Проклятие Энтаны

Он внезапно смутился.
– А если… если я не соврал, а… умолчал кое о чем?
– Умолчал? Ты про то, что видел на кладбище?
Он замотал головой.
– Нет. Раньше. Еще в Квартале.
Внезапно перед моими глазами мелькнул образ теневого пса, и я спросила:
– Ты про теневые салки?
Донни вытаращил на меня глаза.
– А вы откуда?.. Вы меня тогда заметили?
– Так это и правда был ты! Я думала, это Низз.
– Да у нас разные формы! – возмутился он.
Я с ним спорить не стала, вместо этого строго посмотрела на него, и он тут же принял пристыженный вид.
– Тебе ведь запретили участвовать в игре, – мягко, но настойчиво напомнила я.
– Да я знаю… Но я же не участвовал! Я только смотрел!
– Донни… – вздохнула я. – А что, если бы ты попался на глаза Саю? Он тогда поглотил Тень – и меня укусил…
– Да я ж не дурачок какой! Я к нему и близко не совался, – запротестовал он. – Правда, я чуть этой Риссе не попался, но она меня не видела, я успел спрятаться! Да и вообще, – торопливо добавил он, когда я нахмурилась, – она с Тайли болтала, ничего другого не замечала. – Когда я неодобрительно покачала головой, он с напором продолжил: – Говорю же, она только на Тайли и глядела, вся такая насмешливая: «А я знаю твой маленький секретик! Знаю, ради кого ты так вырядилась, – я видела, как ты на него глазеешь! Думаешь, спустя столько лет он наконец-то обратит на тебя внимание? Какая же ты убогая – и ты, и твоя жалкая копия!..»
– Какая жалкая копия? – непонимающе переспросила я.
– А я почем знаю? Она больше ничего не сказала, забрала ленту и тю-тю, – он взмахнул палочкой, показывая вдаль.
– Подожди-ка, точно больше ничего не сказала? – спросила я, вспоминая слова Тайли о том, что Рисса предложила почаще приглашать меня на чай.
– Не-а, больше ничего.
Я замолчала, обдумывая сказанное, и наконец спросила:
– А ты весь их разговор слышал?
Донни закивал.
– Да! Я, когда увидел бегущую волчью тень, перепугался страшно, думал, это Сай за мной гонится, но мне повезло – рядом кусты были, я туда втиснулся. И тут – оп! – оказалось, это Рисса и Тайли. Совсем близко от меня остановились. Мне с моего места Рисса как раз хорошо видна была. И слышно тоже хорошо. Но она только это и сказала, и всё. А Тайли вообще молчала.
Донни звучал так уверенно, что я совсем растерялась. А как же предупреждение Риссы про чай?..
– Выходят! – ойкнул он и зашептал: – Не говорите, пожалуйста, про то, что я за игрой смотрел! А то мне от Нейта с Ферном та-а-ак влетит!
Я вздохнула.
– Только впредь обещай – никакой самодеятельности, хорошо? Мы сейчас в чужом городе, за нами кто-то следит, не хватало еще тебе кому-нибудь попасться…
– Обещаю-обещаю! – заверил меня Донни и, воткнув палочку в клумбу, вскочил.
Настроение его явным образом улучшилось, мое же, наоборот, испортилось. Его слова внесли в мои мысли сумятицу, и, поднимаясь на ноги, я задумалась, что же хуже: что Донни на самом деле ненадежный свидетель и верить ему нельзя – или что наоборот, можно?..
* * *
Ночь прошла в бесплодных поисках.
Тени и впрямь теснились к югу от центра – так плотно, что мы не смогли найти брешь в их сплошной стене. И даже Нейт в форме ворона не смог определить, что именно их притягивало.
– Теней слишком много. В следующий раз надо попробовать их отвлечь, – предложил он, сдерживая зевок. – Например, мы с Ферном перевоплотимся, а вы прорветесь внутрь.
– А сегодня куда? – спросила Кьяра, потирая глаза. – В Академию или Гильдию?
– Давайте в Академию, – сказал неожиданно Ферн. – Всегда хотелось узнать, как они изнутри выглядят. – Поймав мой удивленный взгляд, он едва заметно пожал плечами.
Благодаря хризалиям я заснула быстро, но, проснувшись, вниз спускаться не торопилась. Хотелось хотя бы несколько минут провести в тишине и подумать. Ночью я была сосредоточена на Тенях и возможности пробраться между ними, и всё же у меня никак не шел из головы разговор с Донни о Риссе и Тайли.
Верить, что кто-то из этих двоих – либо Донни, либо Тайли – говорит неправду, не хотелось. Зачем Тайли врать? Чтобы очернить Риссу? Да та сама себя очернила – подарила Лилле злополучную сережку, едва не задушила Тайли… Скорее всего, Донни просто ошибся. Во-первых, он был в теневой форме, а в ней звуки искажаются, а во-вторых, ведь там же кричали Тени, и он вполне мог упустить фразу, сказанную шепотом.
  
Единственное, меня смущали слова про «жалкую копию». Ради кого Тайли надела нарядное платье – ясно, ради Сая. Но о какой «жалкой копии» шла речь? Не о копии же карты… Поразмыслив, я решила, что это уже не имеет значения. И Сай, и Рисса остались в прошлом. Придя к такому выводу, я почувствовала облегчение. Хватит с меня и тех тайн, которые уже есть.
…Академия камневидцев встретила нас гулкой тишиной, запахом пыли, старой мебели и бумаги. Как и в соседней Гильдии, в здании было четыре высоких этажа с большими окнами, а также один полуподвальный, с библиотекой. Однако по размерам оно было не четой зеннонской Академии – та была раза в два больше, да и аудитории в ней были, по рассказам Хейрона, куда просторнее.
И всё же, стоя в холле – он же зал для собраний и торжественных вручений, – проходя по нешироким коридорам, заглядывая в аудитории со старинными деревянными скамьями и столами, я почувствовала невольный трепет, сродни тому, что ощущала в храмах: сотни поколений студентов учились здесь, познавая премудрости камневидения, дружили, мечтали… По этим же серым плиткам лассника когда-то ходила Энтана, а возможно, она сама их и пробудила…
Мы пробыли в Академии до вечера, но успели осмотреть лишь первый этаж – здесь было много закутков, ниш и шкафов, так что приходилось искать тщательно. Один раз Нейт нас всех взбудоражил, крикнув почти на всю Академию:
– Я что-то нашел!
Под сиденьем одной из скамьи обнаружилась небольшая полость, но, когда он с трудом вытащил из нее содержимое, мы с разочарованием выдохнули – это был свернутый в трубочку желтоватый пергамент. Осторожно развернув его, Нейт с недоумением пробормотал:
– Это еще что такое?..
Все по очереди заглянули в свиток. Когда же он попал в мои руки, я вгляделась в выцветшую вязь слов и через пару минут сказала:
– Это что-то из высшей камнелогии… Похоже на какие-то выписки…
– Про камень-сердце там ничего нет? – уточнила Кьяра.
Я покачала головой.
– Нет, это… словно кто-то делал конспект из книги – чтобы не забыть.
– Но зачем прятать его в скамье? – изумился Нейт.
Рядом тихонько фыркнула сестра.
– Очевидно же, разве нет? – Заметив, что мы ждем от нее ответа, она кивнула на меня: – У вас в школе что, такого не было? Никто не пытался сжульничать на экзамене или контрольной?
Я покачала головой.
– Нет… По крайней мере, я об этом не знаю.
– У нас при храме некоторые из малышни пытались прятать такие бумажки в рукавах. Они никак не могли понять, что знания только тогда твои, когда они у тебя в голове, а не где-то еще…
Донни необычайно внимательно посмотрел на нее, а позже, когда я столкнулась с ним в коридоре, шепотом признался:
– Славная у вас всё-таки сестра. Строгая, но славная. То, что она про знания сказала… Я вот теперь понял, почему она всё время рвалась с нами заниматься. Я раньше думал, это она от скуки, но ведь это потому, что она о нас переживает, правда?
В груди у меня разлилось тепло, и, справившись с комком в горле, я ответила тоже шепотом:
– Правда.
Перед закатом мы собрались в гулком холле и обсудили, кто и куда направится, чтобы выяснить, где прячется тот, кто за нами следил. В итоге Кьяра с Донни остались в Академии – служить приманкой. Тени, привлеченные ими, выплеснулись на набережную и едва не преградили мост к Академии. Мы еле успели перебежать на тот берег Иммры и двинулись к югу, лавируя между прибывающими Тенями. Их поток всё не ослабевал, и вскоре послышался яростный, дикий вой – Тени потеряли свою добычу. К этому моменту мы уже добрались до того места, где находилась самая гуща Теней.