Девять принцев Амбера. Ружья Авалона

– Похоже, я уже и одет подобающим образом, – удивился я.
Рэндом хихикнул. Я заметил, что он тоже успел сменить наряд: на нем были коричневые с красным штаны и оранжево-коричневая блуза. Коричневая шапочка с желтыми полями покоилась на сиденье рядом с ним.
– Ждал, когда ты наконец заметишь, – засмеялся он. – Ну и как ты себя чувствуешь?
– Вполне! – бодро ответил я. – Кстати, бензин почти кончился.
– Теперь уже ничего не поделаешь, слишком поздно, – ответил Рэндом. – Мы уже в реальном мире, играть здесь с Тенями – та еще задачка. Да и заметят. Так что проедем сколько сможем, а дальше пешком.
Остатков топлива хватило еще на две с половиной мили. Я съехал на обочину и остановился. Солнце клонилось к западу, тени стали очень длинными.
Я влез под заднее сиденье, где мои башмаки успели превратиться в черные сапоги, и, когда я стал их вытаскивать, что-то загремело у меня под рукой.
Я вытащил из-под заднего сиденья не слишком тяжелый серебряный меч и ножны. Ножны идеально устроились у меня на ремне. Еще на сиденье лежал черный плащ с застежкой в виде серебряной розы.
– А ты думал, что это утрачено навсегда? – спросил Рэндом.
– Почти, черт меня побери! – отозвался я.
Мы выбрались из машины и потопали дальше. Прохладный вечер был полон ароматов. На востоке заблестели первые звезды, солнце готовилось обрести покой на своем ложе.
Мы молча шагали по дороге, и вдруг Рэндом сказал:
– Что-то мне ото всего этого не по себе.
– От чего именно?
– Слишком легко все идет, – пояснил он. – Мне это решительно не нравится. Арденский лес миновали практически без помех. Джулиан, конечно, попытался нас встретить, но все равно… Мы так далеко и беспрепятственно пробрались, что я почти уверен: нам специально позволили это сделать.
– Мне такое тоже приходило в голову, – солгал я. – А зачем, по-твоему?
– Боюсь, – ответил он, – что мы идем прямо в ловушку.
Несколько минут мы шли молча, потом я сказал:
– Очередная засада? Здесь подозрительно тихо.
– Не знаю.
Мы прошли еще мили две. Закат догорел, опустилась ночь, черно-звездная.
– Не пристало таким, как мы, передвигаться вот так, – сказал Рэндом.
– Пожалуй.
– Однако я опасаюсь добывать нам лошадей.
– Вот и я тоже.
– А как ты оцениваешь ситуацию? – спросил Рэндом.
– Пахнет смертью и дерьмом, – промолвил я. – Кажется, скоро на нас нападут.
– Может, убраться с дороги?
– Как раз об этом подумывал, – снова солгал я, – пожалуй, прогулка в девственных зарослях не повредит нашему здоровью.
Так мы и поступили.
Мы шли под деревьями, скользили в тени скал и кустов. На небосвод медленно всходила луна, большая и серебристая, раздвигая ночную тьму.
– Все яснее чувствую, что ничего у нас не выйдет, – сказал Рэндом.
– И в какой степени можно доверять твоему чутью?
– В значительной.
– Почему?
– Слишком далеко и слишком быстро, – отозвался он. – Мне это совсем не нравится. Теперь, когда мы уже в реальном мире, поворачивать назад поздно. Тени нам здесь не помогут, только наши клинки – у Рэндома на поясе висел короткий клинок вороненой стали. – И я уверен, что именно по воле Эрика нам позволили добраться сюда. Мы здесь, и с этим уже ничего не поделаешь, однако, по мне, так лучше бы нам пришлось сражаться за каждую пядь пути.
Одолев еще примерно милю, мы остановились покурить, прикрывая сигареты ладонями.
– Что за прелестная ночь! – сказал я, обращаясь не то к Рэндому, не то к легкому прохладному ветерку. – По-моему… Что это?
В кустах где-то позади что-то хрустнуло.
– Зверь, наверное.
Клинок сверкнул в руке у Рэндома.
Мы подождали еще несколько минут, но больше ничего не услышали. Брат сунул оружие в ножны, и мы двинулись дальше.
За спиной у нас все было тихо, однако вскоре я что-то услышал впереди. Я покосился на Рэндома, он кивнул, и мы удвоили осторожность.
Потом в зарослях проявился какой-то свет – словно вдалеке горел костер.
Вокруг было тихо. Рэндом лишь пожал плечами, увидев, что я направляюсь к этому костру, обходя его справа.
 
Не прошло и часа, как мы вышли к лагерю. Возле костра сидели четверо, а еще двое спали в сторонке в тени деревьев. К вбитому в землю колу была привязана девушка. Смотрела она куда-то в другую сторону, но сердце мое забилось, едва я увидел ее.
– Неужели?.. – прошептал я.
– Да, – ответил Рэндом. – Очень похоже.
Тут девушка наконец повернула голову. Да, она.
– Дейдра!
– Интересно, что эта чертовка затеяла? – сказал Рэндом. – Судя по цветам стражников, ее ведут обратно в Амбер.
Я тоже заметил, что форма у этих парней черно-красная с серебром; я помнил по Козырям (и знал еще откуда-то), что это цвета Эрика.
– Раз Эрик хочет ее, он ее не получит, – сказал я.
– Мне-то до Дейдры никогда не было дела, – промолвил Рэндом, – но ты – другое дело, так что…
Он вытащил клинок из ножен. Я сделал то же самое.
– Готов? Пошли! – И, сделав мощный прыжок, мы бросились на стражников.
На все про все у нас ушло минуты две.
Дейдра смотрела на нас во все глаза. Отблески пламени и мечущиеся черные тени делали ее лицо похожим на жутковатую подмигивающую маску. Она и смеялась, и плакала. И громко называла нас по именам дрожащим голосом. Я разрезал веревки и поднял ее с земли.
– Ну, здравствуй, сестренка. Не присоединишься ли ты к нам на дороге в Амбер?
– Нет! – решительно заявила она. – Спасибо, что спасли мне жизнь, но хотелось бы и впредь ее сохранить. Вы-то что забыли в Амбере – вдруг я не знаю?
– Идет борьба за трон, – ответил Рэндом (для меня это была новость), – а мы заинтересованные стороны.
– Если будете умнее – держитесь подальше и дольше проживете, – посоветовала Дейдра.
Господи! До чего же она все-таки была хороша! Даже такая, как сейчас, измученная и грязная.
Я ласково обнял ее – мне очень этого хотелось. А Рэндом отыскал у костра бурдюк с вином, и мы выпили.
– Эрик сейчас в Амбере единственный из принцев, – сказала Дейдра. – Войска верны ему.
– Я не боюсь Эрика, – ответил я, понимая, что вовсе в этом не уверен.
– Он никогда не пропустит вас в Амбер! – продолжала она. – Я сама была его узницей, но два дня назад обнаружила один из тайных путей и бежала. Я думала, что смогу скрыться в Тенях, пока все не закончится, но так близко от реального мира начать очень трудно… В общем, нынче утром воины Эрика схватили меня и вели назад, в Амбер. Наверное, там меня казнили бы, хотя и не уверена. Во всяком случае, я осталась бы в городе его игрушкой. Может быть, Эрик не в себе – впрочем, и в этом я не уверена…
– А о Блейзе что-нибудь известно? – спросил Рэндом.
– Он насылает всяких тварей из Тени и доставляет Эрику массу хлопот. Но по-настоящему пока не атаковал. В общем, Эрик нервничает, а расклад с короной и скипетром еще не решен, хотя Эрик и наложил на них руку.
– Ясно. А о нас он когда-нибудь вспоминал? – поинтересовался Рэндом.
– О тебе, Рэндом, нет. А вот о Корвине говорил. Он все еще боится, что однажды Корвин вернется в Амбер. Ближайшие миль пять тут более-менее спокойно, а вот дальше опасности на каждом шагу. Каждое дерево, каждый камень могут скрывать ловушку или засаду. Из-за Блейза и Корвина. Он хотел, чтобы вы добрались досюда, где уже не сможете работать с Тенями – и не сумеете уйти от его преследования. Никому из вас не пробраться в Амбер, не попавшись в его лапы.
– Но ты-то сбежала…
– Это другое. Я пыталась выбраться, а не попасть в Амбер. Возможно, меня и не охраняли так тщательно, как, безусловно, будут сторожить любого из вас: я женщина, да и к власти не стремлюсь. И все равно сами видите, далеко убраться мне не удалось!
– Ну, сестричка, зато теперь ты свободна – во всяком случае, пока руки мои в силах поднять клинок в твою защиту, – сказал я.
Она поцеловала меня в лоб и сжала мою руку. От такого я всегда таю.