вышла. Надоело натирать полы и поверхности во дворце, который ненавидела всем сердцем, в который меня затащили поневоле.
Радует хотя бы новость о Северине. Он живой, а значит есть надежда на спасение.
Весь день я провела в комнате. Давно мечтала устроить выходной, побыть наедине с мыслями и никого не видеть. Но к сожалению, вечером раздался стук в дверь. Незваной гостьей оказалась Фрида, перепуганная и бледная, как сама смерть.
— Плохи дела, лирэя.
— Что случилось?
— Заметил, — мрачно процедила она и воровато оглянулась.
Я кивнула, понимая, что речь идет о той злосчастной карте, перед которой не устояло моё любопытство.
— Не поверил, что я взяла, — продолжила она, — не врать попросил.
— И? Ты рассказала обо мне?
— Нет! — закачала отрицательно головой. — Ничего не сказала. Он и не спрашивал, только… приказал, чтобы сегодня вечером прислуживала ты, лирэя.
Я оперлась головой на дверной косяк и вымученно улыбнулась.
— Говорят, честь помогать правителю в вечерней подготовке ко сну.
— Я честно просилась помочь тебе, ты же ничегошеньки не знаешь, но алэр запретил.
— Не переживай, Фрида. Эта помощь — лишь предлог вызвать меня к себе, чтобы устроить допрос с пристрастием. Когда необходимо явиться?
— Так уже!
— Прекрасно. Я уже опоздала, — закрыв за собой дверь, направилась в опочивальню алэра.
* * *Я вошла в покои.
Меня вмиг приворожило сияние от множества канделябров, расставленных по углам просторной комнаты; казалось сам воздух насыщен мерцающим огнём, теплый, дрожащий свет которого, создавал на стенах игру теней. Повсюду в хрустальных вазах благоухали цветы примулы, наполняя помещение сладкими нотками.
Аристида нашла за рабочим столом у окна. Он ухмыльнулся при виде меня, отложил бумаги, подошел плавными шагами, словно опасный хищник к желанной добыче.
— Мой алэр, — процедила заученную фразу, в которую я не вкладывала ни капли почтения, и присела в коленях.
Ёрум обхватил пальцами мой подбородок, вынуждая меня посмотреть ему в глаза, в них, как и всегда, текла, пульсировала раскаленная лава.
Аристид неожиданно улыбнулся.
— Ты пришла, — утвердительно произнес он, — пойдем, — легонько придерживая, алэр подвел меня к столу. — Кажется, из-за паники Фриды ты не успела до конца ознакомиться с планом.
Мне любезно протянули до боли знакомую папку. Я не взяла.
— Передумала⁈ — с картинной грустью поинтересовался ёрум, склоняясь ниже, чтобы увидеть мой взгляд.
Когда я отвернулась, правитель снисходительно улыбнулся, убирая документы в нижний ящик.
— Эмили, — Аристид подошел вплотную, нежно опустил руку на плечо и вкрадчиво прошептал на ухо: — на сей раз я позволю себя одурачить и поверю Фриде, но на будущее, прошу, не лезь в мои дела.
— Если это всё, разрешите идти, алэр.
— Пытаешься сбежать, — отметил с едва заметной насмешкой в голосе.
— Глупо называть бегством уход в другую комнату вашего же дворца.
— Избегание, Эмили, — поправил Аристид, — столь же неприятно, как и твоя дерзость.
— Рассчитывали на другое? Увы.
Алэр покровительственно улыбнулся, обошел меня по кругу, прожигая взглядом, надменным и властным, указывающим на привычное место.
— Ты кое-что, кажется, недопонимаешь, Эмили, — пояснил беззлобно, останавливаясь напротив, — ты дерзишь мне не потому, что смелая и гордая, а потому, что позволяю я. Пока.
— Угрожаете?
— Предупреждаю.
Я глубоко вздохнула.
— Если профилактическая беседа окончена, теперь-то разрешите идти?
— Выпьешь со мной?
Мы задали вопросы одновременно.
Аристид усмехнулся, обнажая белоснежный ряд зубов с едва заметными удлиненными клыками, галантно добавил:
— Я настаиваю, Эмили.
— Не пью. Вредно для здоровья.
— Я налью сок.
И не дожидаясь ответа, мужчина выдвинулся в сторону небольшого круглого стола, на котором красовались стеклянные бутылки с напитками и разные угощения.
— Со всеми слугами подготовка ко сну правителя Эдильборга проходит подобным образом? — спросила я, пока мужчина наполнял бокалы.
Он рассмеялся, по-настоящему и искренне.
— Не со всеми.
— Только со мной и Агдой? — поинтересовалась риторически, беря бокал с апельсиновым соком.
Аристид стукнул основанием своего бокала по ободку моего и ответил:
— Если бы ты меня ненавидела, подумал, что ревнуешь.
Я сделала глоток, всем естеством оборачиваясь во вкус, пытаясь разобрать нетипичные апельсину нотки.
— Не бойся, не отравлено, — заметил собеседник и пригубил виноградный напиток, не убирая ядовитую ухмылочку.
— Зачем ты притащил меня в Эдильборг?
— Хороший вопрос.
— Насолить Северину⁈
— Как и земли за Черной пустошью, Северин мне безразличен. Ты мне просто… понравилась. Я захотел узнать, какая ты, лирэя из сокрытого мира. Ни больше, ни меньше.
— Разочарован?
Аристид ответил не сразу, подошел к окну, задумчиво посмотрел вдаль.
— Удивлен.
— Удивлен? Чему?
— Непростительной беспечности и редкостной удачи.
Я опустила бокал на стеклянную поверхность стола и ухмыльнулась, сложив руки на груди.
— Приму за комплимент.
Повисла лёгкая пауза, в тишине которой слышалось учащенное биение моего сердца и неспешные шаги Аристида, приближающегося ко мне.
— Расскажи мне о сокрытом мире, Эмили.
— Рассказать о сокрытом мире — это позволить узнать о себе, алэр. А я не хочу.