Вопреки опасениям (ЛП)

 Вероятно, ему достаточно было пару раз пообщаться с Алмазом, чтобы понять, что его проще всего одурачить. И уже после, не утруждая себя разработкой сложнейшей стратегии, Андреа действовал по наитию, прислушивался к интуиции. Алмаз же покорно внимал каждому его слову и свято верил, что, объединив с парнем усилия, добьется наконец желаемого успеха.
 Не прошло и получаса с нашего с другом разговора, как он уже переступил порог «Colpo». В солнцезащитных очках, с поднятым воротником бежевого драпового пальто и стаканчиком кофе в руках Серега больше походил на самовлюбленную кинозвезду, чем на преуспевающего бизнесмена. Представляю, как вычурно и пафосно он начнет одеваться потом, когда наконец почувствует этот вкус безграничной власти. Ведь и без того всегда смотрел на всех свысока.
  
 — Что стряслось? — устало спросил Серега, рухнув на диван напротив и уставившись на меня сквозь непроницаемые стекла очков.
 Я заранее предупредил Витю, что буду в ВИП-зоне и вызывать меня нужно только в исключительных случаях, когда гости станут требовать управляющего. Ну или при серьезном конфликте, который решать придется тоже мне.
 Я глотнул воды из стакана и со стуком поставил его на столик. Серега приспустил очки на нос, вопросительно вздернув бровь. И тогда со страдальческим вздохом я поведал ему всю историю от начала до конца.
 По мере того, как подходил к самой сути, выражение лица Сереги становилось все более потрясенным, черты заострились, челюсти сжались, а потемневшие глаза злобно сощурились. Только когда я шумно выдохнул, взяв передышку, он медленно снял очки и покрутил их в руках, тщательно подбирая слова.
 — А я предлагал тебе скинуть его с обрыва еще на заливе, — из всех возможных фраз, которые он мог сказать, Серега выбрал самую абсурдную.
 Я истерически расхохотался, чувствуя, как тугой узел в груди постепенно ослабевает. Кто, как не он, мог рассмешить меня в самые отчаянные моменты.
 — Блин, Серег, если бы все так просто было. Ладно, я спокоен в том плане, что Алмаз принял решение от него избавиться. Бесит, конечно, что Андреа снова выйдет сухим из воды, но что я могу ему предъявить?
 — Ты мне только что весь список огласил. — Серега постучал указательным пальцем по виску, подразумевая, что пора «включить» мозг. — А вообще, да, это как раз идеальная возможность позволить Алмазу разобраться самому. Ты же не будешь его вечно опекать, как папочка.
 Я с недовольством фыркнул, хотя и испытывал при этом несколько противоречивые чувства. С одной стороны, не мог не согласиться со словами Сереги, с другой же, меня одолевали сомнения: сможет ли Алмаз справиться с Андреа в одиночку. Найдет ли в себе силы отказаться от их общей затеи, которая уже начала приносить определенные плоды, и привести весомые аргументы в защиту своего непоколебимого решения. Ведь не так давно он даже опасался переносить заказы, уверенный, что в противном случае заказчики откажутся от съемок и вовсе.
 А теперь, когда появилась идеальная возможность прославиться, удастся ли ему отбросить тревоги и страхи и убедить свой внутренний голос, что это не единственный шанс достичь невероятных высот. Потому что в дальнейшем судьба может направить его по совершенно иному пути, в конце которого ждет все только самое лучшее.
 — А ты Алмаза одного, что ли, оставил? — спросил Серега после некоторой паузы. Я пожал плечами, как бы говоря, что принуждать его ехать со мной не имело смысла. — Он нормально это воспринял?
 — Как ни странно, да. Конечно, Алмаз расстроен, даже в шоке скорее, он-то в отличие от меня не ожидал явного подвоха от Андреа, но отреагировал спокойно. Мне его так жаль, ты не представляешь. Чувствую себя идиотом, что не заподозрил раньше и не предотвратил неизбежное.
 — Да брось, Федук. Если бы мы умели читать мысли, жить было бы проще. Сейчас что толку об этом думать? Пусть Алмаз шлет Андреа к чертям, а дальше уже решает, в каком направлении двигаться. Мы поможем, чем сможем. У меня с деньгами будут непонятки, пока не раскручусь, у отца брать уже тупо. А потом от меня любая финансовая помощь.
 Я искренне улыбнулся, не представляя, как выразить словами всю благодарность, которую я к нему испытывал.
 — Спасибо тебе, Серег, но деньги я в принципе и сам смогу достать, речь же не идет о миллионах. И само собой, я поддержу любую его идею. Нет никаких сроков, время неограниченно, поэтому можно продвигаться разными способами, что-нибудь да прокатит.
 Серега поднял вверх большой палец, полностью соглашаясь с моими умными мыслями, затем откинул голову назад и театрально вздохнул. На миг я испытал укол вины, что выдернул его на встречу после бессонной ночи. И пусть другу всегда легко было справляться с похмельем, как, впрочем, и мне тоже, все же сомнительно, что он мечтал о поездке в клуб вместо теплой постели.
 — А теперь рассказывай, чем занимались вчера после нашего с Алмазом отъезда, — сказал я, разряжая обстановку.
 Знаю ведь, что Сереге только в удовольствие перетянуть все внимание на себя, а я тем временем смогу отстраниться от тревожных мыслей, ни на миг не оставляющих меня в покое.
  ***  
 Витя будто намеренно прерывал наш разговор с Серегой частыми просьбами выйти в основной зал. Сперва, чтобы разогнать очередных нарушителей спокойствия, а затем уже помочь ему успокоить новенькую официантку, которая перепутала оплату и вдобавок ко всему не сдержала эмоции при посетителях. Сумасшедший день какой-то, ей-богу.
 Очевидно, что поговорить нам этим вечером толком не удастся, поэтому я попросил Серегу переместиться в зал и подождать меня у барной стойки. Так хотя бы появится возможность решать проблемы в момент их возникновения, а не исправлять последствия.
 Я обещал другу подбросить его до дома, как только закончится бешеная беготня по клубу в попытке решить несколько задач одновременно.
 На душе было все еще неспокойно после ситуации с Андреа. Когда выдалась свободная минутка, я написал Алмазу с просьбой отозваться, все ли у него в порядке. Он ответил не сразу, но заверил меня, что беспокоиться не о чем. Правда, переписывались мы час назад, а задавать один и тот же вопрос спустя такой короткий промежуток времени немного неразумно. В каком бы отчаянии он сейчас ни находился, моя настырность не станет ему утешением.
 Обсудив основные детали работы с Витей и заверив его, что он справится без моей помощи, потому что я не планировал оставаться в клубе до закрытия, я наконец покончил с обязанностями временного управляющего.
 За время моего отсутствия Серега каким-то образом умудрился завязать оживленную беседу с той самой официанткой, которая еще буквально полчаса назад утопала в горючих слезах из-за своей торопливости и невнимательности. Я поймал парочку с поличным у барной стойки и мельком заметил, как Женя поглядывает в их сторону с нескрываемым ехидством, явно ожидая момента, когда девушке откроется правда.
 Настя кокетливо накручивала на палец прядь своих длинных рыжих волос и ворковала с Серегой, совершенно позабыв о блокноте в руках, о столиках, за которыми ее дожидались гости, и даже о своем парне-бармене, чья смена наступит только завтра.
 — Серег, может, хватит отвлекать моих сотрудниц от работы?
 Я появился возле них так внезапно, что даже друг резко вскинул голову, будто уже и не ждал моего возвращения. Настя запнулась на полуслове, медленно переводя взгляд с меня на Серегу и обратно. За миг ее лицо окрасилось в бледно-розовый оттенок.
 — Простите, Федор Николаевич, я не знала...
  
 — Настя, иди работай. Девочки не могут разорваться.
 — Поняла, — пропищала девушка, прижав к груди блокнот, и быстрым шагом направилась к одному из столиков, где статный мужчина в компании ухоженной женщины явно порывался затеять скандал.
 — Напиши мне! — крикнул ей вдогонку Серега, но Настя даже не обернулась. Молодец, усвоила урок. Друг тихо фыркнул, проводив ее прищуренным взглядом. — Федук, сколько ей лет?