Инкаба (СИ)

Свет в кладовку лился из узких окон под потолком. Альрик бесшумно закрыл люк и выдохнул. Предстояло разобраться, куда же они попали.
“Ти-ли-ти-ли-ти-ти-ти-та-а-а!” пропело где-то за стенами. Альрик и Веснушка радостно повернулись друг к другу:
— Часы на главной площади! — сказали хором.
Каждый вечер в восемь часов на самой высокой башне Зумрата играла музыка. Это означало, что всем пора завершать работу и возвращаться домой.
— Нам бы только наружу выйти, — сказал Альрик, — и добраться до дворца. Как думаешь, в какой мы части города?
Веснушка пожала плечами. Плечи у нее онемели от лямок рюкзака, в котором мирно сопел Мосси.
— Оставаться тут опасно, вдруг мы в доме какого-нибудь богача, — ответила девочка, — найдут тебя, такой шум поднимут!
Дверь оказалась не заперта, как и следующая за ней. Путешественники брели по длинным безлюдным помещениям, где стены были оклеены выцветшими обоями в цветочек. Это было крыло большого дома, в которое складывали всякую рухлядь. То и дело спотыкались из-за сгущающихся сумерек. Когда Альрик и Веснушка подошли к большой двери, под которой мигал свет, снаружи окончательно стемнело. Невдалеке кто-то бряцал на пианино, за дверью шуршали шаги.
— Дождемся, пока все уснут, — приложил палец к губам Альрик.
Веснушка кивнула. И с визгом отпрыгнула, потому что дверь мгновенно и бесшумно распахнулась!
На пороге вырос широкий силуэт в поварском колпаке:
— Вот ты где! — схватил незнакомец Альрика за ухо, — снова от работы отлыниваешь!
Мальчика поволокли куда-то, а Веснушка мышкой шмыгнула следом, стянув с плеч Альрика рюкзак.
Помещение, в котором они оказались было огромной кухней со сводчатым потолком. Тут явно готовила для хозяев какого-то большого и богатого дома. В очагах плясал огонь, в котлах кипели бульоны. За прозрачными дверцами высоких духовок горделиво поднимались бисквиты. Поваров и поварят было не меньше десятка, они суетились между широкими столами и плитами, нервно переговариваясь. На Альрика не обратили никакого внимания.
Самый толстый и высокий повар с торчащими из ушей рыжими волосами потащил Альрика в подсобку, где стоял лишь стул. Перед ним высилась гора картошки.
— Вот тебе ведро, вот нож, — повар вернулся через несколько секунд, — чтобы перечистил все, иначе оплаты не получишь!
Здоровяк вышел, хлопнул хлипкой дверцей и начал жаловаться кому-то:
— То и дело меняются эти мальчишки, запоминать не успеваю. Им лишь бы не работать, а по дворцу шастать!
Альрик, который тер красное ухо, испуганно и радостно посмотрел на Веснушку. Оба подскочили к единственному в каморке окошку. Снаружи в свете чугунных фонарей рисовался четкими линиями королевский парк: кусты-ромбы и кусты-сердца вперемешку с мачтовыми соснами и зарослями кудрявой ивы. Зумрат за дворцовыми воротами светился тысячей окошек.
— Мы во дворце! Осталось добраться до короля! — радостно сказала Веснушка и подскочила к двери.
Ручка дернулась, но как ни старалась девочка, дверь не поддалась. Сердитый повар запер их снаружи. В этот момент из рюкзака Веснушки с шуршанием выполз Мосси. Понюхал картофель, сморщился и чихнул. Примостился у окошка, где шла труба отопления и снова задремал. Глядя на него, девочка покачала головой.
В кармане Альрика нашелся перочинный ножик. Веснушка взялась за кухонный:
— Значит, будем чистить, пока не выпустят.
— А ты умеешь? — с сомнением спросил Альрик.
— Это не должно быть так трудно, — храбро заявила девочка.
Она взяла картофелину с самого верха кучи, взвесила ее на ладони, поднесла нож и задумалась.
— Покажи, — попросила требовательно.
Через полчаса гора картофеля уменьшилась только вдвое, а Веснушка шипела на пальцы, где вздулись мозоли. Зато Альрик чистил так, что тоненькая кожура отлетала и шлепалась в кучу очисток — хлип-хлёп-хлап!
— У меня семеро братишек и сестренок, — на ходу объяснял он Веснушке, — часто готовлю им обед. Обычно мама допоздна, работает прачкой у богатых. Может даже у вас.
 
Веснушка вспомнила высоких румяных женщин, которые приходили со своими тазами и прищепками и закрывались в каморке на заднем дворе. Из трубы над ней начинал валить пар и вкусно пахло башкирским мылом. С раннего утра и до позднего вечера раз в неделю женщина стирали, выжимали и развешивали белье на тонких веревках. А перед эти расправляли его в воздухе, при этом раздавались оглушающие хлопки, как будто на флаги Зумрата налетел зимний ветер.
Девочка ни разу не интересовалась тем, как их зовут и откуда они приходят, а жаль.
С другой стороны двери что-то тяжело забрякало по полу, как будто в сторону сдвинули комод или дубовый стул. Дверь скрипнула, отворяясь. Тот же рыжий детина в колпаке встал в проходе, уперев руки в бока:
— А ты шусте-е-ер, — почесал он затылок, глядя на изрядно уменьшившуюся кучу картофеля.
Подошел, наклонился к ведру с желтоватыми клубнями:
— Хорошо! На сегодня все. Приходи завтра пораньше. Держи!
Альрик не дыша принял монетку — серебряный сум и кивнул:
— Спасибо!
— Выход знаешь, — пробасил повар и подтолкнул Альрика.
Веснушка спешно подхватила рюкзаки и Мосси, пока повар отвернулся и вышла за другом. Тот медленно пошел наугад к высоким резным дверям в противоположной части комнаты:
— А ты шутник! — сказал кто-то за спиной, — двери слева!
Альрик послушно повернул в крохотную дверку, а перед этим спустился на несколько ступенек. Открыл дверь, замерев на пару секунд, чтобы успела пройти Веснушка и шагнул наружу.
Дети оказались в крыле для прислуги, здесь стены были выкрашены краской, а в подсвечниках дрожали язычки простых парафиновых свечек.
— Я думала, тут электричество, — удивилась Веснушка.
— Сюда! — шепнул Альрик, когда мимо прошли две молоденькие служанки.
Они с любопытством оглянулись на мальчика, захихикал
Альрик увлек Веснушку в боковой коридор и они быстрым шагом направились в противоположную от выхода сторону. Поближе к королевским покоям. Детям казалось, что идти придется долго, но миновав всего две высокие расписные двери, они оказались в просторном холле. Наверх вела широкая лестница с черно-белыми балясинами и красным ковром. Пол был выложен узорчатой плиткой в тон перил, а на стенах поблескивали золотые нити, вьющиеся вдоль изумрудных обоев. Всюду горели свечи, ярче всех в большой хрустальной люстре из тысячи бусин. Снаружи, за стеклянными дверьми покашливала стража а внутри в углу стояло низкое разлапистой кресло, обитое красным плюшем. Веснушка безошибочно угадала:
— Это место дворецкого. Странно, что его нет, нам повезло. Быстрее!
— Тебе хорошо, — голос Альрика срывался от страха, — тебя не заметят. И вообще, я думал дворецким сидеть не положено.
— Повезло?! — громким шепотом начала возмущаться Веснушка, но мальчик потащил ее вверх по лестнице.
Только они миновали пролет, внизу послышались голоса, к королю прибыли гости. Дети не оглядываясь побежали по коридору, звук шагов тонул в мягком ковре. Кругом статуи, картины и золотые часы. Альрик и Веснушка вскочили в первую открытую дверь: это была просторная комната со стенами из темных деревянных панелей и бордовыми шторами от потолка до пола. Не сговариваясь, юркнули за них и притихли. И вовремя.
Гости как назло вошли именно в эту комнату. Веснушка не дыша подглядывала в щелку. Среди них были нарядные дамы с огромными перьями в прическах, пузатые мужчины в военной форме, низенький старичок в черном мундире и несколько юношей, бледных до изнеможения. Видимо, их впервые представляли королю.
Веснушка так загляделась на наряды, что едва не выдала себя. Старичок, ухватил с подноса, спешившего мимо лакея, бокал шампанского и подозрительно покосился на шторы. Потом хмыкнул и отвернулся. Он был похож на учителя геометрии в школе Веснушки и от этого в животе у нее неприятно заныло. Девочка никогда не была сильна в этом предмете.