Почти библейский исход (СИ)

— Господа и дамы! Вы ещё передеритесь! Как дети, ей-богу!
Немая сцена.
— Ну чего уставились, как Кузьмичи на генерала? Давайте так: Иваныч с Сергеем и Сёмой решают, что главное за морские дела, что можно потом и на что можно забить. Саш, ты отвечаешь за «сухопутье» до Москвы и, наверное, прикидываешь, как Иванычу с Серёгой домой добраться. Как вам?
— А ты?
— Хо-хо! Я-то… Блин, если честно — не знаю, на подхвате, наверное, как обычно. В данный момент, например, думаю, что цистерну надо в МДК опростать, заново наполнить и на борт полную загнать. В запас. Хавчика, по мнению моего прапора внутреннего, до Москвы с лихвой хватит, уж консервов-то точно. И броневикам ПХД нужен. Кстати, я б до давешнего брошенного добрался — с моей стороны бронестеклу досталось, может, поменять получится…
  
Накал страстей поугас. Нет, не то чтобы «мир во человецех» или как там в библии, воцарился, но пена у ртов высохла и зверем никто ни на кого не смотрел. Беседа застольная приобрела мирный и конструктивный характер. Сёма, переглянувшись с Тамиром и придя к консенсусу, спустя минут десять под бормотание «по чуть-чуть, для разговора…» оживил застольный пейзаж двумя бутылками из гостиничного бара. В общем, даже Саша забыла про своё офицерство и караульную службу, вышла и вернулась со снятой с поста Юлей. Так что остаток дня, вечер и даже часть ночи прошёл в сплачивании, сплочении и «спивании» нашего маленького коллектива — без ужравшихся в говно и драк-разборок, но с купанием, общением по интересам и негромким хоровым (желающими) пением на берегу моря под рассыпанными по небу звёздами.
Не всегда получается плохо, когда хочешь хорошего… Пошёл поискать-принести дамам вина, на полпути догнала Юля, нашли на кухне вино, открыли, продегустировали — вдруг не то… И в процессе дегустации как-то губами встретились… И никуда не пошли, в смысле — на улицу к народу. А отправились искать большую кровать. Никогда не искали место для уединения в нетрезвом виде с нетрезвой девушкой в обнимку? Оч-чень интересно, увлекательно и местами смешно. Таки нашли, разбив, правда, в процессе бутылку, но на «продолжение банкета» эта потеря не повлияла. В сон проваливался с мыслью «Жизнь налаживается!», когда темень за окном сменялась предрассветной серостью.
25 марта 2007 г.
Долго разоспаться не получилось — встающее солнце щедро залило комнату розово-красным светом. Сонные потягушечки перешли в обоюдное переплетение рук и ног, вполне осмысленное… А дальше начался цирк! На стадии уже ласковых поглаживаний — успели-таки! — за дверью послышался шёпот.
— Сёмушка, прекрати!
— Как «прекрати»? А вдруг шо?
— Что ты как маленький!
— Стонали же? Орали? А вдруг?
— Неуёмный! Ты тогда не вламывайся, а постучи сперва!
Юля, зарывшись в подушку, мычала и постанывала. Я, напялив труселя и подхихикивая, пошёл встречать утренних гостей.
В коридоре обнаружился бравый Сёма в трусах и с автоматом и закутанная в одеяло Алёна. Цвет кожи у обоих медленно менялся с нежно-розового на густо-красный.
— Утро доброе! Что, не спится без папки?
— Дурак!
— Да мы это… Вдруг шо…
— Благодарю за бдительность, всё в порядке!
— Ну, мы пошли!
Забавная картина — дама в одеяле и мужчина в трусах с расцарапанной спиной, удаляющиеся от меня, шёпотом переговаривающиеся и переругивающиеся… И у обоих — густо-малиновые уши! Хихикнул им вслед негромко — ускорились и нырнули в третью или четвёртую дверь от нашей. А с кровати за моей спиной нёсся уже несдерживаемый хохот с всхлипываниями вперемешку.
Поржали, умылись, благо в санузле нашлись и щётки гостиничные с пастой, и прочие мыла-гели-шампуни, оделись и пошли в столовую.
«А поутру они проснулись…» Последними к столу пришли Маша с Сергеем. К этому времени из сидящих за столом нормальным цветом лица отличался Иваныч — остальные смущённо пунцовели попарно. Особенно выделялся Тотти, ставший густо-кофейным, и сидящая рядом Саша с видом «ах, было, девки, было», смущённо-счастливая такая… Опоздавшие органично влились в застолье и видом, и смущением, и цветом. Бравый мореман обвёл глазами экипаж, выдержал паузу, багровея — и зашёлся в диком ржаче. Это сорвало клапана и размыло плотину — к ржачу присоединились хохот, фырканье, гогот и хихиканье окружающих. Проржались, утёрли слёзы и под свеженалитые чай и кофе вернулись к действительности.
Разбились после завтрака на рабочие команды. Мы втроём — я, Саша и Тотти — по генплану должны были наведаться в «Сан Дрим» и набрать пожарных рукавов, чем больше, тем лучше. И прошерстить попадающиеся «микро-супер-мега-маркеты» на предмет пожрать в дорогу и дальше. Остальные, выставив часовых, занимаются корабельными и хозяйственными делами.
На полдороге к «Сан Дриму» посетила мысля — а чего придумывать с погрузкой-то? Тупенько доплыть на МДК до «места находки», транспорт туда же сушей перебросить — и грузись хоть до посинения! Озвучил свои гениальные соображения по ТПУ — просветили, я уже опытный «бронемастер». В ответ — сопение Тамира и Сашино «Обдумать надо!» Так до отеля и доехали, обдумывая.
Хрен его знает, везло нам или сказывалась достаточная удалённость от местных «эпицентров цивилизации», но сбор пожарных шлангов изобилием опасностей и приключений не сопровождался. Рутина практически — приехали, обобрали ящики с пожарными кранами, собрав под два десятка скрученных улитками рукавов, обобрали два пустующих «сельмага» — один узкоспециализированный «Овощи-Фрукты», второй продуктовый, в котором из хавчика было всё, кроме ассортимента первого… В общем, пришли — увидели — нагадили, в смысле взяли, что считали нужным, и ушли, не утруждаясь благодарностями. Тишина, безлюдье — рай для собирательства. Хотя и суеты хватало — «гастроном № 2» порадовал холодильной камерой, отключенной, но всё ещё державшей минус восемнадцать градусов внутри себя. Глазастый и памятливый Тотти сообщил, что возле «Даров природы» вроде был грузовичок с термо-кунгом. На рысях обратно, вскрышные-заводочные работы… Хрена лысого, не заводится! Но — «мы не ищем лёгких путей в бизнесе!», как информировал с телеэкрана не так давно какой-то холдинг. Три часа катания, штук десять пушечных снарядов, две неудачные попытки завести буржуинскую технику — и мы в Хопре, в смысле, я и Саша в «Фахде», а за нами — Тотти за рулём «Хёндэ-пони» с кузовом-холодильником, забитым мороженой говядиной, курятиной и бараниной — всё уже разделано и уложено в пластиковые порционные поддоны.
В «Марина-центр» мы добрались в самое пекло — два часа дня, солнце в зените… Меня явственно подташнивало, стопудово перегрелся. Саша тоже не мотыльком выпорхнула, но её тут же подхватил на руки Тотти и уволок в кондиционированную кабину «Хёндэ» приходить в себя. А меня в тенёк-холодок кто уволокёт? Кто обо мне позаботится? Даже Юля не смогла — дозорничала из окна второго этажа, всех скоропомощных мероприятий — пластиковая «полторашка» холодной воды, брошенная мне, и сочувственный взгляд… Кстати, Саше, похоже, образ слабой женщины очень нравится. Неужели никто и никогда товарища капитана на руках не носил? Картинка коня, спасённого Сашей из горящей избы, и его благодарность развеселили и привели в чувство. Вдобавок Тамир, выполнив кавалерские обязанности, приближается с загадочным видом… Ох, чуется мне, грядут геморрои…
«Манную кашу по чистому столу» Тотти размазывать не стал.
— Горелый «Свисс-отель» помнишь?
— Ну да!
— Надо туда съездить!
— На паркуя? За поджаркой? Так мяса вроде надыбали…
  
— Здание генераторной не горело. По крайней мере, тогда.
— И что?
— Из-за него грузовик высовывался…
— А раньше чего молчал?
— Только вспомнил… Морду нашего тягача увидел, когда Саше за холодной водой ходил — и вспомнил. Съездим?
— Вдвоём — нет. Пошли к твоей даме сердца.
«Тётя капитан» ласково попеняла кавалеру за забывчивость, меня похвалила за благоразумие и осторожность и приказным тоном заставила присоединиться к ней в прохладном раю кабины «корейца». Полчаса в прохладе и полтора литра воды на нос сотворили чудо почище банки варенья для Карлсона — в броневик грузились бодрые и свежие, как кот Борис рекламный. Прям трио бригадиров Жераров, неутомимых фуражиров!