Скверная жизнь дракона. Книга седьмая (СИ)

— В нашу следующую встречу мы поговорим не только о результатах, или как быстро их раскупят на аукционах, — я показал на трофеи, говоря голосом холодным. — Мы поговорим о других вещах.
— У тебя щепетильная просьба к лиге? — Илур настороженно перевёл взгляд с заллай на моё лицо.
— Нет. Мы поговорим о таких вещах, за которые нас с тобой вполне резонно прирежут в подворотне. И эти вещи — тоже заллаи.
— Должен ли я вызвать группу охраны?
— Не надо настолько афишировать ценности в телеге. Хотя несколько опытных авантюристов на охрану я бы рекомендовал отрядить.
Илур намёк понял, от лица лиги обещая, что опытные и хорошо экипированные авантюристы будут приставлены к охране. Дальше уже не мои заботы.
Сейчас же я имел к Илуру просьбу и вопрос. Я попросил ратона сказать про ценность различных монет на двух материках. Больше всего интересовали монеты Арнурского королевства, и насколько вообще правильно все свои деньги хранить в них.
— К твоему возвращению всё подготовлю, но… — Илур немного замялся, с хитрецой уличного торгаша глянув на заллаи. — Почему бы тебе не вложить немного и в монеты Ганзейской лиги?
— А они чего стоят?
— Сейчас — ничего. Но ты ведь отправил партию миклов, а скоро война. И в следующем году собираешься многое добыть.
— Намекаешь, что тысяча монет Ганзы сейчас и через пару лет — это разные тысячи?
Илур в ответ удовлетворённо кивнул, жадно облизнув тонкие губы.
— Лиге нужно расширяться, открывать свои представительства. Не так-то просто попросить незнакомцев довериться чему-то слабому и мелкому. Мало желающих вложить деньги в монеты лиги.
— Вопрос доверия. Но откуда я могу быть уверен, что через пару лет окажусь в плюсе? У меня непомерный долг перед лигой, и я хочу его выплатить.
— Если между нами, — Илур перешёл на шёпот, хотя кроме нас двоих в доме никого и не было. — Руководство лиги рассчитывает, что война на северном континенте начнётся следующей зимой, и продлится семь лет.
— Мне в прошлый раз назвали другую цифру.
— Вначале руководство думало, что война будет за дань. Но теперь вопрос в территориях. Такие быстро не проходят.
— И тут появляется ксат, который снабдит лигу всем необходимым для торговли?
— Через три года уже будет ясен победитель. Или лига решит поддержать выгодную сторону. Большая часть твоей добычи отправится туда.
— Преференции в торговле и дивиденды. А за ними и возросшая ценность монет Ганзы, — понятливо закивал я.
— Нет, — отрезал Илур. — Лига потребует самое важно, преференции ей ни к чему. Она потребует, чтобы её монеты стали дополнительной валютой в государстве победителя. Или в союзе победителей, если их несколько будет. Это в тысячи раз выгодней, чем бессмысленные преференции.
— И с расчётом на будущее укрепление монеты, лига уже сейчас хочет открыть представительства в государствах на южном материке. А для этого нужны местные деньги, — сказал я, на что Илур согласно закивал. — Не означает ли всё это, что лига заинтересована во мне даже больше, чем я в лиге?
— Если только между нами, — Илур приложил указательный палец ко рту.
Всё сказанное остроухим может быть блефом, чтобы вытянут с меня деньги. Но блеф обставлен красиво. К аргументам не прикопаться, тем более что главный довод — мистер Морщинка. И чем больше он добудет заллай, тем больше шансов у Ганзы оказаться в победителях.
— Оставим этот разговор к следующей встрече, — я показал на заллаи. — Местные деньги лига хочет получить с аукционов, где будут продаваться эти заллаи. Но я хочу знать, где и какие вообще будут проходить аукционы, и что на них будут выставлять. С весны до осени.
— Хочешь построить маршрут, опираясь на это? — Илур глянул на карту южного материка, к которой мы так и не притронулись. — Это возможно, но ответить я смогу не раньше зимы.
* * *
Несколько секунд назад одноухий авантюрист впервые за сегодняшний день сел, и сразу же вздрогнул. Холод осени поднимался от земли, без подложки сидеть неприятно, но Галису плевать на это. Он сел, широко развёл гудящие ноги, потеряно взглянул на Нота, устало прислонившегося к дереву, и перевёл взгляд на меня.
  
— Да вы на своём острове там все такие? — практически на одном дыхании выпалил Галис.
— В чём проблема? — я аккуратно опустил рюкзак со спальником на землю.
— Ты куда весь день торопился? — прогнусавил Нот, оторвавшись от дерева и тоже скинув с плеч поклажу.
— Нормально я шёл.
— Да куда нормально? Да кто вообще так быстро ходит по лесу, а? — Галис рассержено хлопнул ладонями по бёдрам. — Да у меня ноги сейчас отвалятся!
— Чего не остановили, раз невмоготу?
— Да мы тебе говорили, что на разведку у нас четыре дней, а не два.
— Если это такой намёк, то тупой.
— Кончайте. Стемнеет скоро, — Нот сплюнул, оглядевшись вокруг. Солнце близилось к горизонту. Я бы мог поставить лагерь и в темноте, но у прочих разумных нет такого зрения, как у ксатов.
Из Магнара мы выехали затемно. Нот специально заплатил извозчику, чтобы не пешком добираться до крайних деревень. Там переночевали в одной из изб, хоть и пришлось добавить лишний золотой за морщинистого разумного. Утром двинули к нужному лесу. И весь сегодняшний день отталкивали от лица вездесущие ветки да перешагивали через корни.
Шли линией, стараясь выискать оставленные зацепки, характерные для оруков или ламий. У первых на уровне человеческой груди пояс с дубиной и прочим, чем сдирают кору с деревьев. Ламии же, монстры с человеческим торсом и хвостом змеи, ползают по одним и тем же тропинкам, и любят чесать хвосты, оборачиваясь ими о шершавые стволы, и очень быстро такие становятся гладкими.
Поначалу я шёл поодаль от остальных, но очень скоро стал идти впереди, а Нот и Галис торопились за мной следом. Привалов не делали и на обед не останавливались, и под самый вечер, заметя удобный холмик для ночёвки — авантюристы практически хором скомандовали подниматься на него.
Нот с Галисом натянули между деревьями ткань по пояс, ограждая свет костра от посторонних взглядов. Я же сходил по указке Нота до ближайшего ручья, набрав в котелки воды. Потом собрали дров, разбили палатки. И теперь грелись от тепла костра. Особенно я. Подогрев тёплой куртки не выключался в последние дни, и одет я в несколько слоёв одежды, а холод середины осени всё равно пробирал.
— Завтра двинем на восток, — прогнусавил Нот, разложив на земле палочки, схематично изображая город, нынешний лес, луг и соседний лес с куском скверного места в нём. — Сперва возьмём северней, там луг тонкий, километров шесть между лесами. И двинем на юго-восток.
— Ночевать там? — я показал на соседний лес.
— Да не хотелось бы, — Галис нервно поёрзал. — Да ладно ещё оруки и ламии, но восточней погани гноллов видели. Да эти ж суки и по ночам охотятся.
— Хочешь сказать, что они ночью хорошо видят? Чего-то я такого не заметил.
— Да потому что им не надо было выходить из логова.
— Галис прав, ксат, — прогнусавил Нот, потянувшись к подвешенному над костром котелку и помешав варящееся кашло. А после, постучав ложкой о борт котелка, этой самой ложкой показал на меня. — Вот ты ж рассказал, чего в том логове было. Им бы этих остроухих на месяцы жрать хватило. А так, шаманы есть. Чего-то сделают и, говорят, что всю ночь гноллы видят как днём.
— Да повезло тебе в том логове, что дозорного слабого поставили. Нажрался эльфятины, вот спать и хотел.
— Все там этого нажрались.
— Да жалко семью ту. Никто такого не заслуживает, — Галис с тоской посмотрел на языки пламени.
— Чего ещё у тебя интересного было? — прогнусавил Нот, переводя разговор в более приятное русло.
— Ничего. Гноллы и гоблины — вот и всё интересное за последние два года. Кстати, что думали о руинах Баскара?
— Знакомых туда никого не сунется. Так бы пошли… — Нот прервался, недовольно посмотрев мне в глаза. — Ты не просто так спросил, да?