Изображая пару (СИ)
Нет, все-таки надо будет в этом разобраться… но чуть попозже. А то меня точно обвинят в шпионаже за древней семьей некромантов и прикопают раньше, чем папочка сообразит где искать дочь-авантюристку.
Пройдя по довольно длинному пустому и скучному коридору, мы спустились по гулкой лестнице и вышли во двор.
Здесь я увидела первых людей с обеда – одни что-то разгружали с телеги, другие что-то таскали, третьи переругиваясь меж собой. Мы же проскользнули мимо них незамеченными и, выйдя через огромные, никем не охраняемые ворота с вросшим в землю подъемным мостом через давно высохший ров, оказались за пределами замка.
И тут я впервые с момента выхода из портала вдохнула полной грудью.
– Легчает? – участливо спросил Нолан.
Нельзя было говорить парню, что некромантия на меня действует меньше, чем могла бы действовать на обычную артефакторшу, и не хотелось говорить, что я действительно почувствовала облегчение, покинув каменные стены, впитывавшие магию некромантов много поколений.
– Все нормально, – отмахнулась я. – Ну, показывай свои владения!
41
Я думала, что замок грозных некромантов стоит в туманных горах. Чтоб со всех сторон его защищала бездонная пропасть, и только узенькая дорожка тянулась к главным воротам.
А оказалось, что Хайроды обитают посреди… болот!
Точнее, посреди леса и болот.
– Вижу, ты удивлена, – рассмеялся Нолан.
– Немного, – не стала отрицать я.
– Спрашивай, – улыбнулся Нолан.
Мы шли по дороге, которая когда-то была вымощена широкими каменными плитами, но время оказалась беспощадно и к ней. Местами камень треснул, местами плиты и вовсе начали сползать с дорожного полота на обочину. Точнее, в болото, служившее обочиной.
Пахло сыростью, и воздух, казалось, не двигался. Да и в целом пейзаж был довольно удручающий. Снег сошел, оголив безжизненную землю, лысые скрюченные деревья устало тянули свои ветви к серому небу, и казалось, что в тенях шевелится злой туман.
– Почему здесь? – спросила я, не сумев сформулировать четко ощущение от места.
– Почему болото? – уточнил Нолан.
– Да. Я думала вы живете где-нибудь в горах…
Парень хмыкнул:
– Мы же некроманты, Роуз. Знаешь, чем прекрасны болота?
– Брусникой? – улыбнулась я.
Нолан рассмеялся:
– Мне нравится твой оптимизм! Но не совсем… – парень вздохнул и, немного помедлив, произнес: – трупы почти не разлагаются в болотах, Роуз. Здесь когда-то были страшные сражения, многие армии полегли под стенами нашего замка. И, если потребуется, они встанут на его защиту.
Я брезгливо передернула плечами и как-то против воли стала идти поближе к Нолану. А этот нахал взял и обнял меня! Обнял за талию!
– Ты что! – зашипела я и попыталась отстраниться.
– Ну а что? – с невозмутимым видом произнес он. – Мне приятнее, тебе спокойнее.
– Нахал! – насупилась я.
– Не «нахал», а «мой любимый жених»! – деланно возмутился Нолан.
Я фыркнула, но… отстраняться не стала.
– Куда мы идем? – спросила я, когда на развилки парень уверенно повернул направо на еще менее сохранившуюся дорогу.
– Просто гуляем. Болота вот показал, сейчас семейный склеп покажу, – озвучил некромант план экскурсии. – А дальше заглянем в местную деревушку, пообедаем.
– А почему не в замке? – не поняла я.
– Чтобы тебе было полегче, – немного грустно улыбнулся парень.
– Спасибо, – пробормотала я, совершенно забыв, что я обычный артефактор и меня уже должно было расплющить от эманаций некромантской магии.
Совсем плохая дорога, где плит было меньше, чем засохшей грязи вперемешку с мелким гравием, вывела нас ко дворцу. Как-то по-другому это строение назвать язык не поворачивался. Выполненный в темном камне, с ажурной резьбой, башенками и витражными окнами когда-то наверняка это был самый прекрасный дворец из всех, что мне доводилось видеть.
Но окна были заложены серыми грубыми камнями, а стекло витражей местами побито. Черепица башенок частично осыпалась, и некоторы шпили покосились. А красивый, благородный серый камень изрядно подточила местная сырость. И, самое главное, входная дверь была закрыта на тяжелый, чуть светящийся, магический засов.
– Когда-то это был родовой дворец Хайродов, – пояснил Нолан. – До того, как моя семья стала владеть печатью. Так что дом превратился в склеп, а семья переехала в отстроенный замок.
Он говорил это просто и обыденно, но я знала, что за этими словами кроется страшная семейная тайна. Тайна, позволившая Хайродам заполучить печать и возвыситься.
Но все это никак не могло объяснить одного, а я решила, что раз уж мы стоим в обнимку посреди болота и любуемся родовым склепом, то по крайней мере спросить имею право.
– Нолан… – негромко проговорила я. – А почему все такое… заброшенное?
42
Парень глубоко вздохнул, продолжив рассматривать семейный склеп, и ответил не сразу.
Но все-таки ответил.
– Когда-то давно империя нуждалась в роде Хайрод. Мы были сильны, мы отстаивали интересы короны, мы расширяли наши границы. Мы брали свое по праву и мало интересовались последствиями. Это касалось всего: территорий, магии, женщин… – Нолан жестко усмехнулся. – А потом империя поглотила весь континент, и наши услуги стали не нужны. Мы по-прежнему богаты, и все так же сильны, но уже не так влиятельны. Рода наперебой не бегут отдать нам своих дочерей в жены, юные свободные некроманты не спешат присягать на верность, и, что самое печальное, нам и самим больше некуда стремиться. Мы залили кровью треть континента, неся знамена императора, а теперь что? На болотах не разбить сад, не вырастить пшеницу, не вырастить стада. Мы – воины, ставшие никому не нужны в мирное время. Так что сейчас другие семьи на коне. Мирные Форесты, например, или нечистые на руку Валроды.
– Звучит печально, – грустно произнесла я.
– Зато правда, – равнодушно пожал плечами Нолан.
– Тебе придется это исправить? – я посмотрела на парня. – Ну, когда станешь главой рода.
– Мне? – удивился некромант. – Нет. Зачем? Наш род может предложить только смерть, а это не тот товар, которым можно торговать.
Я не могла сказать, что мы с Ноланом были близки, но в один момент я почувствовала всю тяжесть и безысходность его бремени. И мне стало искренне жаль и парня, и его род, и это лишенное всякой жизни место.
– Пойдем? – предложил парень. – Пожалуй, это лучшая экскурсия, которую я могу тебе предложить. Зато в ближайшей деревне недурный трактир, а я что-то проголодался от долгих прогулок на свежем воздухе.
– Ага, – отозвалась я, и мы не спеша отправились обратно к развилке.
Но стоило нам отойти от склепа, как я почувствовала какое-то движение в тени рядом с дорогой и, каюсь, позорно дернулась, сильнее прижавшись к Нолану.
– Ты чего? – не понял парень.
– Там что-то есть! – прошептала я, указав рукой в сторону подозрительного шевеления и запрокинула голову, чтобы посмотреть на парня.
Некромант смотрел на меня со смесью скепсиса и любопытства. Клянусь, если сейчас он пошутит, что я нашла повод прижаться к нему потеснее, я его тресну!
Но Нолан был не только благороден, а еще и терпелив.
– Мертвые не поднимаются просто так, Роуз, – спокойно произнес парень. – Тебе совершенно нечего бояться. Пока ты со мной, к нам даже хищник не подойдет.
Хищников-то я не боялась! В отличие от того, что тут годами копили Хайроды по своим болотам…
Мы продолжили идти, и Нолан тактично не комментировал, как я в него вцепилась. А я решила, что неблагородной артефакторше без разницы как крепко можно держаться за локоть парня, когда из кустов того и гляди выскочит какая-нибудь пакость.
И надо сказать какая-нибудь пакость все-таки выскочила!
От неожиданности я взвизгнула. Громко, искренне, чисто по-девичьи. А затем юркнула за спину Нолану, мысленно молясь, что не придется показывать родовую магию, и ожидая демонстрацию некромантии в реальных боевых условиях.