Вопреки опасениям (ЛП)

 — Помнишь, что я говорил тебе о людях, которые с виду кажутся добрыми и отзывчивыми, а на деле внутри них дремлет монстр? Вот Андреа как раз из этой категории.
 — Я думал..., — Алмаз замялся и, судорожно вздохнув, медленно осел на стул. — Мне так хотелось сделать тебе сюрприз. Думал, это поможет вам наладить отношения. Когда ты увидишь, какую помощь оказал мне Андреа, то поймешь, что он не такой плохой человек, каким его все считают.
  
 Мои брови поползли вверх от услышанного. А я предполагал, что хуже уже не будет. Выходит, Алмаз всерьез считал Андреа хорошим и порядочным парнем, доверял его словам, даже не подвергая их сомнениям. Как вообще так можно? Они знакомы без году неделю, виделись всего-то пару раз, а он отзывался о нем как о человеке, который нуждается в сочувствии и утешении. Неужели он настолько доверчив?
 — Я в шоке, Алмаз. Когда ты перестанешь видеть в людях только хорошее? Андреа псих, он, блин, на таблетках еще со смерти Лешки, а может, и раньше. Ты думаешь, почему он ведет себя так странно иногда? У парня с головой непорядок.
 — Я не замечал, — Алмаз быстро покачал головой, и одна предательская слезинка все же скатилась по его щеке. Он вытер ее тыльной стороной ладони. — Со мной он ведет себя обычно.
 — Не знаю, что сказать, — я шумно выдохнул, сжав переносицу.
 В воздухе повисло тяжелое молчание, которое никто из нас не решался нарушить. Алмаз обдумывал мои слова, стиснув челюсти и уставившись остекленевшим взглядом в одну точку.
 Я мельком посмотрел на экран своего мобильного, когда на нем высветилось сообщение от Вити, судя по всему, с просьбой приехать в клуб как можно быстрее. Я ведь обещал явиться ближе к вечеру, но в связи с последними событиями мои прямые обязанности начальника напрочь вылетели из головы.
 — Какие твои дальнейшие планы, Алмаз? — мне не удалось скрыть волнение в голосе, и он явно это заметил, хотя и не придал значения. — Ты собираешься продолжать следовать его указаниям или пойдешь своей дорогой? Если выберешь второй путь, я помогу тебе продвинуться любыми способами, просто знай это. Да я и так твердил тебе об этом из раза в раз. Я сделаю  все  , что от меня зависит, только бы все твои мечты сбылись, слышишь? Ради тебя я готов на что угодно, но окончательное решение за тобой.
 Алмаз приоткрыл рот, глядя на меня затуманенным слезами взглядом так, словно видел впервые. Видимо, раньше мои слова были для него пустым звуком, он до конца не верил, что мне удастся вникнуть в процесс раскрутки его творчества, оказать ему должную поддержку и при этом не потопить собственный бизнес. Именно по этой причине он охотно принял помощь от человека, кто не обременен другими обязательствами и у кого за плечами огромный опыт продвижения в схожей сфере.
 Я же в этом полный ноль, и пусть суть рекламы в бизнесе и творчестве одна и та же, вот только результат совершенно разный. И не всегда удачный.
 — Федь, — начал Алмаз каким-то странным тоном, который никогда прежде я от него не слышал, — мне не нужен Андреа. Я скажу ему, чтобы он придумал другой способ, как продавать свои картины. Без  моего  содействия. Для меня продажа снимков не главное, я получаю наслаждение от самого процесса съемок.
 — Он тебя запутал, да? — Я накрыл ладонью переплетенные пальцы Алмаза и слегка их сжал. Он тихо выдохнул, будто опасался, что я больше никогда к нему не прикоснусь. Еще некоторое время назад я и сам был в этом почти уверен. — Наверняка наплел что-то о выставках, оно и понятно. Алмаз, если ты захочешь отправить фотографии на выставку или организовать свою собственную, у тебя все и так получится. Без Андреа и без кого-либо еще. В этой жизни нужно надеяться только на себя, ну а если повезет, близкие тоже поддержат. Я тебя обязательно поддержу.
 — Спасибо. И прости меня, пожалуйста, — его нижняя губа задрожала, на глазах снова выступили слезы. — Я должен был сразу обо всем рассказать. Теперь я не знаю, как мне объяснить все Андреа.
 — Хочешь, я с ним поговорю?
 — Нет, не нужно, — Алмаз замотал головой, заставив меня разочарованно хмыкнуть.
 А я уже было представил, как сперва вышибаю дверь в квартиру бывшего друга, а затем выплескиваю на нем всю скопившуюся злобу. Думаю, он с ходу поймет причину столь внезапного визита.
 — Я хочу разобраться во всем сам. Это моя вина, что я поверил ему в самом начале. Я должен это остановить и удалить аккаунт, не хочу иметь с ним ничего общего.
 — Давай займешься этим завтра, хорошо? — Я мельком бросил взгляд на свой телефон, когда на экране высветилось очередное уведомление. Кажется, у них там форс-мажор. — Черт, мне надо в клуб, поедешь со мной? Я не оставлю тебя одного в таком состоянии.
 — Все в порядке, Федь, — он постарался придать своему голосу побольше уверенности, но я-то сразу распознал фальшь. — Я побуду дома, не стоит переживать за меня. Будет время все обдумать.
 Алмаз шмыгнул носом, грустно поглядывая на свой телефон, словно все еще до конца не мог осознать, каким образом перспективная идея, на которую он возлагал столько надежд, обернулась полнейшим провалом.
 Сердце сжалось при мысли, что все его мечты были безжалостно растоптаны человеком, от которого я просил его держаться подальше. И почему он меня не послушал изначально? Если последствия отвратительного поступка Андреа как-то отразятся на дальнейшей работоспособности Алмаза, на его самооценке, я лично заставлю  друга  пожалеть о том дне, когда он рискнул вновь ворваться в нашу жизнь.
 С тяжелым сердцем я позволил Алмазу убедить себя ехать в «Colpo» без него. И как бы мне ни хотелось остаться дома и сгладить неловкость, которая еще долгое время будет проскальзывать в наших разговорах, я с горечью понимал, что работу не поставить на паузу. Конечно, я сам возложил на себя дополнительные обязанности, которые, будучи директором, не должен выполнять, но и бросать ребят на произвол судьбы тоже неправильно.
 И все же, покидая домик, целуя Алмаза на прощание со всей нежностью и лаской, твердя ему, что ни при каких обстоятельствах не поставлю под угрозу наше с ним будущее, я ощущал в душе смутную тревогу. С каждым шагом, отдаляющим меня от любимого, беспокойство нарастало, кожа покрывалась неприятными мурашками.
 Возможно, я не должен был оставлять его одного, а быть может, как и сказал Серега: каждый человек учится лишь на собственных ошибках. Раз за разом переживая неудачи, мы иначе начинаем воспринимать трудности, возникающие на нашем пути. Более стойко, мужественно и с долей равнодушия.
 Ведь если удалось пережить боль однажды, во второй раз будет гораздо проще. И так до тех пор, пока в один миг это состояние не станет обыденностью.
 Алмаз взрослый человек, он найдет в себе силы двигаться дальше. Я знал это, но все равно переживал о том, как сложится его будущее. Благополучие моего парня заботило меня даже сильнее, чем свое собственное.
 По крайней мере, в моем деле легко можно просчитать ходы наперед, а с делами Алмаза посложнее. И никто, кроме него самого, не скажет наверняка, какое решение будет верным, а какое приведет лишь к неизбежному краху.
  Глава 32  
 Как выяснилось, ничего сверхъестественного не произошло, а Витя просто разрывался между баром и своими прямыми обязанностями администратора, потому что один из новеньких барменов вдруг резко решил «забить» на смену. Отлично, теперь весь остаток вечера мне придется исполнять роль управляющего, прикрывая рот ладонью, чтобы не дышать на гостей сильным перегаром.
  
 Направляясь в клуб, я набрал Серегу и попросил его приехать для серьезного разговора. Только ему я мог поведать правду о случившемся. Гриша не поймет, а может даже, примет сторону Андреа, начнет его оправдывать. Я сейчас не в том настроении, чтобы убеждать его в собственной правоте.
 А Сереге не нужно доказывать обратное, он и без моих заверений прекрасно знает, что Андреа способен на любую подлость. Он готов пойти на разного рода хитрости, лишь бы добиться желаемого. Манипулятор чистой воды, его уловки всегда срабатывали с теми, кто легко подвержен чужому влиянию.