Опасный рейд (СИ)

— Присядь, — решил проверить я.
Тот не подчинился. Значит, моя теория верна. Ну ладно, будем действовать в интересах умершего Уварова. Я улыбнулся.
— Присядь и возьми цепь в правую руку. Ею ты сможешь отмахиваться от врагов. Ты должен защитить сокровищницу своего хозяина.
Антон сделал то, что я хотел. Взял излишек цепи и намотал себе на руку, потом встал и принял боевую стойку.
Ближняя тварь была на потолке прямо над нами.
Интересно, подействует, если скажу, что меня послал его хозяин, чтобы помочь защитить сокровищницу.
Вроде помогло!
Вот и славненько. Теперь мои подсказки относительно боя будут намного эффективнее.
Сейчас по-быстрому порешим этих тварей, и буду думать дальше, как выбраться из пещеры.
Первая тварь поняла, что длины шеи не хватает, чтобы достать до Антона с потолка. Она спрыгнула вниз и сразу атаковала, пытаясь укусить. Мой спутник резко ушёл влево, накинув на длинную шею твари цепь. Пара точных ударов камнем в левой руке — и тварь валялась под ногами.
Две другие решили напасть одновременно с разных сторон, но я видел не только спереди. Вовремя подсказывая Антону, как ему поступить и где сейчас опасность, я решил исход боя.
Как бы эти твари ни были увёртливы и бесшумны, двигая во время боя только шеями, не создавая лишних звуков, они для меня были видны, а их однотипные атаки угадывались заранее.
Вот ещё пара тварей упала к нашим ногам.
Победа!
Но прогресс в общении с Антоном исчез, как только прошла явная опасность. Он сразу перестал действовать сообща и опять застыл в неподвижной позе. Надо было придумать, как заставить его делать что-то для нашего освобождения.
Утро следующего дня меня сильно огорчило.
Я потерял дар, которым овладел ночью. Всё из-за многочисленных шумов, наполнивших новый день.
Пришлось ментальным усилием свести чувствительность слуха к минимуму, чтобы не свихнуться от звуков вокруг. Вместе с этим ушла и способность к эхолокации, но я теперь знал, как её можно вернуть.
Вскоре после того как природа ожила, я услышал голоса людей, которые выкрикивали моё имя. Там было несколько десятков человек. Среди них иногда удавалось расслышать голоса моих друзей.
Попробовал перехватить управление над телом.
У меня, наконец, получилось. Тут же я испугался, что моё сознание сейчас мог захватить артефакт, одетый на шею Антона, но нет. Ему почему-то это сделать не удалось.
Получив зрение, я обнаружил под ногами три тела монстров с проломленными головами. Они были точно такими, какими я их увидел с помощью эхолокации. Пауки, размером с овцу, ноги изогнуты, длинная змеиная шея, плоская голова с огромной пастью. Твари были чёрного цвета, все в хитине и чешуе.
Захотел сделать шаг, но почувствовал, как силы начали покидать меня. Всё-таки я ещё не так окреп, чтобы перехватить управление над телом полностью.
— Я здесь! — завопил изо всех сил.
Ноги подкосились, и я свалился на землю, освобождая управление телом ненавистному мне Антону.
Надо было набраться сил.
* * *
Шесть дней спустя. Колония «Ярцево». Родовое имение Пожарских.
Наконец окрепнув, я был готов перехватить управление над ослабленным телом Антона. Почему ослабленным?
Да всё просто. Еда с водой закончились три дня назад.
Мне удалось убедить Антона, что его хозяин не хотел бы, чтобы тот умер от жажды. Подставив флягу под изредка падающие с потолка капли, нам удавалось собирать около стакана воды в сутки. Этого было мало, но вполне достаточно, чтобы не умереть от жажды в ближайшие дни. Мне надо было физически ослабить Антона, и я это делал.
Захватив управление над телом, я был точно уверен, что как минимум пара часов у меня есть.
Для начала пришлось немного перекусить высокобелковой пищей. Да, мерзко, не хотелось этого делать, но иначе силы оставили бы меня.
Из яиц мух личинка появляется меньше чем через сутки, а мух около трупов монстров хватало. Я приподнял разбитую голову монстра и из её смертельной раны посыпались личинки, уже подросшие за четыре дня.
  
Теперь надо было избавиться от цепей. Кандалы можно снять и потом, чтобы не поранить ногу. Необходимо действовать быстро, не теряя времени зря.
Нашёл место, где кольцо вбито в пол грота, взял камень и начал монотонно долбить по первому звену цепи. Если оно соскальзывало, я поправлял его и принимался за дело снова. Орудия приходилось менять, они крошились, ломаясь в самый неподходящий момент.
Так продолжалось не один час. Пить хотелось ужасно. Голова начинала раскалываться. В эти моменты я отвлекался на сочный белок. Как я сейчас ненавидел Антона! Я представлял, что если бы встретил его в жизни, то набил бы морду несколько раз подряд. А ещё хотелось заставить его есть не только эти личинки, а что-то ещё более мерзкое и отвратительное.
Злость помогала, придавала сил.
Тогда я возвращался к кольцу, удерживающему цепь, и с ещё большим ожесточением лупил по первому звену новым камнем.
— Клац, — наконец я услышал долгожданный звук не выдержавшего экзекуции металла.
Звено разломилось, и я смог его снять с кольца на полу.
Обмотал цепь вокруг тела, чтобы было удобнее нести. Сейчас она казалась просто неподъёмной, но я встал и пошёл.
Вышел из грота в расщелину. Там с трудом перебрался через колючий кустарник, весь поцарапался. Густая кровь начала медленно вытекать из ран. Я почувствовал, как силы стали покидать меня, но всё равно двигался вперёд уже на автомате.
Дошёл до места, где попрощался с жизнью Уваров, улыбнулся. Тропа здесь сильно пострадала. Остался лишь узкий карниз, не шире десяти сантиметров. Балансируя с перекрученной вокруг тела цепью, я еле прошёл этот опасный участок пути.
Двигался дальше на силе воли, понимая, что Антон вот-вот перехватит управление над телом.
Что он будет делать?
Спустится опять вниз и будет сидеть у двери в сокровищницу, пока не сдохнет от голода и жажды?
Нет, дудки тебе, Антон! Я не хотел умирать.
Наконец, выбрался с тропы на вершину утёса.
Услышал голоса. Сейчас, когда я управлял телом, слух стал обычным. Поэтому было непонятно, кого увижу, когда дойду до людей, и дойду ли?
Ещё пара шагов, ноги подкосились, и я упал.
Голова опять сильно запульсировала от боли. Я увидел, что руки все в крови и многочисленных порезах. Приподнялся, собрал последние силы и, превозмогая боль, сделал ещё несколько шагов.
Услышал крики людей впереди, постарался приподнять голову, чтобы увидеть их.
Но тщетно, я снова упал на землю лицом вниз.
 Глава 4 
Иван Давыдов. Пять часов вечера. Колония «Ярцево». Родовое имение Пожарских.
— Вань, а у тебя ещё есть с собой еда? — спросил Семён, уставившись на меня с надеждой в глазах.
Ну вот и что с ним делать? Этот Рубило как дитя, ничего не может решить сам. Постоянно надо ему всё разжёвывать и обо всём напоминать. С другой стороны, с ним по крайней мере не соскучишься.
— Зачем ты нашу еду скормил животине? — поинтересовался я в ответ.
— Он не животина, он Яшка, — сказал Семён, поглаживая голову друнду.
— Вот и оставил бы его в загоне или дал бы попастись, здесь кругом зелени много, да ещё живность всякая бегает, а ты ему пироги все скормил, вот теперь и голодай. Я спокойно до ужина потерплю.
После боя в деревне друнд Прохора признал Семёна вожаком и всё время пытался увязаться за дровосеком, словно маленькая собачонка. Он перестал слушаться команд прежнего хозяина и всячески саботировал работу. Прохор здорово обрадовался, когда Семён, не думая, выдал за эту птичку все свои деньги, заработанные обжорством в Павловске. Цена эта была явно завышена, но так как все стороны остались довольны сделкой, то вполне справедлива.
Теперь эта птичка, способная везти телегу, а в бою заклевать насмерть, вела себя рядом с Семёном как ласковый пушистый котёнок.